Уголки губ Сирил чуть приподнялись, отгоняя мрачные тени, засевшие на ее лице.

– Я хочу найти того, кто хочет избавиться от людей, и... кто виноват в том, что я умерла. И это ты пошёл со мной...

Банши хотела сказать ещё что-то, но внезапно вся вздрогнула, её тело напряглось. Сквозь темноту ночи Клему удалось рассмотреть маленькую струйку крови, вытекающую из уголка рта.

Человек не знал, но вряд ли такое должно было быть. Больше ничего лучше не спрашивать....

– Я могу тебе доверять, Сирил?
– Не удержался.

– Да, - больше простонала, чем произнесла девушка. Кровотечение усилилось, и лунное мерцание её кожи быстро угасло.

Клем почувствовал, как тело Сирил обмякло, и больше ответов ему не добиться. Да и ему этого и не надо больше. Он спросил всё, что хотел, и у банши больше не осталось секретов.

Глава четырнадцатая.

Сирил просыпалась медленно, словно выныривала из липкой глины. Голова болела, а ноги стали похожи на вату... И она очень сильно пропахла человеком. Запах мужчины был везде. Даже деревья пропиталась им уж слишком сильно.

Сирил приподнялась на локтях, постепенно различая звуки. Очень близко хрустнула ветка. Девушка дёрнулась в ту сторону, где кожей ощущала присутствие человека.

Он молчал, и Сирил не возражала.

Она медленно поднялась на слабые ноги.

– Куда-то собралась?
– голос Клема прозвучал уж слишком громко.

Сирил еле сдержалась, чтобы не сморщиться и схватилась за голову, удерживая на месте.

– Прежде чем идти к Банши, мне надо хоть немного избавиться от твоего ужасного человеческого запаха. Я вернусь меньше чем через час.

Не дожидаясь новой реплики Клема, Сирил неуверенным шагом направилась к водопаду, разминая затёкшие ноги. Жаль, что пустого Болота в окрестностях нет, и ей придётся довольствоваться пресной мертвой водой.... А она, как и все Банши, просто ненавидит воду....

Клем медленно собирал те немногие вещи, которые у него были. Прошло уже восемь часов, а он всё ещё не мог полностью сосредоточиться. В его памяти до сих пор жили воспоминания о ночном разговоре с Сирил. Мысли так поглотили его, что присутствие Говарда он заметил лишь, когда тот встал в метре от него:

– Должен признать, ты прекрасно здесь устроился. Интересно, почему все красивые девушки вьются возле тебя, друг?

Усмешка Говарда стала шире, когда он увидел серьёзное выражение лица командира. Клем же никак не отреагировал:

– О чем ты говоришь?

– Ну как же, Клем. Я заметил, что эта банши обладает прекрасной внешностью, и она направляется в сторону водопада. Кстати, у меня сложилось такое мнение, что болотные твари не любят воду. Она так красиво морщила свой носик.... Просто чудо.

– Говард, ты когда-нибудь сможешь оставить девушку одну, хотя для того, что бы та поплавала?

Клем сам не думал, что в его голосе прозвучит такая злость, ведь он не злился. Но Говард только улыбнулся:

– Значит, эта банши зацепила тебя, раз ты называешь её девушкой? Как же тогда Арабелла?

– Ты несёшь вздор.

Клем хотел выглядеть суровым, но Говард как всегда смог с лёгкостью внести улыбку на лицо своему командиру. Ну не мог Клемент долго злиться на своих, а особенно на друга. Очень довольный собой, Говард подошёл ближе:

– Так что же произошло? И каких указаний нам дальше ждать?

Клем взглянул в сторону, где недавно скрылась Сирил. Банши сказала, что её не будет ещё двадцать минут. Этого времени ему хватит:

– Ты помнишь, в детстве нам рассказывали о Банши, которые могут видеть сны. Вчера я понял, что все это правда. Она не смогла мне соврать, и никогда не сможет.

– И что же ты узнал?
– Лицо Говарда, наконец, приняло серьёзное выражение, но всё же не потеряло следа улыбки.

– Узнал то, что мне очень поможет, - Клем напрягся, - Если кратко, эта банши была когда-то человеком, и её принесли в жертву Болоту.

Послышалось долгое растерянное "эээ" друга.

– Была человеком?
– Говард удивлённо посмотрел на капитана, - Ты уверен?

– Полностью.

– И как это на тебя повлияло?

Клем не знал. Он привык думать о Банши, как о самом мерзком чудовище, но, честно, ему трудно смотреть на Сирил и видеть в ней кровожадного монстра. А её лицо.... В памяти Клема вспыхнуло воспоминание о нереальной красоте девушке, излучающей сияние. Он никогда не сможет забыть это.