– Не кипеши! Я брату позвоню, он поумней нас обоих. И в армии служит. Выстрелит в эту чуму из гранатомета - пуффф! И никакой чумы не останется, по стенкам размажет.

– Пуффф!
– Лешка расхохотался, поперхнулся чаем, закашлялся и снова захохотал.

Отсмеявшись, Ромка достал мобильный.

– Привет, Илюха! Да все хорошо! Сижу дома, жру тушняк, играю в танки. Заходили тут двое ценности реквизировать - пуганул так, что обосрались! И если ещё сунутся - тоже стрелять буду! Да, я здоров! Нет температуры, все хорошо! У меня дело важное... Попозже? Какая капельница? Ты где, Илюха?! Алло! Алло!!!

Положив в карман жалобно гудящий телефон, Ромка неумело выругался и ударил кулаком по столешнице.

– Илюха в госпитале лежит.

– Что с ним?

– Не знаю, - выдохнул Ромка.
– Не колется. Может заболел, а может и подстрелили - он в оцеплении был. Я с ним просился - не взял.

– Беда, - посочувствовал Лешка.
– Подожди переживать, брат у тебя сильный - поправится. Выйдет из больницы и всем наваляет!

Ромка молча отвернулся к стене. Не глядя на друга, Лешка прибрал со стола и вымыл посуду. Помочь тут и вправду не поможешь. И хорошо если Илья действительно ранен, а не схватил заразу... зачем я себя обманываю. Старший Бабаджи был в кошмаре, который показывал римский воин, его труп сбрасывали в могилу, и тело Ромки тоже упало вниз. И Яна...

– Хватит киснуть. Пока мы тут сидим, чума по городу гуляет, как у себя дома. Хочешь стать следующим?

Ромка непонимающе посмотрел на друга. Лешка заметался по кухне

– Думаешь "что я могу"? Да ты в бандитов стрелял, чтобы людей защитить! Ты смелый!

– Я про Витю Коробкова вспомнил. Ему ведь лет было сколько нам с тобой, когда он пошел с фашистами воевать.

– Он погиб, - добавил Лешка.

– Скорее всего мы тоже умрем, - тихо сказал Ромка.
– Но по крайней мере не сдохнем как крысы.

– Черта с два! Помирать он собрался. Я ещё в Москве не был. И в кино не снимался в главной роли. И не...

Оба мальчика покраснели. Ромка опомнился первым.

– Ты знаешь, где искать чуму в городе? А как её можно убить, уничтожить совсем?

– Понятия не имею. Айда в интернет! И наших заодно спросим.

К полуночи они знали о чуме все, что смогли найти и понять. Про Юстинианову чуму в Царьграде, про то, как генуэзцы привезли болезнь в Европу прямо из Феодосии, про лондонскую эпидемию, про вакцину Хавкина, про чумных докторов и их клювастые маски. Про злобную бактерию иерсиния пестис, про глупого врача, который таскал чуму на своих плечах и про святого, который остановил мор, построив церковь в городе за один день. И про то, что город Феодосия в карантине, выезд и выход за территорию запрещены до особого распоряжения, нарушителей наказывают по всей строгости военного времени.

Одноклассников в беседке оказалось всего шестеро. Неразговорчивый Костя, скандальный Сашок, мрачный Елистратов, перепуганная Яна, зануда Таня и позорно счастливая Колышкина - её папаша оказался умнее всех и успел вывезти семью прошлым вечером, едва завыла сирена. Правильную идею, конечно же подала зубрилка Таня - она смотрела старый-престарый фильм про чуму и видела, как болезнь выжигают огнем. У Кости дома лежали факелы, привезенные из прошлогоднего лагеря. Яна пообещала достать бензина из отцовского гаража. Елистратов посулил дедовский дробовик. А Сашок обозвал всех дебилами и отключился. Где искать чуму, не представлял никто. Договорились завтра в девять утра встретиться у подъезда и прочесать весь город. Вдруг повезет?

Зевнув во весь рот, Ромка выключил компьютер. За окнами гулял бешеный феодосийский ветер, дребезжала на крышах жесть, скрежетали деревья. Где-то внизу заунывно рыдала женщина, ей вторили безутешные псы.

Ромка виновато посмотрел на Лешку:

– Слушай, давай сегодня спать вместе, в одной кровати.

Лешка выпучил глаза:

– Как педики что ли?

– Придурок Дорош! Как братья, - Ромка покосился на зловещую темень.
– Мне знаешь как страшно было здесь одному? Музыку включал громко, телевизор гонял, пистолет держал под рукой и все равно до утра дрожал.

– Ладно! Только чур не пинаться.

Сонный Ромка поставил будильник на восемь. Свет по молчаливой договоренности решили не выключать. Мальчики завернулись каждый в свое одеяло, прижались друг к другу тощими спинами и моментально уснули.

Глава 11. Дружба.

Мама с папой говорили по скайпу до поздней ночи. Сперва они ругались, потом мама плакала, потом смеялась сквозь слезы и вспоминала что-то далекое, из тех времен, когда оба были студентами. Мамин голос стал теплым, щеки порозовели, она словно бы помолодела за время долгой беседы. Они с отцом разошлись десять лет назад, почти не виделись, говорили друг с другом редко, неохотно, порой враждебно. Тане нравился веселый и добрый папа, она любила его проделки, заразительный смех, мальчишество - и на дерево мог залезть и блинчик по воде запустить и на американских горках с дочерью прокатиться. Но к любви примешивалась толика снисходительной жалости - даже наивная, слабенькая мама казалась взрослей и серьёзнее. И с деньгами папа обращался неаккуратно - мог задержать на месяц или прислать меньше обещанного. Мама в такие дни раздражалась, переживала, а иногда и повышала на дочку голос. Таня видела все.

Но сегодня ночью папа звонил из Москвы - оставив все свои дела, он купил билет на первый рейс из Берлина. И к полудню, если самолет не отменят, обещался быть в Симферополе. Таня не помнила маму такой счастливой, никогда в жизни.

– Пир во время чумы, - улыбнулась мама и выключила компьютер.
– В годину бедствий, как говорят классики, звезды светят особенно ярко. Я всегда любила твоего папу, и он тоже любил меня. Но мы были молодыми упрямыми идиотами, не думали ни друг о друге, ни о тебе.