В отличие от всех остальных на тримаране Голушко так и не понял, что он только что пережил кризис власти, и поэтому продолжал разговор со Снурией, как будто ничего не произошло, чем невольно добавил себе авторитета у капитана тримарана.

***

А тем временем в одной из кают тримарана разворачивался ещё один кризис власти, и, в отличие от кризиса на палубе, «власть» явно проигрывала «возмущённым массам».

— Никуда я с тобой не пойду, лицемер! — визжала Куандука. — Как родной город жечь, так ему Великий Куст не указ, а как сестру заставлять делать то, что ему нужно, так сразу начинаешь цитировать священную книгу!

— Хорошо, мне плевать на Куст, священную книгу и этот проклятый город, — закипая, зашипел в ответ Ребел. — Скажу больше, мне и на тебя наплевать, но отец завещал трактир в Кирвесе тебе, как дочери его второй жены, а он нужен мне! И ты пойдёшь со мной и будешь слушать меня и мою жену, иначе...

— Что иначе?! — истерично взвизгнула Куандука, пытаясь вырвать свою руку от сводного брата.

— Давно плетей не получала? — гнусно улыбнувшись, прошептал ей Ребел. — А моя жена тебя ещё и розгами приласкает, ей строптивая служанка в МОЁМ трактире не нужна...

— Помогите! — заорала во всю мочь Куандука, когда сводный брат, больно вывернув ей руку, потащил её на палубу.

— А что это ты делаешь, миленький? — игриво спросила Тулекача, невысокая ярко-рыжая девица, обхватив левой рукой шею семикустника.

В любом другом случае Ребел не обратил бы на вопрос, заданный подобным тоном, внимание. Однако в данном случае правая рука рыжей девицы подвела остро заточенный кинжал прямо ему под подбородок, поэтому Ребел выпустил сводную сестру и подрагивающем голосом произнёс:

— Воспитываю свою младшую сестру, на что имею полное право.

— Извини, миленький, — Тулекача переместилась к стенке прохода, не забывая прикрываться кинжалом от возможного нападения Ребела, — но на корабле воспитывать кого-либо имеет право только госпожа капитан, — тут из голоса рыжей девицы исчезли игривые нотки, и она жёстко продолжила:

— Так что сейчас вы оба идёте на палубу и рассказываете о ваших разногласиях госпоже Снурии. Прошу, — Тулекача кивнула головой по направлению к выходу и, поигрывая кинжалом, добавила:

— И без глупостей, миленький, а то мне не хочется палубу отмывать от твоих крови и дерьма, если ты надумаешь со мной шутить...

***

— Значит, ты, девочка, не хочешь идти с братом? — с неприкрытым сарказмом спросила Снурия.

— Не хочу, — ответила Куандука.

— А ты, — тут капитан тримарана повернулась к Ребелу, — хочешь завладеть её постоялым двором?

— Он уже им завладел, — вместо брата ответила Куандука.

— Депупан, иди сюда, голубчик, — отвернувшись от брата с сестрой, позвала бывшего менялу Снурия.

— Да, госпожа, — кивнул подошедший Депупан.

— Сколько стоит постоялый двор? — спросила Снурия.

— Смотря какой постоялый двор, госпожа, — улыбнувшись, ответил Депупан, и принялся перечислять, что влияет на стоимость подобного предприятия:

— Расположение в городе: у городских стен или в центре, размер земельного участка постоялого двора, количество комнат для гостей, количество столов в зале, есть ли разрешение магистрата на, — тут бывший меняла немного смутился и сказал осторожно, — предоставление особых услуг. Также на стоимость влияют: находится ли постоялый двор на берегу реки или ручья. Имеется ли собственный ледник, насколько велика конюшня, есть ли постоянная клиентура и какого сорта, — увидев непонимание на лицах слушателей, Депупан пустился в объяснения относительно последнего пункта:

— Местные или приезжие составляют большую часть посетителей? Кто основные клиенты постоялого двора - купцы, ремесленники, воины, стражники? Например, если постоялый двор часто посещает стража, то «крыша» дань с него обычно не берёт, но и стража за обед платить не любит, — тут Депупан снова замолчал, вдохнул, и продолжил:

— Так что ваш вопрос, госпожа, не из тех, на которые легко дать ответ. Без учёта перечисленных мной факторов цена трактира может быть от одной тысячи золотых до десяти, а в особых случаях стоимость может быть даже вдвое больше, и это я ещё не все вопросы перечислил, госпожа.

Степан, глаза которого постепенно стекленели в процессе речи Депупана, потряс головой и спросил:

— А сколько постоялый двор стоит в среднем?

— Господин капитан, — начал отвечать на вопрос командира гвардии Валинора Депупан, не замечая, что своим обращением к предводителю вольной роты он вызвал недовольство Снурии, — как я уже говорил, существует множество вопросов, без ответа на которые...

— Короче, — перебил своего подчинённого Голушко, прекрасно понимающий, что с того момента, как Куандука была в последний раз на том постоялом дворе ещё со своим отцом, прошло уже больше пяти лет, и многое могло измениться, а спрашивать Ребела – глупо.