— Ну и погуляли! — присвистнул Андрей, рассматривая запущенную и убогую обстановку вагончика. — Спят теперь где-нибудь на участке, пока хозяин в городе бабки зарабатывает.

Из-за занавески вдруг отчетливо послышался храп. Алька прыснула, подошла на цыпочках, откинула край шторы. На неком подобии топчана, подложив под голову ватник, богатырским сном спал Петро. Лицо его и во сне оставалось таким же мрачным и угрюмым, одна рука свешивалась вниз, почти касаясь пола, другая лежала на груди, как у покойника. Глядя на этого здоровенного, сизого от водки мужика, Алька еще раз мысленно благословила хозяина дачи, явившегося в самый нужный момент. Петро меж тем что-то почувствовал, заворочался, басисто всхрапнул напоследок и открыл осоловевшие глаза. Ни Алька, ни Андрей поначалу не попали в круг его зрения. Он медленно, тяжело вращал зрачками, с трудом соображая, где находится. Потом лицо его прояснилось, он, кряхтя, поднялся, сел на кровати, озираясь по сторонам, и тут наконец заметил непрошеных гостей.

— Кто такие? — просипел мужик сорванным, свистящим голосом. Он явно не узнавал Альку.

— А Тарас где? — спросила та, радуясь, что Петро обнаруживает способность разговаривать.

— Вы насчет крыши, что ли? — догадался Петро.

Алька поспешно кивнула, незаметно дернув Андрея за руку.

— Так и не зробил, шельмец! — не то спросил, не то подтвердил сам себе Петро и встал окончательно, слегка пошатываясь. — Погодьте, щас сам побачу, шо там у вас. Водички только попью.

— Да не надо, — испугалась Алька. — Нам сейчас не к спеху. Вы лучше скажите, где его найти, Тараса. Мы с ним сами все решим.

— А я тебя, девка, кажись, знаю. — Петро пригляделся, сощуривая свои и без того узкие, заплывшие глаза. — Ты на прошлой неделе не приходила до нас?

— Вот насчет крыши и приходила, — не моргнув глазом соврала Алька, хотя внутри у нее все похолодело от ужаса. Не хватало, чтобы Петро с пьяных глаз выложил Андрею все, что тут произошло на прошлой неделе!

— До пруда ходите, — неопределенно махнул рукой Петро, удовлетворившись Алькиным ответом. — Там Тарас. Рыбачить пошел с хлопцами.

— А хозяин ваш дома? — встрял Андрей.

— Не, — ответил Петро, выходя из-за занавески. — В Москве хозяин.

— А пруд где?

— На месте, где ж ему быть? — удивился мужик. — Дорогу перейдете, и как раз.

Больше Алька расспрашивать мужика не решилась, надеясь, что пруд и Тараса они разыщут сами. Кроме него, ключ от дачи Кретова им никто не даст, это ясно.

Улица, где стоял дом Кретова, была последней в поселке, за ней дальше не было построек. Алька и Андрей перешли на другую сторону и уткнулись в заросли ивняка.

— По-моему, это не здесь, — пожал плечами Андрей, но тем не менее мужественно шагнул в паутину из упругих прутьев.

Алька, морщась и прикрывая лицо, двигалась за ним. Вскоре ивняк начал постепенно редеть, потянуло сыростью и показался пруд — небольшой, напоминающий скорее болото. На противоположном берегу тлел полупогасший костер. Вокруг него сидело несколько мужиков и две девушки. Компания негромко переговаривалась, девушки изредка пронзительно взвизгивали, после чего слышалось ржание и матерные реплики. В воде лежала пара удочек, упертых в камни.

— Вон он. — Алька указала на расположившегося в центре группы Тараса. Он лежал, вытянув длинные ноги в высоких, болотных сапогах, голова его удобно устроилась на коленях одной из девиц.

— Позвать его? — спросил Андрей.

— Позови.

— Тарас! — крикнул Андрей, сложив ладони рупором.

— А! — гаркнул тот с другого берега.

— Подойди сюда! Дело есть.

— Щас! — Тарас поднялся, стряхнул с рубахи и штанов налипший травяной мусор и зашагал вдоль пруда к Альке с Андреем. Через несколько минут он показался из-за кустов слева, вопросительно взглянул на Андрея, потом перевел глаза на Альку и заулыбался.

— Э! Опять ты? Соскучилась, никак? Кто это с тобой?

— Брат, — отрезала Алька.

— А не похож! — загоготал Тарас.

— Мы от разных матерей, — серьезно проговорил Андрей, слегка надвигаясь на Тараса.

— Понял, понял. — Тот поднял руки и отступил к воде. — Звали чего?

— Дай ключ от дома Павла Тимофеевича, — попросила Алька.

— Зачем? Снова сумочку свистнули? — Тарас перестал улыбаться, глядел на Альку и Андрея прищурившись, сплевывая сквозь зубы шелуху от семечек.

— Нет. — Алька отвернулась в сторону.

— А нет, так и нечего голову дурить, — неожиданно зло проговорил Тарас. — Думаешь, я тебя в тот раз не раскусил? Шли бы вы, а то я ведь хлопцев кликнуть могу.

— Я тоже кое-что могу, — вскипела Алька. — Например, хозяину вашему рассказать…

— Варежку заткни, — грубо бросил Тарас. — Расскажет она! Я сам сначала расскажу, как ты по чужому двору шастала.

— Тихо, тихо, — перебил Андрей. — Ты, Аля, я вижу, мне не все передала. Ему придется объяснить.