– Кстати, Майло, а ведь те три месяца, через которые она должна была заплатить тебе оставшиеся десять тысяч, уже на исходе.

– Я знаю, Тони, и я уже решил, что на эти деньги мы купим ей итальянскую печь в ресторан, она давно о ней мечтает.

– Отличное решение, мальчик мой.

– То ли еще будет, - загадочно ответил Майло и достал из кармана квадратную коробочку.

– Там кольцо, так ведь? Ты же знаешь ее всего несколько месяцев.

– Я знаю все, что нужно, Тони.

Майло вернулся домой в приподнятом настроении, рассчитывая выпроводить Лили до прихода Бекки, или, хотя бы заставить ее собрать чемодан, ведь и это она могла бы размусоливать целый вечер.

– Ты нашла работу?
– спросил Макнил с порога.

– Да, в Хутерс, - ответила она, не отрываясь от телевизора и запихивая в рот пригоршню попкорна. При этом миска, полная этой гадости, покоилась у нее на груди, определенно оставляя жирные пятна. Макнил поморщился, но продолжил:

– Ты приехала в Финикс, чтобы стать официанткой?
– пренебрежительно уточнил он.

– Тебе-то какое дело?
– осведомилась Лили, неохотно отрываясь от своего занятия и поднимаясь с дивана.

– Действительно, никакого, - удовлетворенно отчеканил Майло.
– Ведь сегодня ты съезжаешь. Собирай вещички, - добавил он нараспев и прошествовал в спальню.

Разъяренная, она последовала за ним:

– Ты не имеешь права меня выставить! Это дом моей сестры!

Только сейчас он заметил, что на ней было и платье ее сестры, причем одно из ее любимых, которое она надевала по воскресеньям, когда они вместе отправлялись на прогулку.

– На тебе платье Бекки, - процедил он.

– Она не против.

– Я против. Сними его немедленно.

– Как скажешь, сладенький, - расплылась в улыбке Лили и в мгновение ока осталась в одних трусиках.

Майло так и опешил от такой наглости. И застыл с открытым ртом, чем не преминула воспользоваться Лили и бросилась на него, поспешно выдергивая рубашку из его джинсов.

– Только без этого, - твердо произнес он, грубо отстранив ее.
– Пошла вон!

И жестко схватив ее за предплечье, выволок из спальни. В этот момент на пороге стояла удивленная Бекка, как всегда вернувшаяся довольно поздно и потому стараясь вести себя как можно тише.

– Я могу объяснить, - взволнованно произнес Майло, машинально заправляя рубашку обратно в джинсы.

"Черт, так еще палевней!", - подумал он.

– Лили, - начала Бекка ровным голосом.
– Чтобы через десять минут духу твоего здесь не было.

– Почему моего, Бекки? Это он мне все эти дни проходу не давал!

У Майло снова отвисла челюсть и не было комментариев.

– Не надо, - спокойно прервала ее Бекка.
– Это не прокатит.

– Да брось! Все твои мужики ко мне уходили! Все! Потому что ты им была вот уже где!
– постучала она себя по горлу ребром ладони.
– И Маршалл тоже! Он не просто так бегал за мной, когда ты еще отравляла ему жизнь в Миннесоте, он потом женился на мне, слышишь? На мне! И не стал дожидаться, пока пройдут положенные три года, вот как он меня любил!

Бекка подошла к Лили, залепила ей звонкую пощечину и прошипела:

– Если ты, сука, еще хоть раз появишься в моей жизни, я разорву твою поганую глотку и заставлю сожрать этот мерзкий язык. Я ясно излагаю?

Лили онемела. Майло никогда не видел Бекку такой взбешенной. Но сам он готов был немедленно привести ее угрозу в исполнение, дабы не терять времени даром.

– Избавься от нее, - бросила она ему уже не своим, дрожащим голосом и скрылась в спальне.

Ей нужна была эта минута уединения, чтобы перевести дух. На полу валялось ее платье, и Бекка тут же ясно представила, как все было. Правда и без того у нее не было ни малейшего повода обвинить в чем бы то ни было Майло, которому она доверяла безгранично, особенно когда речь шла о Лили, с которой всегда все было не слава Богу.

Через несколько минут Майло вошел в комнату.

– Она уехала, - как бы отвечая на ее немой вопрос, проговорил он.

Бекка молча кивнула и положила на комод пачку стодолларовых банкнот. А Майло так же без лишних слов пристроил рядом свою квадратную коробочку.

– Это, - сказал он, указывая на деньги, - твоя новая итальянская конвекционная печь.

– Майло, в этом нет...
– попыталась вставить она, но он настойчиво прижал палец к ее губам.

– Ничего не говори. Страсть, как хочется пиццы, - прокомментировал он свое решение.

– А это?
– спросила Бекка, кивая в сторону коробочки.

– Это наш новый контракт, - пошутил он, памятуя, что прежний как раз истек.
– На этот раз бессрочный.

– Ох, Майло, ты столько обо мне не знаешь, - расстроенно покачала головой Бекка.

– Я знаю все, что нужно.

И в этот момент Бекка ясно поняла, что такое судьба, удача и провидение. Она осознала, что чтобы Господь поцеловал тебя в уста, нужно просто повернуться в нему правильным местом.