Кстати, в раю тоже спешить не принято: там все что-то успели, кто-то смог совершить подвиг, кто-то убить кучу неверных, кто-то просто сделал добрый поступок, а кто-то успел замолить свои грехи в церкви. Но, скажу вам по секрету, рая нет, есть только ад!

(Голос с неба)

– НЕ ПИЗДИ!

(Сатана)

– Вот он, глас ангелов! Но вы не обращайте внимания, рая все равно нет.

(Голос с неба)

– КОМУ ГОВОРЯТ, НЕ ПИЗДИ!

(Сатана)

– Ладно, ребята, не обращайте внимания, у нас еще свои дела есть.

И мы отправились в путь...

Уровень 4

Шли мы долго, шли по лугам, лесам и болотам. Изредка нам попадались убогие деревеньки некогда великих колхозов-миллионеров, мимо нас постоянно проносились роскошные европейские автомобили, надежные японские машины, мощные мотоциклы, огромные американские фуры и прочие "Жигули". На пути попадались небольшие придорожные кафе, с одним единственным названием на всех - "У Вазгена", и много других вещей, не привлекавших особого внимания в силу своей повседневности.

Спускаясь с очередного холма, мы увидели вдалеке возвышающееся над горизонтом громадное нечто. Это нечто было чуть в стороне от нашего пути, но Сатана свернул именно к нему, и зашагал бодрым шагом, мы еле поспевали за ним.

Мне не было понятно, куда мы идем, и что это за объект. А потом мы вообще зашли в лес, и нечто от нас скрылось. Еще несколько часов пути по лесным просекам, масса гнуса и смертельная усталость... И мы, наконец, вышли на огромную поляну, посреди которой возвышалась гигантская статуя. Статуя Кадырова.

(Лыков)

– И зачем мы сюда пришли?

(Сатана)

– Мы должны извиниться. Эту статую не зря же тут поставили. Усталый русский путник должен, проходя мимо, извиниться перед Кадыровым, таков обычай!

(Лыков)

– А почему статую не поставили возле трассы? Зачем надо делать такой крюк?

(Сатана)

– Тебе же русским языком сказано, что "усталый русский путник" должен извиниться, а если бы статуя стояла возле трассы, то путник недостаточно устанет.

(Лыков)

– Хм... Логично! Тут не придерешься.

С полчаса мы стояли и извинялись, а потом пошли обратно. Примерно через час мимо нас пронеслась черная машина с тонированными стеклами, государственными триколорами и мигалками. Она мчалась к статуе. Сатана раскланялся перед несущейся навстречу машиной и еще долго кланялся, глядя ей вслед. Потом объяснил, что это тоже путники, они едут извиняться перед Кадыровым, ибо таков обычай.

(Лыков)

– А в машине-то кто был?

(Сатана)

– Признаться, не успел разглядеть, но с мигалками у нас простое быдло не ездит, по машине сразу видно - серьезный человек!

Потом мы еще долго шли в сторону трассы, начало смеркаться, и мы решили разбить лагерь в лесу. Так закончился первый день нашего пути...

Уровень 5

В тот вечер мы не нашли никакой придорожной гостиницы, пришлось расположиться прямо на берегу живописной вонючей речушки. Разожгли костер, Сатана откуда-то достал бутылку "Карачинской", несколько конфеток "Коровка" и пять бутылок водки.

– Знаете ли, литр на троих много, а одному мало, поэтому я выбрал оптимальный объем. Будет чем поужинать и о чем поговорить.

(Чебурашка)

– Это хорошо, что есть водка, нам, русским людям...

Мы с недоумением посмотрели на это лохматое ничтожество.

– Ну, в смысле, я хотел сказать, нам русским, без водки никак нельзя. Водка помогает нам найти взаимопонимание между нами, найти консенсус и обрести коллективное дао. Водка - это национальная идея! Водка...

(Лыков)

– Не еби мозг, сначала выпьем, а потом и поговорим. Рогатый, наливай!

Выпили по стакану, запили водичкой, закурили...

(Лыков)

– Ну, теперь можно и попиздеть. О чем ты,ушастый, хотел поговорить?

(Чебурашка)

– Хороший задушевный разговор не может начинаться с вопроса, о чем поговорим, это всегда экспромт, иначе получается скучно и фальшиво. Либо всегда сводится к теме сисек.

(Сатана)

– А что, я вот никогда не против поговорить про сиськи.

(Чебурашка)

– А я вот всегда проигрывал в конкурсах мокрых маек, поэтому мне и говорить-то собственно не о чем. Так что говори сам.