Через мгновение Клем упал, ударившись ещё сильнее о мёртвенно-сухую землю. Мышцы Сирил напряглись, готовые в любой момент отразить атаку, но время шло, а никто не появлялся.

Девушка кинулась к Клему. Аккуратно переворачивая мужчину на спину, она надеялась, что тот ещё жив. По виску капитана стекала тонкой струйкой кровь. Руки Сирил испачкались в ней, металлический запах появился в воздухе, и банши чуть не вывернуло. Как же она ненавидит кровь! Глаза Клема были закрыты, но он дышал.

Девушка облегчённо вздохнула, и этот вздох смешался с тяжёлым прерывистым дыханием человека.

– Эй, Сирил!

– Кто здесь?

– Это я. Мей.

Кусты слева зашуршали, и на свет вышла молодая банши, одетая в своё традиционное платье. Появление Мей так удивило Сирил, что девушка могла только стоять на коленях и смотреть на подругу. Почему она здесь?

– Почему ты здесь?
– Единственное, что смогла пробормотать Сирил. От того, что всё шло не по плану, девушка ощутила нарастающую злость, но срываться на лучшую подругу она не собиралась, - Что ты здесь делаешь?

– Сирил, я никогда тебя не брошу.

– Мей, ты хоть понимаешь, что значит этот твой бросок? Люди подумают, что это нападение.

Девушки одновременно посмотрели на лежащего без сознания мужчину. По его виску всё ещё текла кровь, и настроение у Сирил совсем упало.

– Он никого не поймает. Я заделаю ему голову, - Мей сильно стиснула запястье подруги, едва не доводя до боли, - Сирил, ты должна идти. Илия предупреждала, что не все банши будут помогать, и чем раньше ты поговоришь с ними, тем раньше всё закончиться.

– Я знаю!
– воскликнула Сирил. Она попыталась поднять Клема и привести его в чувство, но тот издал только булькающий звук и снова затих, - Ну что ты натворила!

От разочарования Сирил даже уронила голову потерпевшего. Он снова ударился о землю, кровь из раны потекла сильнее.

– Сирил, послушай меня!
– привлекая внимание, Мей замахала руками, - Человека не должны видеть другие Банши. Виновные вряд ли сознаются соплеменницам, а если он ещё будет с тобою рядом, дела совсем плохи. Я хочу, что бы всё это закончилось. Хочу, чтобы нас всех оставили в покое. И я всегда буду помогать тебе, сестра.

Мей крепко обняла Сирил, сдерживая слёзы. Девушка еле сдерживалась, чтобы не закатить глаза. Малышка Мей всегда была такой чувствительной.

– Ты должна идти. Я посмотрю за человеком.

– Уверенна?

Маленькая банши активно замотала головой. В её глазах блеснул огонь предвкушения и волнения.

Сирил не осталось ничего другого как со вздохом кинуться вперёд к болоту.

Сирил почуяла чужих в то же самое время, когда чужие почувствовали её. Выбираясь из зарослей на свет, девушка лихорадочно размышляла, что же скажет Старухам Полосы. За все года своего полумёртвого существования она никогда не разговаривала с другими Банши. Так... иногда видела издалека их мрачные фантомные фигуры.

– Кто здесь?

Всего в нескольких шагах от Сирил раскинулось недружелюбное Болото. Тёмное, вязкое, покрытое жирной плёнкой, совсем не похожее на её родной живой дом.

– Кто здесь?

К Сирил повернулись лица всех Банши. Они ничем не были похожи на Плакальщиц, как подумала девушка. Их лица напоминали старую сморщенную и потрёпанную временем бумагу, а кожа почти прозрачная.

– Плакальщица? Зачем ты здесь?
– прошипела одна из старух.

По рукам Сирил пробежали множество мурашек. От вида Старух Полосы у неё вылетели все мысли. Она даже подумывала о том, чтобы незаметно уйти, но тут же вспомнила, что всё равно мертва и гордо вскинула голову:

– Я представительница известной вам Илии. Я здесь по ее приказу.

– А, маленькая мёртвая Плакальщица, - прошипела та же самая банши, вот только теперь её голос звучал немного приветливее, а когтистая рука потянулась навстречу безмолвно стоящей Сирил, - И чем мы можем помочь вашему роду? Неужели люди снова суют свой нос не в свои дела?

– Нет, - поспешно ответила девушка, - Хотя то, о чем нам стоит поговорить относиться к людям.

Она замолчала, ожидая увидеть хоть какие-то чувства на лицах Старух Полосы, но хозяйки Болота даже не переглянулись.

– Могу ли я предположить, что речь пойдёт о болезни, как чума, распространившаяся над человеческим родом. Если так, то от лица своих сестёр, я клянусь, что никто из нас не имеет к этому никакого отношения.

– А если поточнее? Вы знаете, кто виноват?
– Сирил мысленно скрестила пальцы. Чисто человеческий жест, но он, как ни странно, помог справиться с переживанием.

– Нет, Плакальщица. И тебе лучше покинуть нас. Мои сёстры не любят упоминания о людях и тех, кто на их стороне, - старуха шагнула назад в глубину болота.
– Напоследок я повторюсь. Мы не имеем отношения к смертям и никогда не будем. Да, мы ненавидим людей, но марать руки о них это ниже нашего достоинства. В конце концов, с их войнами люди сами себя уничтожат и без помощи высших сил.