— Да, — я водила ложкой по тарелке, размазывая липкую кашу по краям, — его сиятельство привёз меня домой.

— Я проезжал мимо, когда увидел, как Розалинда поднимается по ступенькам... гостиницы и решил забрать с собой, поскольку уже возвращался в поместье. — Низкий чувственный голос с такими мягкими интонациями и эта короткая пауза, как напоминание о секрете, о том, что случилось вчера. Будто намёк, что он не позволит мне об этом забыть.

— А как же твоя подруга?

— Люси поздно приехала, Артур не желал отпускать её.

— Что же, оно и к лучшему. Незачем тебе ночевать одной в гостинице.

— Да, конечно. Катрин, можно я проедусь верхом?

— Ты должна помочь мне, Розалинда, я не могу одна всем заниматься.

— Я всего лишь на час. Съезжу в соседнее поместье, отвезу Александру приглашение.

Я умоляюще посмотрела на мачеху. Ну отпусти меня хоть ненадолго, это же просто невыносимо оставаться здесь, в его присутствии, и чувствовать как по телу скользит его взгляд, будто кожи касается обжигающее пламя свечи.

— Послушай, Розалинда, Александр неплохая партия, но на твоём месте я бы всё же подумала о кандидатуре барона. Сейчас я тебя отпущу, но поразмысли над моими словами.

— Да, да, я подумаю, — поспешно поднявшись со стула, пожелала всем приятного аппетита и выскользнула за дверь столовой.

Путь верхом до поместья баронета занимал не дольше тридцати минут. Когда я приехала, меня сразу провели в гостиную, где родители Александра пригласили составить им компанию за утренним чаем. На маленьких тарелочках уже лежали аппетитные крошечные пирожные, аккуратные бисквиты и заварные трубочки с воздушным кремом.

Ах, как же я любила приходить в гости к баронету Николасу Лидфорду и его очаровательной жене Маргарет. Здесь меня всегда баловали вкусными угощениями в отличие от дома, где мачеха, не желая подвергать себя лишним соблазнам, заодно и мне запрещала есть сладкое. Пирожное перепадало только по праздникам или когда я сама тайком покупала себе одно в сельской кондитерской.

— Розалинда, милая, как давно тебя не было. Александр сейчас на конюшне осматривает своё недавнее приобретение.

— Какое приобретение? — я положила на тарелочку маленький бисквит и с любопытством посмотрела на довольную супружескую чету.

— Я купил мальчику новый фаэтон, — баронет весь светился от гордости, и я представила, как должно быть счастлив сейчас сам Александр.

— Это так замечательно. Он ведь давно о нём мечтал. А я привезла для вас приглашения. Через две недели Катрин организовывает приём в честь моего семнадцатилетия. Я хотела вручить их вам лично.

— Это так мило с твоей стороны, дорогая.

Я протянула белые карточки с позолоченными вензелями, которые вчера сама подписала.

— Мы будем непременно.

Маргарет с улыбкой приняла приглашения, а я пригубила чаю из тонкой чашки, когда дверь распахнулась, и в комнату влетел сияющий Александр.

Светлые волосы были взлохмачены, серо-зелёные глаза горели радостным возбуждением. Юноша прошёл уже до середины комнаты, когда увидел в кресле меня.

— Лина! — он резко остановился. — Какой неожиданный сюрприз.

— Доброе утро, Александр.

Молодой человек широко улыбнулся, подошёл ко мне и поцеловал протянутую руку. С Александром мы были знакомы с детства, и он единственный, кто звал меня этим необычным, лично им придуманным, именем.

— Как я рад тебя видеть! Ты приехала верхом?

— Да.

— Чудесно! Я прикажу слугам отвести твою лошадь домой следом за нами, а сам подвезу тебя в новом экипаже. Не желаешь ли посмотреть?

— Александр, позволь Розалинде сперва выпить чаю, куда ты так торопишься?

Алекс едва заметно сморщил нос, но перечить не стал, опустился в соседнее кресло и последующие минут десять делал вид, что принимает активное участие в чаепитии, однако я чувствовала, он ждёт не дождётся, когда мы наконец покинем гостиную. Не желая мучить его ещё дольше, я быстро допила свой напиток, поднялась, поблагодарила хозяев за гостеприимство и вышла следом за молодым баронетом.

— Ты только взгляни.

Хозяин чёрного лакированного фаэтона взирал на меня с небывалой гордостью.