– К сожалению, нет.

Ничто не обрадовало бы меня больше, но я не могу рискнуть моими профессиональными отношениями со Стаутом.

Билли заставляет быка наклониться головой вперед. Рен оборачивает руки вокруг его шеи, но бык бьется в конвульсиях.

– Какого черта ты делаешь? Такое чувство, что у этой проклятой штуки припадок.

– Может быть, но разве не прекрасный вид?

Рен наклонила голову вниз, а задницу наверх, ее юбка задралась на бедрах.

– Неплохая позиция, чтобы отыметь ее в дальнейшем?

У меня уже полно неприличных мыслей и без этих его гадких слов.

– Заткнись Билли и останови эту штуку.

– Чудненько, на этом и закончим.

Билли поднимает спину и голову быка, и так несколько раз. Рен падает задницой на мягкий пол. Вроде она мягко приземлилась.

– Спасибо.

– Всегда, пожалуйста. А сейчас будь джентльменом и помоги своей девушке.

Моей девушке?

Рен лежит на спине, раскинув руки. Ее ноги согнуты в коленях и раздвинуты.

Это не поможет моим проблемам с членом.

Она не делает попыток встать.

Ох, дерьмо. Она ушиблась?

– Ты в порядке?

– Да.

Она поднимается и принимает сидячее положение, протягивая мне руку. Она смеется.

– Боже мой, было очень весело.

Я тяну Рен за руки, чтобы помочь ей встать.

– Ты держалась на нем, как опытная наездница.

Она разглаживает юбку на бедрах.

– Это из-за йоги. Она укрепляет мои ноги. Я могу сомкнуть этих малышек вокруг чего угодно, получше любого спортсмена.

Ебать, мою жизнь. Это не помогает, Рен.

– Эй детка. Ты привлекла внимание.

Ох. Наглый ублюдок остановился, чтобы понаблюдать за представлением Рен.

– Спасибо. Это мой первый раз, я не знала, как правильно это делать.

– Ты выглядела, как эксперт. Я бы хотел, чтобы ты оседлала меня точно так же.

Пьяный ублюдок.

Рен застывает. Ее глаза сузились, а ноздри раздулись.

Она бросает шлепанцы на землю и опирается об меня, чтобы не упасть, когда обувает их.

– Ну что за мудак. Кто говорит такое женщине?

Я делаю шаг в сторону ее обидчика, когда она перестает держаться за меня. Я собираюсь поставить его на место, но она хватает меня за бицепс.

– Не надо. Он пьян и с ним лучше не связываться. Пошли лучше.

Она знает это по собственному опыту?

Он высокомерный ублюдок, поэтому, думаю, она права. Но я не могу позволить, чтобы это сошло ему с рук.

– В качестве организатора этого мероприятия я ответственен за всех присутствующих на фестивале.

Никто не давал ему права грубить и оскорблять из-за того, что он слишком много выпил.

– Ты не должен один подходить к нему.

Я вообще не собираюсь подходить к нему.

– Для этого есть охрана.

Я вижу, как Патрик ходит по кругу и кричу ему.

– Видишь того парня в бейсболке и черной футболке. Вытряси из него все дерьмо, не важно, сколько займет времени, но я хочу, чтобы его задницы здесь не было. Понял?

– Понял.

Патрик исполняет обязанности полицейского, поэтому я уверил всех, что он хорошо справится.

Можно расслабиться.

– Проблема решена.

– Тогда твоя работа здесь сделана.

Она берет меня за руку.

– Мы можем пойти послушать новую группу на сцене? – она выдает озорную ухмылку.
– А также можем потанцевать, если музыка будет хорошей.

– Только, если бы будем танцевать, как в прошлый раз.

Ебать. Я не должен был этого предлагать. Танец с ней был невероятно горячим.

Под запретом Брюссард.

Под. Запретом.

Лоуренс Торн

Я ничего не делаю, когда последняя группа вечера заканчивает свою финальную песню.

Вот и конец нашим «Грязным танцам». Больше никаких танцев с руками, плотно обернутыми вокруг моей талии, тяжелого дыхания возле шеи.

Я наслаждалась нашим первым танцем с Лукасом, но в этот раз, все было по-другому. Жарче. Более соблазнительно.

Я чувствую, что что-то происходит. И…мне это нравится.

Толпа расходится и двигается в сторону парковки.