ЭЛИНОР. Ты не рискуешь оставить меня здесь и боишься выпустить меня отсюда. Ну так что же мы

будем делать с мамой? (Она ставит бокал рядом с винной бочкой).

ДЖЕФФРИ. Ну с ходу я бы мог сделать несколько предложений.

Разд а е тс я з в у к о т од в и г а ем о г о з а сова.

ДЖОН. Посмотрите, кто это. (Бежит к подносу и накрывает его крышкой).

Вход и т Г Е Н Р И с охап кой боль ш и х с в еч е й . З а н и м ЭЛ И С , у кот о р о й в рук ах г о рящ а я с в еч к а.

Г Е Н Р И н ач ин а ет вст а в л я т ь с в еч и в кан д ел я б р ы , а ЭЛ И С и х з а ж и г а ет .

ГЕНРИ. Здесь мало света. То, что мы делаем в темницах, лучше делать при свете. Я украл эти свечи в

часовне. Никто не возражал. Христос не пожалеет о них, а капеллан служит у меня.

ЭЛИНОР. Ты ужасно выглядишь.

ГЕНРИ. Ты тоже.

ЭЛИНОР. Немного недоспала.

ГЕНРИ. Мы все сможем скоро немного отдохнуть.

В се с в еч и з а ж жен ы . В п о г р еб е с т а н о в и т с я т е п л о и в есел о .

Вот так-то лучше. Ярко и ясно, как утром.

ЭЛИНОР (двигается к подносу). Хочу унести завтрак.

РИЧАРД (становится перед нею). Рано еще.

ЭЛИНОР. Все холодное.

РИЧАРД. Холодные они лучше.

ГЕНРИ. Слушайте меня. Мне нужен ответ. Могу ли я когда-нибудь выпустить вас отсюда?

РИЧАРД. Чего ты хочешь от нас? Ты сошел с ума. К чему тебе было приходишь сюда? Черт побери, зачем

ты пришел?

ГЕНРИ. Думаете, я хочу держать вас под замком?

РИЧАРД. Тебе придется. Тебе нельзя нас выпускать. Ты же знаешь. Я никогда не остановлюсь.

ГЕНРИ. И я не могу остановиться.

РИЧАРД. Остается только драться.

37

ГЕНРИ. И этого не осталось. Ты хочешь сражаться со мной — чем?

Д Ж Е Ф Ф Р И и Р И Ч А РД р в у т с я к п од н о су, н о ЭЛ И Н О Р о п е р ежае т и о с т а н а в л и ва ет и х .

ЭЛИНОР. Мои дети. В прошлом я приезжала и уезжала и любила вас, когда мне это не мешало. Я никогда

не нянчила вас, не купала, не кормила, но сегодня. . сегодня я воспылала любовью к каждому из вас, и

поэтому решила накормить вас завтраком.

РИЧАРД. Мама!

ГЕНРИ. Пусть она побудет матерью.

ЭЛИНОР. Мне казалось, что у меня нет выбора, но я снова ошиблась. (Она снимает крышку и прислоняет

ее к цоколю колонны).

ГЕНРИ (подходит к подносу). Храбрые мальчики у меня. Три бойца. Кто должен был ударить первым?

Как вы меня поделили? Господи. .

РИЧАРД. Ты довел нас до этого.

ГЕНРИ. Тогда в чем же остановка? Вы же убийцы, не так ли? Я тоже. Я могу это делать. (К ДЖЕФФРИ).

Бери кинжал. (РИЧАРДУ). Ну, давай, давай, иди на меня.

РИЧАРД. Я не могу.

ГЕНРИ. Ты ведь Ричард, да?

РИЧАРД. Но ты — Генри.

ГЕНРИ. Прошу вас — мы не можем остановиться, и у нас нет пути назад. Ничего не осталось.

ДЖОН. Папочка! Возьми меня к себе. Пожалуйста. Неужели нельзя все начать сначала?

ГЕНРИ. Сначала?

ДЖОН. Мы всегда раньше так делали.

ГЕНРИ. О да, мы всегда. .

ДЖОН (бежит к нему о распростертыми руками). О, папочка. .

Г Е Н Р И обн а жа ет м еч и н а п р а в л я ет е г о п рям о в г руд ь Д ЖОН А . Д ЖОН с т руд ом

о с т а н а в л и ва ет с я , с п о т ы к аетс я и п а д а ет с п л а ч ем .

ЭЛИНОР. Действуй. Казни их. Ты король. Ты осудил. Ты вынес приговор. Теперь ты все знаешь.

ГЕНРИ. Господь свидетель, я так и сделаю. Приходи в понедельник, и они повесят тебя на веревке вместе

с бельем, а потом принцы будут болтаться на рождественских елках.

ЭЛИНОР. А зачем ждать? Они же убийцы. Они же предатели. Ты дал им жизнь — возьми ее,

ГЕНРИ. Кто скажет, что это чудовищно? Я король. Я считаю, что это справедливо. (Держит меч перед

собою). Почему я, Генри, милостью божьей король Англии, повелитель Шотландии, Ирландии и Уэльса,

граф Анжуйский, Бретонский, Пуатуанский и Норманский, властитель Мэна, Гаскони и Аквигании,

настоящим приговариваю тебя к смерти. Совершено в день Рождества в Шиноне года одна тысяча сто