И наконец, поговорим о самом реальном из всех летописных современников Рюрика. Конечно же, это Вещий Олег. По сообщению «Повести временных лет», Рюрик, умирая, передал ему княжение и «вдал на руки» своего сына Игоря, который был еще очень мал. Из этого краткого сообщения также следует, что Олег «от рода им суща», то есть был родичем Рюрика.

Князь Олег – первый князь, с которого «Повесть временных лет» начинает историю Руси. В начале нашей древнейшей летописи приводится расчет лет от сотворения мира до начала русской истории – «а от перваго лета Михаилова до первого лета Ольгова русского князя лет 29». В этом списке ключевых для средневекового автора исторических фигур нет Рюрика, и мы помним почему: история Рюрика появилась в летописи «задним числом» и с конкретными политическими целями.

Имя Олег – скандинавское, это искаженное имя Хельги – «Священный». На страницах летописи он получил прозвание Вещий. Прозвание это связано с эпизодом похода Олега на Царьград в 907 г. Византийцы внесли Олегу отравленное угощение, но князь распознал отраву. «Несть се Олег, но святый Дмитреи [38] , посланный на ны (на нас. – М.С.) от Бога!» – сказали пораженные греки…

В 882 г. Олег двинулся на юг с большим ополчением, в которое вошли выходцы из различных славянских и финских племен северного «суперсоюза» (так некоторые ученые называют эту большую конфедерацию племен). Он пришел в Смоленск, посадил там своих мужей и двинулся дальше, к Киеву, где правили Аскольд и Дир.

Археологически Смоленска в IX в. еще нет. Нет его и в следующем столетии. Только в середине XI в. появятся древнейшие напластования этого города. А вот Гнездовское поселение, предшественник Смоленска, появилось как раз на рубеже IX–X в. Не отразилось ли его основание Олегом в этом летописном рассказе?

Прибывший в Киев Олег выдал себя за купца и обманом убил Аскольда и Дира. В летописном рассказе Олег обращается к норманнским правителям Киева, показывая им маленького князя Игоря:

«Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода!»

Таким образом, для древнего читателя летописи убийство Аскольда и Дира выглядело как совершенно оправданное действие – установление на Юге власти законной княжеской династии. Наступила эра династического единства: князья одного рода отныне будут править в обоих крупнейших городах Руси. Первый такой случай четко зафиксирован в X в. – в Новгороде будет княжить сын Игоря, князь Святослав.

Так начались приключения на юге Восточноевропейской равнины второй волны русов, значительно более мощной, чем первая. Эта волна уже хорошо известна археологически – самые ранние скандинавские древности южной Руси и Гнездова относятся к началу Х в.

Главное событие нашей истории, связанное с Вещим Олегом, – это поход на Царьград, совершенный в 907 г., и последовавший за этим походом первый русско-византийский дипломатический договор. Рассказ «Повести временных лет» об этом походе содержит немало ярких легенд. Самая известная из которых – рассказ о постановке кораблей на колеса после того, как византийцы перекрыли цепью бухту Золотой Рог.

Договор, который Олег заключил с Византией в 911 г., оказался самым выгодным для Руси. Торговля русов в Византии не подвергалась никаким ограничениям. Русь и Византия выступают в этом договоре как равные друг другу страны. Русы служат в Империи за хорошее вознаграждение. А если на греческой земле будет обнаружен недобросовестный должник, не желающий возвращаться на Русь, по жалобе русов он должен быть схвачен и возвращен насильно.

Договор был скреплен клятвами и действовал тридцать лет.

Во времена Олега западноевропейские источники снова фиксируют русов – в качестве вполне мирных купцов. Торговля, как мы помним, была вторым важнейшим занятием «гребцов» и одним из главных факторов, сделавших возможным сложение Древнерусского государства. От времен последнего восточнофранкского короля Людовика IV Дитяти (899–911 гг.) до нас дошел интересный документ – таможенный устав Раффельштеттена. Этот древний, ныне не существующий небольшой торговый город находился на Дунае, близ современного австрийского города Линц. Таможенный устав, изданный между 904 и 906 гг., определял размеры пошлин, которые власти Раффельштеттена должны были взимать с торгующих в Баварской марке купцов.

В уставе упоминаются «славяне, отправляющиеся для торговли от ругов или богемов», т. е. из Руси или из Чехии. Торговали они воском, рабами и лошадьми. Если воск и рабы («челядь») – это основные и широко известные товары русов, то о торговле лошадьми русские источники не знают ничего.

Но, хотя иностранные источники и знают Русь времен Олега, они почти не знают самого Олега. Существует лишь один письменный памятник, упоминающий предводителя русов с похожим именем – так называемый Кембриджский документ.

Этот текст, найденный в Кембридже, – один из немногих письменных памятников, оставленных обитателями Хазарского каганата. Он представляет собою историческую записку, кратко излагающую основные моменты истории хазар. В записке описываются обстоятельства принятия хазарами иудаизма (иначе, чем в письме царя Иосифа), рассказывается о войнах хазарских царей со степными народами и русами. Нам интересен один фрагмент записки, рассказывающий о совершенно неизвестной по другим источникам русско-хазарской войне, имевшей место, по-видимому, в начале 940-х гг.