— За какой период?

Слепцов на минуту задумался.

— Знаете, капитан, если это возможно и не займет у вас три дня на сбор информации, то за пять лет. Либо сообщите мне, за какой период вы сможете собрать статистику в пределах, ну, скажем, часа. Не более. А там посмотрим.

— Слушаюсь, — Северный встал навытяжку. — Разрешите приступить?

— Приступайте, — кивнул майор.

Когда капитан вышел, полковник перевел взгляд с закрывшейся двери сначала на свой злосчастный экстренный телефон, а потом на помощника.

— Майор, вы не могли бы поделиться со мной своими соображениями? — спросил он.

Слепцов принялся молча массировать лоб обеими руками.

— Полковник, я прошу меня извинить… Просто я пока не очень понимаю, что меня беспокоит.

— Да? А мне показалось… Хорошо, тогда подождем результатов. И будем надеяться, что ничего экстренного не возникнет.

Результаты в кабинете полковника появились через пятьдесят пять минут, вместе с капитаном Северным. Северный выглядел еще более обеспокоенным.

— Разрешите доложить!

— Докладывайте, — кивнул полковник уже без давешнего раздражения, подумав «Быстро он. Великая вещь — компьютеры».

— Я взял статистику за четыре последних года, — сказал капитан. — Как раз четыре года назад, в мае, июне и июле был пик активности крыс. Неизвестно почему, но они тогда создали нам массу хлопот. Всего за три месяца было тридцать восемь случаев порчи крысами имущества…

— Не считая неучтенных, — пробормотал Слепцов.

Капитан на мгновение стиснул зубы.

— Так точно. Разрешите продолжать? — полковник кивнул, покосившись на Слепцова, и капитан продолжил: — Кроме того…

— Да, капитан, простите, я забыл спросить. — прервал того майор. — Во-первых, это точно были крысы? Как это определялось? И во-вторых, что у нас было с санобработкой на тот момент?

— Крыс мы чаще всего определяли благодаря наличию злоумышленников на месте преступления, — ответил Северный.

— Это как? — удивился Потанин.

— Их убивало током, — пояснил Северный и повернулся к Слепцову: — Что касается вашего второго вопроса, то в связи с жалобами на крыс, кроме регулярной санобработки по расписанию, мы производили и дополнительные. Приглашали различные фирмы. Одна из них — если будет нужно, можно будет проверить, какая — в конце концов справилась с этим нашествием. Далее. Через два года — то есть, два года назад — нашествие случилось снова, на этот раз в августе, и длилось полторы последние недели месяца. Девятнадцать случаев… не считая, разумеется, неучтенных. Кроме того, именно в августе был ремонт на восьмом этаже, поэтому какие-то проблемы могли списать на него. Кроме того, многие люди были в отпусках и поэтому жалобы от них могли поступить позже. После этого активность крыс сошла на нет до Нового Года, там возникли перебои в работе интернета — также благодаря крысам. Это был разовый случай.

— Спасибо, капитан, — кивнул Слепцов, после ответа на свой вопрос сидевший, вперив взгляд в столешницу. — Вы хорошо поработали… Скажите, — он поднял голову и уставился на Северного, — а какие сегодня еще были повреждены кабели?

— Никакие, — ответил капитан, — за исключением кабеля экстренной связи. Поэтому мы так долго искали место повреждения.

Слепцов покивал головой. Казалось, что он услышал именно то, что ожидал услышать.

— Майор, — полковник побарабанил пальцами по столу, — вы не могли бы все-таки нам рассказать, в чем дело?

— Сейчас… Капитан, а в те пиковые недели-месяцы… Тогда крысы повреждали экстренную связь?

— Так точно, — ответил капитан, сверившись со списком, — дважды в первый пик и один раз во второй. Тогда нам удавалось оперативно ликвидировать неисправности.

— Почему?

Северный пожал плечами.

— Крысы тогда задевали и другие кабели, в результате чего…

Он вдруг замолчал с открытым ртом. Старшие по званию молча наблюдали за остолбеневшим капитаном.

— Задевали другие кабели, — Северный поморгал — Это — диверсия. Диверсия, черт меня подери. Подготовленная диверсия, — и он встал по стойке смирно. — Разрешите идти?

— Вы его напугали, — заметил Потанин Слепцову после довольно продолжительного молчания. — Зачем вам это понадобилось?

Слепов, что-то черкавший на листке бумаги, встал из-за стола, взял этот листок и передал его полковнику. На листке была несколько неуклюже изображена большая мышь, стоящая на задних лапах, с ножом, как у Рэмбо, парой напяленных крест-накрест патронташей и сигаретой в зубах. Полковник хмыкнул.

— Но ведь он прав, — заметил майор. — Это диверсия…

— Организованная крысами.

— Именно. Они, знаете ли, умные твари. Шел я как-то домой… иду, значит, по улице мимо подвального окна, смотрю — а там крыса сидит. Спокойно так, знаете, сидит себе. А это какая-никакая дорога, там машины, вообще-то, ездят периодически, люди ходят регулярно… И крыса эта. Сидит, думает. Соображает. Кто ее знает, может, она уже до правил дорожного движения додумалась. Досоображала, значит. Понимаете? Но додуматься — полбеды, это, в общем-то, не так уж сложно. А вот если такая крыса не просто додумается до чего-то — если она еще и сможет передать то, до чего она додумалась, остальным… хотя бы тем, кто вместе с ней в подвале живет…