– Ни один из этих вариантов не подходит мне.

– Я весь во внимании, если у тебя есть идеи. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Но счастлива со мной.

Вот в чем дело. Я не могу придумать лучший вариант.

– Переезд сюда означает отказаться от моего бизнеса. Моего дома. Моих друзей и семьи, кроме Олли. Мне придётся от многого отказаться.

– Твоя жертва не останется незамеченной. Я не хочу, чтобы ты отказывалась от вещей, которые любишь. Да, я эгоистичная сволочь. Но я хочу, чтобы ты была здесь со мной каждый день. Каждую ночь.

Я тоже хочу. Но хочу ли я этого больше, чем жизни, которую создала?

Я не могу бросить все, без надежды.

– Если я сделаю это: брошу свою жизнь в Саванне ради жизни здесь, что ты можешь мне предложить?

– А чего ты хочешь?

– Я хочу знать, планируешь ли ты свое будущее со мной. Я не могу все бросить, переехать сюда и через полгода или год это все закончится.

– Я бы не стал просить тебя бросить всё, если бы не хотел будущего с тобой.

– Это включает предложение руки и сердца? И детей?

Брю отодвигается от меня.

– Оу, Рен. Откуда это?

Он удивлен моим вопросом.

– Я прошу тебя быть честным со мной и с собой. Хочу знать, к чему приведут эти отношения.

– Я люблю тебя и хочу быть с тобой. Это все, что имеет значение.

Это очень важно, но он не видит, что у нас с этим проблемы.

– Я люблю тебя, но мне нужно знать, что будет через год. Через пять лет. Десять. Какими ты видишь наши отношения?

Меня посчитали бы сумасшедшей, если бы я бросила свою жизнь, не задая сложных вопросов.

– Я вижу нас вместе. Счастливых.

Ничего конкретного.

– Я не прошу тебя делать мне предложение и заводить детей прямо сейчас. Сейчас я не готова к этому, но мне нужно знать, что планируешь это в будущем.

Он смотрит в потолок.

– Ты выбила меня из колеи, Рен. Я никак не ожидал этого разговора сегодня. Я не готов к этому.

Как он может быть не готов к этому разговору, раз просил меня бросить все и быть с ним?

– Не сегодня, не завтра, но однажды я планирую выйти замуж. Я хочу детей от своего мужа. Нет необходимости просить меня бросить мою жизнь и переехать сюда, если ты уже уверен, что никогда не попросишь меня выйти за тебя замуж или сделать обратную вазэктомию.

Он запускает руки в волосы и рычит.

– Ты не захочешь выходить за меня замуж. Я ужасный муж.

– Ты никогда не был женат по-настоящему. Просто обычный девятнадцатилетний парень, который обрюхатил свою лучшую подругу, а потом женился на ней, потому что думал, что это правильно.

Брак был с самого начала обречен.

– А дети. Я был ужасным отцом.

– Да у тебя не было шанса быть отцом!

– Ты не знаешь деталей, то что я сделал, ужасные слова, которые я говорил, и вещи о которых я думал, прежде чем родился Илай.

Я не верю, что девятнадцатилетний парень был в восторге от того, что станет отцом.

– Расскажи. А уже судить мне.

Он кладет ладони себе на глаза, а пальцами зарывается в волосы.

– Бриджит сказала мне, что беременна, а моей первой реакцией было отрицание. Я сказал себе, что она ошибается. Этого просто не могло быть. Мы сделали это лишь единажды. Пока она не показала мне тест на беременность.

Отрицание – это адекватная реакция. В этом нет вреда.

– Потом была жалость, потому что я был вынужден отказаться от свободы и удовольствий. Вместо того, чтобы развлекаться, мне бы пришлось работать, жениться на нелюбимой девушке, и еще ребенок, которого я не хотел. Я притворился, что я порядочный и хочу все сделать правильно, но это не так. Я откладывал брак с Бриджит месяцами, потому что надеялся, что она потеряет ребенка, и мы смогли бы отменить свадьбу. Я желал, чтобы моего ребенок не было. И все сбылось.

Это его тьма. Наконец-то он показал мне ее.

Это ужасная ноша.

– Ты же не думаешь, что смерть Илая произошла по твоей вине.

– Илаю был вынесен смертный приговор уже тогда, когда он был зачат. Я это знаю, но ты представить себе не можешь то чувство вины, которое давило на меня, как мало значения я предавал ему.

– Ты был ребенком с незрелыми мыслями.

И совершенно этого не ожидал.

– Бриджит была где-то на пятом месяце, когда я впервые увидел его на узи. Мы узнали, что это мальчик и решили назвать его Илаем. Я почувствовал, как его крошечное тельце двигается внутри Бридж, и все изменилось. Наконец, я почувствовал, что он мой сын. Я полюбил его и отчаянно хотел, чтобы он жил.

– Конечно.

– Хоть мои чувства изменились, и я полюбил его, я никогда не смогу простить себя за те мысли. Это чувство вины, которое я буду нести всю свою жизнь.

– Ты должен простить себя.

Он ничего не говорит, просто смотрит в потолок.

Я должна убедить его, что он достоин быть счастливым. Мужем. Отцом.

Я подползаю к нему и беру его лицо в руки. Хочу видеть его глаза.

– Брю. Ты заслуживаешь счастья.

– Ты тоже.

– Тогда давай будем счастливыми вместе.