– Не хочешь рассказать, что меня ждет? – чтобы хоть как-то заполнить возникшую тишину, шутливо спросила я, попутно запоминая наш маршрут. Хотя по требованиям безопасности все межпланетные лайнеры должны иметь стандартную планировку, здесь, ради увеличения числа кают, капитан пошел на крайние меры и отдал многих технические отсеки под жилые блоки для туристов, из-за чего мой железный знакомый заплутал, и уже третий раз проводит меня по одному и тому же коридору.

Неожиданно корабль сильно тряхнуло и, не удержавшись на ногах, я упала на бок, рефлекторно сгруппировалась и закрыла локтями голову.

– Вставай, хватит разлеживаться! Нам нужно успеть в стыкующий отсек до того, как эта консервная банка развалится на части, - схватив меня за локоть, прокричал мужчина и попытался сдвинуть мою сопротивляющуюся персону с места, но в этот момент лайнер тряхнуло второй раз, и бездушный надсмотрщик полетел назад, сильно приложившись головой об перегородку. В какой-то момент появилась надежда, что после столь сильного удара он больше не встанет, однако судьба не спешила меня баловать такими подарками. Без видимых повреждений киборг поднялся на ноги и двинулся в мою сторону.

Над каютами загорелись индикаторы, предупреждающие об автоматической блокировке дверей, а по обшивке прошла мелкая дрожь, говорящая о потере лайнером защитного магнитного поля. В паре метров от нас послышались первые крики проснувшихся граждан и плачь маленьких детей. По коридорам разлился жидкий ужас и отчаяние забывших про щиты эмпатов. Но разве это важно, когда над душой стоит такой мужчина, готовый в любой момент насильно увести тебя с терпящего бедствия корабля?

– Алексис Бэнстронг, не заставляйте меня сомневаться в ваших умственных способностях. Нам пора уходить, - холодно проговорил мой конвоир и, не дожидаясь ответа, потащил меня дальше по коридорам. Убила бы, жаль время сейчас не подходящее. Обернувшись перед уходом, я в последний раз осмотрела на пустой коридор и не поверила собственным глазам. На полу, чуть в стороне от места падения киборга, лежал широкий черный браслет, который Томас сделал приемником для моих сигналов о помощи. И все бы ничего, если бы не одно маленькое обстоятельство - снять его насильно без повреждения микросхем невозможно, а, судя по светящемуся датчику, браслет до сих пор полностью исправен. Томас отдал его добровольно? Зачем? Что он хотел мне этим сказать? Чтобы не лезла на рожон. Зря, все равно не послушаюсь.

Корабль тряхнуло. Сжав зубы, я постаралась успокоиться и взять себя в руки. Ничего, жизнь не заканчивается. Мы еще повоюем. Совсем рядом, перед поворотом в багажный отсек, раздались звуки борьбы, крики и вой грубо взломанной системы безопасности.

– Не успели, - мужчина хищно улыбнулся и передал мне хранящееся в кобуре на поясе оружие.
– Когда услышишь хлопок - беги прямо и не оглядывайся. Через пятнадцать метров должен быть появиться поворот, ведущий к эвакуационному залу, спрячешься там, пока все не утихнет, потом со спасательной командой доберешься до Регула, там тебя встретят. Поняла?

– Поняла!

Осторожный шаг назад, стремительный разворот, и ноги уже сами несут меня в совершенно другую сторону. Нет, прятаться, как хотел мой похититель, я не буду, но в одном он все-таки прав: Алексис Бэнстронг уже давно пора вспомнить о том, что она военный пилот, а не трусливая школьница.

Бесконечный коридор, заблокированная дверь, новый поворот и короткий марш-бросок в поиске другого пути. В голове пустота, только сквозь глухой стук в висках, сознания касаются крики, застрявших в каютах пассажиров и погибающих в неравной схватке членов экипажа. Всепоглощающий страх окружающих давит на нервы и мешает адекватно воспринимать происходящее. Холодно.

Не глядя, свернув направо, чтобы срезать путь до капитанского мостика, я чуть было не лишилась головы. Луч, выпущенный из небольшой лазерной пушки, прошел в опасной близости от моего лица, опалив с левой стороны волосы и щеку. Черт! Только этого сейчас не хватало!

Активировав выданное киборгом оружие, я прижалась к стене, досчитала до трех, давая себе небольшую передышку перед следующим рывком, и одновременно с этим сбросила возведенные щиты, готовясь к ментальному удару.

– Куда же ты так спешишь, крошка? Выходи. Будешь хорошо себя вести, может, даже живой оставлю, - зазвучал в паре метров от меня голос молодого парнишки, чуть не снесшего мне половину черепа.

Главное правило любого военного – не играй со своим объектом. Сколько операций было загублено из-за излишней сентиментальности перед «слабым» игроком. А потом этот «слабый» игрок без малейшего сомнения с улыбкой на лице взрывал себя вместе с целым отрядом, унося за грань десятки отличных бойцов.

– А как же принцип не убивать гражданских? – стараясь потянуть время, задала вопрос я.

– Гражданские сидят по каютам и не высовываются, все остальные лица подлежат уничтожению. Прости, крошка, но у меня приказ, - как-то обреченно закончил мой собеседник, а до меня донесся громкий щелчок от перезарядки оружия. Сволочь малолетняя. Умирать сегодня в мои планы точно не входит.

Потянувшись к мужскому сознанию, я коснулась поверхностных мыслей и, не обнаружив привычных для всех ларийцев непреодолимых щитов, одним усилием полностью подчинила себе чужой разум. Прости парень, но сейчас тебе придется побыть моим прикрытием. Осмотревшись, я спряталась за широкой спиной подчиненного налетчика и, как марионетку, повела его за собой к капитанскому мостику корабля. Если этот малолетний придурок сторожил от посторонних коридор, ведущий к управленческой части, скорее всего, мы слишком поздно среагировали на опасность. Хотя, все равно не понимаю, как пираты смогли обойти внутреннюю систему защиты, доказавшую свою состоятельность в сотнях боевых операций.