— Встречал.

— Ну и как он? Как? — Старик улыбался, словно вспоминая что-то очень приятное. — Понравился он мне.

Нужно было, конечно, Быкову уклониться от ответа, но он не смог.

— Этот светленький, папаша, молоденький, как вы говорите, и уволил меня…

Старик искоса посмотрел на Быкова, вдруг заторопился.

— Уж извините, спешу я, знаете. Жена ждет, да и Тишка некормленый… Спешу. До свидания вам.

Быков остался один.

Снова пошла по своему кругу Большая стрела. Окончился перерыв. Дождь перестал, но белесый туман сгустился, и от этого стройка казалась чужой, непонятной, а люди — серыми тенями. Что он тут стоит перед стройкой как подсудимый? Пошли они все подальше. Разве он не найдет себе другую каторгу? Да, именно каторгу!..

И вдруг он так ясно понял, что ведь дело не в потоке, не в объединенной бригаде, которая возникла на этом строительстве. На новом месте тоже кто-то предложит другие новые идеи. И снова они покажутся ему чудными, снова он будет против них.

Как нищий стоит он теперь перед воротами стройки. «Ну что ж, решай», — говорит он себе… Но все уже решено.

Нехотя, медленно Быков пошел к проспекту. Он знал, что больше никогда сюда не вернется.

1 октября

Марте Вернер

Дессау, ГДР

Дорогая Марта! Для практики пишу письмо по-русски, как ты просила — печатными буквами.

В своем письме ты дала жалобу, что я пишу слова, которые нет в словаре, такие, как «негоже», «поелику», «вкалывать». Это, Марта, есть старинные московские слова. Я уже так много знаю русский язык, что геноссе Виктор сказал: «Карл Альбертович, у вас есть глубокое знание языка и московский выговор».

Жду тебя в Москве с маленьким Карлом и Эльзой. Геноссе Виктор сказал, что тоже будет весьма (это слово я уже объяснял) рад тебя встретить.

Я уже писал тебе, Марта, что весьма жалею Быкова, поелику (привыкай к старинным словам: «поелику», Марта, это есть «потому») он хороший товарищ. Я имел речь на оперативке (ты никак не поймешь это слово. Нет, оно не от слова «операция». Как сказать откуда? Сейчас, Марта, подумаю. Ага! Оперативка — есть «Скорое собрание»… Хоть оно тянется два и три часа).

Вот на Скором собрании я имел речь, что негоже (беда есть с тобой, Марта. Только хочу старинное слово написать, ты не понимаешь! «Негоже» — есть «не годится») его, Быкова, снять с работы. После Скорого собрания, на котором мы вкалывали (это слово объясню в конце письма) два часа, меня поздравляли из других фирм представители за хорошую речь (Rede).

Вчера мы сами — все фирмы — делали оперативку. Я был главный и спросил, кто дал жалобу на Быкова? (Ты, Марта, пишешь много раз «Биков», запомни букву «ы», она зовется «еры»). Никто не отозвался тогда, я просил товарища, кто дал жалобу, ее забрать назад. На этом оперативка закончилась. Есть у меня одна мысль, кто дал жалобу, но пока буду ждать.

Целую тебя, маленького Карла и Эльзу.

P.S. Не забудь, Марта, когда поедешь, закрыть газ и воду.

P.P.S. Я обещал рассказать о слове «вкалывать». Оно есть старинное московское слово. Значит — весьма сильно работать.

P.P.P.S. Поезд будет приезжать на Белорусский вокзал, в 21.45 часов.

2 октября

Йожефу Надь

Будапешт, Госплан ВНР

(перевод с венгерского)

Уважаемый товарищ Иожеф Надь!

С некоторым опозданием сообщаю следующее. Начальник СУ-113 тов. Владимир Быков передал фирме «Электро» письмо, в котором предупредил, что если в течение трех дней не будет внесена плата за услуги, Владимир Быков отключит электроэнергию.

Это письмо я обжаловал как грубое. Вчера нам официально сообщили, что Владимир Быков снят с работы. Как вы советуете, мне дальше действовать?

С уважением

Шандор Тоймед

Представитель фирмы «Электро»

5 октября

инж. Шандору Тоймед

Представителю фирмы «Электро»

г. Москва, СССР

(перевод с венгерского)

Товарищ Шандор Тоймед!

Я получил сообщение о Вашей жалобе на начальника СУ-113 т. В. Быкова.

Ваши дальнейшие действия зависят исключительно от Вас самого, от Вашей совести.

Делаю Вам замечание за несвоевременную оплату счетов генерального подрядчика В. Быкова.

Иожеф Надь

Представитель Госплана ВНР

по координации работы фирм