РОЖЕ. Ты могла бы быть поэтом, моя Лина.

ЛИНА. Любовь так же непохожа на обыкновенную жизнь, как пение непохоже на

разговор.

Телефон. Роже берёт трубку, слушает, кладёт трубку.

РОЖЕ. (Удивлённо) К нам идёт Мик.

ЛИНА. Мик?

РОЖЕ. Чтобы она пришла сюда после истории с машиной, нужны чрезвычайные

обстоятельства.

ЛИНА. Не нервничай! Сейчас всё узнаешь. А я удаляюсь. (Поспешно вскакивает с

постели)

РОЖЕ. (Хватает её за руку) Ну уж нет! Я не отпущу тебя! Пожалуйста…

ЛИНА. (Смеётся) Я удаляюсь в ванну!

Стук в дверь.

Лина открывает.

На пороге – Мик. Она плачет.

МИК. (Заикаясь от слёз) Здравствуй, Лина.

ЛИНА. (Обнимает Мик) Не плачь, Мишель! Сердечные неурядицы бывают у всех! Всё

уладится! (Подталкивает Мик к Роже и уходит)

МИК. Я вас потревожила, тебя и Лину….

РОЖЕ. (Привлекает её к себе на постель) Скажи… Лина угадала?

МИК. (Вытирает слёзы перчаткой) Да…

РОЖЕ. (Протягивает её платок) Любовные дела…

МИК. (Берёт платок) Спасибо!

РОЖЕ. Я в этом ничего не понимаю.

МИК. А думаешь, я понимаю?

РОЖЕ. (Даёт Мик сигарету и подносит огонь) Это тот мальчик?…

МИК. Спасибо большое…(Затягивается) Да.

РОЖЕ. Мне он показался славным.

МИК. Он такой и есть.

РОЖЕ. Тогда я вообще ничего не понимаю.

МИК. Я сама ничего не понимаю.

РОЖЕ. Вы поссорились?

МИК. Да.

РОЖЕ. Он прогнал тебя?

МИК. Да.

РОЖЕ. И из-за этого ты в отчаянье?

МИК. Да.

РОЖЕ. И это так серьёзно для тебя?

МИК. Да. Я поступила, как идиотка. И он об этом знает. Я отдалась другому парню.

РОЖЕ. (Встаёт) Что ты сказала?

МИК. Парню, которого не люблю. И который не любит меня. А он пришёл и нас увидел.

РОЖЕ. Он вас увидел?

МИК. И он ушёл. И вот и всё! О, Роже! (Она ничком падает на кровать и рыдает)

РОЖЕ. (Обнимает её) Но почему, почему? Ради удовольствия?

МИК. Нет!

РОЖЕ. Тогда почему? Ты же в своём уме? Что всё это значит?

МИК. (Вскакивает) Почему? В самом деле – почему? (Расхаживает по комнате) Зачем?

Без всякого удовольствия? Потому что, такова жизнь… Мир такой грязный… И любовь

– это подавление личности…

РОЖЕ. Что ты несёшь? Ты спятила? Когда я с Линой… Что же ты думаешь, Лина

подавляет мою личность? Наоборот! Моя жизнь, как жизнь личности, начинается в ту

минуту, когда я обнимаю Лину… (Обнимает Мик) Ты сейчас чувствуешь себя очень

несчастной?

МИК. (Вырывается) Ещё как!

РОЖЕ. И ты не можешь с этим смириться, сестрёнка.

МИК. (Трясёт кровать в ярости) И это случилось со мной! Со мной! Сердечку – бо-бо!

Какие сопли! Он победил меня по-настоящему!

РОЖЕ. (Обнимает её) Ты чувствуешь себя побеждённой?

МИК. Это ужасно, но к чему отрицать очевидное?

РОЖЕ. Может, ты думаешь, что жизнь – одни победы? Значит, ты его любишь?

МИК. (Кричит) Да!!! Я форменный псих!

РОЖЕ. Так скажи ему об этом! И всё станет хорошо!

МИК. Как ты себе это представляешь. Пойти сейчас, в двенадцатом часу ночи к нему

домой и сказать: «Боб, я люблю тебя до безумия»?

РОЖЕ. Форменный псих! Есть же телефон.

МИК. Он высмеет меня!

РОЖЕ. Я видел его недолго, но мне кажется, он так не сделает.

МИК. Позвонить и сказать, что люблю? И всё?

РОЖЕ. Попробуй!

МИК. Но, если мужчина знает, что его любят, он непременно этим воспользуется. И

тогда жди беды!

РОЖЕ. Ты действуешь мне на нервы! Это бредни! Вот телефон.

Мик набирает номер.

РОЖЕ. Скажи, сестрёнка, и тебе не с кем было посоветоваться?

МИК. (Жалобно) Оказалось, у меня никого нет, только ты, Роже и… Лина. (В трубку,

робко) Можно попросить Боба, если он вернулся? (Роже, радостно) Он дома, дома! (В

трубку) Скажите, что спрашивает его Мик… (Слушает и кладёт трубку) Он не захотел

со мной разговаривать.

РОЖЕ. Это потому что он оскорблён. Это хорошо… Если бы ты была ему безразлична,

он не принял бы это так близко к сердцу…

МИК. (Встаёт) Это серьёзнее, чем ты думаешь…(Кричит в отчаянье) Моя вина! Моя