Спрошенный о том, кто хотел уйти, он сказал, что и сам не знал, и Аладаика не хотела ему это открыть. Однако она сказала ему, что у церкви есть несколько добрых и могущественных друзей в этой стране, от которых она [церковь] получает деньги, так как от бедных она могла бы получить мало или вообще ничего.

Это он засвидетельствовал перед братом Ранульфом, инквизитором. Свидетели: брат Гильём де Лабарт из ордена проповедников, и я Ато де Сент-Виктор, нотариус инквизиции, который записал это.

В вышеуказанном году, за два дня до сентябрьских нон, вышеупомянутый свидетель признался и сказал, что недавно, из страха перед инквизиторами, он покинул Тулузу, и бежал, блуждая в малонаселённых местах вокруг Верфейля, и отсутствовал четыре дня вопреки данной им клятве не отлучаться без разрешения инквизиторов.

9.

В вышеуказанном году, в день Святого Бернара, приведённый к исповеди мальчик Альдрик, сын Раймона Сайкса из Карамана, на просьбу говорить правду по поводу ереси как о себе, так и о других, сказал, что в этом году после Пасхи он покинул Караман вместе с вышеуказанным отцом, и оттуда они пришли в Сен-Мартен-Лаланд. И там они нашли Пейре Мауреля из Ауриака и Гильёма Боера из Карамана, и Фабриссу, жену Вассарона де Камбьяка, бежавших по причине ереси. И все вышеупомянутые беглецы поселились вместе, в упомянутой деревне Сен-Мартен, в доме одной женщины, имя которой он не знает, которая жила в полном одиночестве, не имея хозяйства, на окраине этой деревни. И они спали, жили, ели и пили у этой женщины в течение восьми дней. Эта женщина, их хозяйка, знала всё о вышеупомянутых беглецах. И упомянутый Пейре Маурель ушёл оттуда в Лиму и привёл оттуда трёх женщин и одного мальчика. Двух из этих женщин звали Гильельма, а третью Каталана, а мальчика звали Раймон, сын упомянутой Каталаны. И оттуда этот Пейре Маурель взял их в Безье, где они нашли Раймона Сайкса и его сына, рассказывающего это (?), и вышеупомянутых Гильёма Боера и Фабриссу. И оттуда они пришли в Бокер, а оттуда они пошли в Ломбардию, а оттуда они пришли в Кунео, и там они спали в доме одной женщины, которую звали Арнальда, и которая из этой (?) страны. И там они нашли брата Пейре Мауреля, которого звали Пейре Галиард. И оттуда они пришли в Асти, а оттуда в Алессандрию, где они нашли другого брата Пейре Мауреля по имени Бернар. И оттуда они пришли в Павию, и спали в доме одного ломбардца, которого звали Раймон Гальтеро. А Гильём Боер, вышеупомянутый ткач, остался там.

Он также сказал, что они были в Мантуе, и нашли там двух мужчин из Лиму, одного из которых называли Раймон из Лиму, ткач, а как звали другого, он не знает. И оттуда они пришли в Кремону, а оттуда в Милан, а оттуда они вернулись в Кунео, а оттуда к себе, в Кастельнодари, домой, в Эн Касали. И мальчик, который это рассказывает, остался там, а его отец ушёл и пришёл в Сегревиль, в дом Гильёма Моко, своего тестя.

Этот свидетель также сказал, что когда они были в Павии, они нашли там Раймона Адальберта и Иоанна Фабри (или Иоанна, кузнеца). И этот Иоанн Фабри научил его поклоняться добрым людям и говорить 'Благословите нас' и 'Окажите нам милость' и другие слова, которые еретики говорят при поклонении, а именно: 'Пусть Отец, и Сын, и Святой Дух будут милостивы к вам и простят вам все ваши грехи'. И тогда они читали 'Отче наш', говоря в середине 'хлеб наш сверхсущностный'. И в конце 'Отче наш' они поклонялись и говорили: 'Ибо Твоё есть Царство, и сила, и слава, во веки веков, аминь. Да благословят нас Отец и Сын, вместе с Духом Святым. Благодать Господа нашего Иисуса Христа да пребудет со всеми нами, аминь'. И тогда они поклонялись, и говорили 'Благословите нас' и 'Окажите нам милость', а еретики тогда отвечали 'Да благословит вас Господь'.

И тогда он также сказал, что вышеупомянутый Иоанн Фабри, наставлявший его в учении еретиков, дал ему пояс для ношения.

Это упомянутый свидетель засвидетельствовал перед братом Ранульфом де Плассаком, инквизитором. Свидетели: брат Гильём де Лабарт, из ордена братьев-проповедников, и я Бернар Бонет, общественный нотариус, который записал это.

Также в лето Господа нашего 1274, за четыре дня до майских ид, вышеупомянутый Альдрик, будучи вызван, добавил, что однажды он поклонялся вышеупомянутым еретикам, трижды говоря 'Благословите меня' и преклоняя колени, по обычаю еретиков.

Это он засвидетельствовал перед братом Ранульфом, инквизитором. Свидетели: господин Иоанн де Вауре (Бауре?) и брат Арнольд Гервази, и господин Беренгар де Верне, который записал это.

10.

В вышеуказанном году, в праздник Сен-Дени [9 октября 1273] Дюран из Руффиака в Люмьере (?), из прихода Сен-Сернен в Руффиаке, в епархии Родез, будучи приведён к присяге в качестве свидетеля и допрошен по поводу ереси и вальденсианства, ничего не сказал, как и недавно (незадолго до этого?).

Однако после сокрытия и умалчивания правды, он сказал, что говорил, в человеческом теле нет души, кроме крови (?).

Спрошенный, как часто он это говорил, он сказал, что два или три раза.

Спрошенный, где он произносил эти слова, он сказал, что как-то раз на рынке в Кайлусе, в общей часовне.

Спрошенный о других местах, он сказал, что не помнит.

Спрошенный о времени, он сказал, что в последние пять лет; а спрошенный о том, кто при этом присутствовал, он назвал Уго де Пальгареля (?) и Понса де Ливрона из Кайлуса.

Спрошенный, что побудило его это сказать, он ответил, что Понс де Ливрон, говоря с ним и вышеназванным Уго де Пальгарелем, сказал в шутку: 'Позаботьтесь о своих душах, потому что вы уже достаточно заботитесь о своих телах' (?); на что этот свидетель ответил ему, сказав: 'А вы верите, что в человеческом теле есть душа, помимо крови?'. Вот что побудило его сказать вышеупомянутые слова.

Будучи спрошен, верил ли свидетель в то, что он высказал в своей компании, он сказал, что нет, и не верит в это сейчас.

Также, спрошенный, говорил ли он когда-нибудь, что даже если бы тело Христово было размером с гору, клирики давно бы съели его, он сказал, что да.

Спрошенный, как часто он это говорил, он сказал, что один раз.

Спрошенный, где [он это говорил], он сказал, что не помнит.

Спрошенный о свидетелях, он сказал, что не помнит.

Спрошенный о времени, он сказал, что не помнит, но полагает, что это было где-то в последние десять лет.

Спрошенный, верит ли он в то, что сказал о теле Господнем, он сказал, что на самом деле нет, и что он, как и другие верующие, верит, что святые дары - это истинный Бог и истинный человек.