Кот не спешил подниматься. Вместо этого он прислушался к своим ощущениям и с удовольствием обнаружил, что тошноты и головокружения больше нет. Он пошевелил лапами и отметил, что прекрасно их чувствует. Общее состояние более чем удовлетворительно, подумалось Пусу. Думать о других вещах не хотелось, тем более, что вдруг появился дикий голод, который отогнал все иные мысли. Кот потянулся. Чумазый вновь вернулся из кухни с чистой тарелкой и заметил движения Мидуна. Он застыл и широко улыбнулся, издав при этом звук, похожий на чавканье грязи под большим сапогом.

– Ах ты волосатая морда! – весело вымолвил кот. – Ты тут не подох?

– Пус, привет! Ну, ты и пропал! Неделю тебя не было, считай. Я тут почти все съел уже, думал на Тучун обратно возвращаться.

– А вот он я! Живой, как видишь.

– Где тебя носило? – енот водрузил последнюю тарелку на место и облокотился о край стола головой.

– Ты сначала поесть дай, потом расскажу.

– Садись! – енот гостеприимно махнул на стол. – Все готово уже.

Кот свесил зад с кровати и сполз с нее без особых усилий, оказавшись на полу. И опять он с удовольствием отметил отсутствие каких-либо проблем с головой и координацией. Енот в это время поспешил на кухню и вновь появился оттуда, неся в лапах кастрюлю. По запаху кот понял, что внутри варилась крапивная колбаса. Причем варилась довольно долго.

– Ты колбасу что ли сварил? – удивился Мидун.

– Именно. Полезно поесть жиденького, горячего.

– Вот дурак-то, а…

– Вкусно-о-о! – протянул енот и мечтательно закатил глаза.

Пус покосился на темно-коричневое варево, но запах действительно был не самым плохим. Да и с таким чувством голода перебирать едой не особо хотелось. Он подставил тарелку, куда енот и плеснул горячей жидкости. Кот ощупал лапами пространство возле тарелки.

– А ложки-то где? – спросил он.

– Что? Откуда у нас ложки, Пус? Ты чего?

– М… – осекся кот. – Ладно, приснилось, видать.

– Ешь, как всегда. С захватом! – енот схватил свою тарелку и припал губами к ее краю, смачно чавкая. Жидкость разливалась и текла по щекам енота, заливала стол и даже лилась на пол, но енот не обращал на это внимания.

– Свинья… – шепнул кот умиленно, улыбаясь.

– М-м-м… Чвак… А?

– Ешь так, словно пожар вокруг, говорю.

– А… м-м-м... Чвак… – тарелка енота опустела. Он с довольным видом поставил ее на стол и принялся вытирать щеки лапами, слизывая с них еду.

– Так куда же ты девался? – поинтересовался енот.

Кот медлил с ответом и смотрел в свою тарелку, стараясь различить свое в ней отражение. Ему показалось на миг, что оттуда на него смотрело другое существо, но не он сам. Словно бы у него была другая форма морды, да и цвет шерсти незнакомый. Енот неловко спрыгнул со стула, задев стол, и это существо в тарелке испугалось возникшей ряби и вовсе пропало. Пус вздохнул.

– Ходил в гости к новой соседке. Познакомиться.

– Надеюсь, она недолго мучилась! – выпалил Чумазый.

Коту вдруг пришла в голову мысль, с каких пор енот воспринимает жажду кота убивать нормальной? Как он свыкся с этой новостью?

– Она жива. Она огрела меня сковородой по башке, я и провалялся у нее, поди знай, сколько времени. А потом сбежал.

Енот вопросительно заглянул в глаза коту.

– Я не шучу… – вяло произнес Пус и таки поднял тарелку, чтобы отпить варева.

– Пус Мидун. Это ты вообще?

Кот продолжал молча медленно пить свою порцию. Еда успела остыть и теплым потоком промывала слипшиеся кишки животного. Она вносила в гамму его чувств ощущение тепла, сытости и уюта. Веки снова стали наливаться сонливостью, конечности тяжелеть. Однако ко сну его организм не призывал. Он хотел лишь развалиться, где удобнее, и заняться раздумьями над всем, что произошло за последние несколько дней. Пустая тарелка опустилась на стол.

– Чумазый! А где тут зеркало? Оно вообще есть?

– В шкафу кусок был, я видел. Вон в том, глянь.

Кот соскользнул со стула и подошел к шкафу. За дверцей хранилась целая уйма самых разных по цвету и фасону зонтов, а также много банок с краской, которой, очевидно, зонты и красились. Удивляться не было желания, потому Пус быстро окинул взором все барахло в шкафу и заметил-таки осколок зеркала. Взяв его в лапы, он осторожно заглянул в него и даже несколько удивился, когда увидел там себя. Та же морда, глаза, обрубки усов, нос в шрамах. Вот только взгляд был другим. Без прежней остроты. Глаза словно округлились, и перестали видеть все детали окружающего мира. Перестали замечать малейшие движения, улавливать движение теней, оценивать расстояние до жертвы. Это уже были не глаза охотника, а глаза потерявшегося в лесу кота. От этого взгляда Пусу захотелось припасть к земле и, хрипло мяукая, заползти под кровать, спрятаться там и не показывать нос.

С неким разочарованием Пус обронил зеркало и вздохнул.

– А к нам тут приходили, тебя искали. За день до того, как ты пришел. Позавчера.

– Кто приходил? – без особого интереса спросил кот.

– Да эти же… Волки.

– Кто? – кот поглядел на енота наполнившимся тревогой взглядом.

– Волки-и-и, – протянул Чумазый. – Спрашивали, не знаю ли я, где Кабанов. А потом спросили, где найти Пуса Мидуна. Ну, я сказал им, что Кабанов и Мидун живут вместе на Тучуне, уже полгода как.