В следующее мгновение он наклонил голову и коснулся губами ее губ. И снова дрожь пробежала по ее телу, как по бикфордовому шнуру, вызвав ощущение, напоминающее глубинный взрыв. Ее руки взметнулись вверх и охватили его плечи.

Симоне обхватил ее талию руками, отрывая от кресла и поднимая в воздух, продолжая держать ее губы в сладком плену.

Эрин вцепилась в его волосы руками, пытаясь оттолкнуть, но мужчина еще крепче прижал ее к себе.

– Я заставлю тебя выйти за меня замуж -оторвавшись от ее губ, выдохнул он, уложив девушку на пушистый ковер.

ГЛАВА ПЯТАЯ.

Симоне склонился над ее лицом, продолжая проводить языком по бархатной щеке.

Час назад узнав от доктора, что Эрин беременна, он едва не потерял самоконтроль.

Вспоминая страшную картину в саду, когда Эрин, как тряпочная кукла, упала на его протянутые руки, то Симоне подумал, что она перегрелась на солнце. Или очень устала из-за круглосуточных заботах о детях. Все что угодно, кроме беременности.

Его ребенок. Плоть от плоти. Кровь от крови.

Симоне никогда не занимался сексом без предохранения после неудавшегося брака, где потерял и эгоистичную жену, и долгожданного ребенка.

Зачем сегодня он едва не открылся перед этой нимфой с околдовывающими сапфировыми глазами?

Симоне не знал ответ.

Несмотря на то, что он был уверен, что Тоскану Эрин не покинет, так как весь регион знал о могуществе братьев Романьоли, но на секунды ему показалось -он потеряет вновь своего ребенка.

Нет, итальянец поклялся больше не допустить столь непростительной ошибке. Как бы он не хотел ребенка, тем не менее женитьба не входило в его планы, пока Алессио не пригрозил ему, что лично огородит Эрин от его неблагодарного и самовлюбленного общества.

Ну, что де во имя счастья и благополучия будущего наследника его финансовой империи, основанной на продажи спортивных автомобилях, Симоне решил переступить через гордыню и жениться на обычной няне, получавшей в месяц не больше одной тысячи евро.

С другой стороны их брак обещал быть отнюдь не однообразным и нескучным. Эрин Манила и возбуждала его одним взмахом своих длинных ресниц.

А что еще нужно в семейное жизни?

Любовь -естественно нет, больше ни одна женщина не имела вход в его сердце, а вот секс.

Симоне застонал, представив их дикий и великолепный, страстный и ненасытный секс.

Он потянулся к застежке на черных брюках Эрин, однако звонкая пощечина остановила его.

Никто еще не осмеливался поднять на него руку, включая даже собственного брата. А она так легко замахнулась и ударила его.

Вскочив на ноги, Эрин привела в порядок растрепанную косу и застеннулаьнесколько пуговиц на белой блузке.

– Я согласна на твое предложение, но с одним условием: больше ты не прикоснешься ко мне никогда -взвизгнула она, помахав перед ним указательным пальцем.

Симоне стоял неподвижно, а по лбу скатывались капли пота.

Ни одна женщина еше не просила его о том, чтобы остаться вне его внимания. Они желали, чтобы Симоне касался их, а Эрин ставит ему иной ультиматум.

– Даже в брачную ночь?
– язвительно поинтересовался он.

Эрин хотела бы подтвердить его догадку, но ее взгляд упал на тонкую линию его губ и переместился ниже, где виднелись бронзовые мышцы.

Надо быть сумасшедший, если отказаться от такого искусительного и дьявольского удовольствия.

Его поцелуй сжег все преграды, воздвигнутые Эрин в ее сердце. Заставил подчиниться его неукротимой гордости и мужскому эго. Волшебный вкус его губ затуманил ей сознания, лишая способностей размышлять.

Однако Эрин вмиг очнулась, почувствовав на "молнии" его умелые пальцы.

Обида, боль и воспоминания захлестнули ее. Он вышвырнул ее из своей постели, удовлетворив сексуальные потребности и не ожидая продолжения их отношений.

Она бы забыла все: его грубые слова, недостойное поведение, только бы в его взгляде читалась любовь, но в черных жгучих глазах виднелись похоть, отвращение и обреченность.