Шрифт:
Они, наконец, развернулись к твари лицом и мордой. Та, посерев, то ли от страха, то ли израсходовав всю чёрноту на последнее заклинание, сдувшимся шариком трепыхалась в воздухе.
‑ Дай, мне, уничтожить эту гадину, ‑ внезапно попросила Риль, чувствуя, как гнев, волной поднимается снизу, затапливая разум. Руки уже тянулись к поясу, выбирая камень побольше. Рубин ‑ прекрасный выбор. То, что надо, чтобы отправить врагу большой пламенный привет.
‑ Хорошо, ‑ откликнулся дракон, ‑ я подстрахую. По дуге они зашли на дистанцию огня. Риль размахнулась, вложив в бросок всю злость, всю ненависть, всю боль за того, кто собой закрыл их от заклинания. Камень, каплей крови сверкнул на сером небе, расцвел огненным цветком. Дракон, отлетев чуть подальше, выпустил струю пламени, сминая цветок, превращая его в огненный вихрь. чёрный дракон, едва хлопая усталыми крыльями, завис в сером небе, в его глазах отражалась огненная петля, повисшая в воздухе. Искры золотыми звездами падали вниз и гасли, не долетев до поверхности моря. А на спине дракона, прижавшись к его чешуе, сидела бледная девушка, в чуть длинноватой мужской куртке. В её глазах тоже блестело пламя. Привалившись к девушке, полулежал светловолосый маг, в его спине чёрнели три лезвия тьмы. ‑ Ласти, ‑ Риль жалобно всхлипнула. С последней упавшей море искрой, погасла ненависть, уступив место страху. От Ласти пришла волна тепла и сочувствия. Дракон аккуратно, чтобы не потревожить раненого, заложил круг над скалами, медленно заходя на посадку. "Он не дышит? Не дышит!? Нет, не может быть! Ну, почему он тогда такой холодный?" Мысли беспорядочно метались в голове. Риль прикусила губу, боль помогла окончательно не свалиться в панику. Какой он тяжелый! И, почему даже не застонал, когда лапы дракона коснулись камней? Страх цепкими лапками держался за её сердце, а в голове роились мысли одна хуже другой. Сползать с дракона, удерживая мужчину на спине ‑ явно не женское занятие. Риль охнула, когда острые камни врезались ей в колени. На ногах устоять она не смогла и теперь на четвереньках пыталась перевести дух, тихонько поскуливая от боли. Аккуратно завалилась набок, уложив мага, отпустила нити. Уф, можно вздохнуть. Рядом присел на корточки Ласти. Перевернул Тарка на живот. Как Риль ни собиралась с силами, но сдержать всхлип не смогла. Из спины мага чёрнели три лезвия: два воткнулись в плечи, одно чуть ниже справа. ‑ Надо что‑то делать, ‑ девушка проверила пульс. Слава Создателю он был, слабый, но был! Она протянула было руку, чтобы вытащить лезвия, но Ласти перехватили её ладонь. ‑ Нет, уберем их ‑ он истечет кровью. Ни я, ни ты не владеем целительством. Кэсти сейчас занят. Ослаблять отряд нельзя. Нам нужно убраться отсюда как можно скорее. Силы на пределе. Не уверен, что мы отобьем ещё одну атаку. И ваш целитель не в той форме, чтобы с этим справиться. ‑ Но мы не можем его здесь бросить, ‑ Риль с отчаяньем провела рукой по светлым волосам Тарка, не замечая, как нахмурился дракон, как зло заплясали огоньки в его глазах. ‑ Он так тебе дорог? ‑ холодно оборонил Ласти, с трудом сохраняя спокойствие. ‑ Да! ‑ слезы покатились по её лицу, ‑ он закрыл меня, и тебя, между прочим. Если бы не его защита, с таким подарочком в чешуе ты был бы сейчас не в лучшей форме. Дракон помолчал. Внутри него боролись два чувства ‑ отомстить, избавиться от соперника или помочь…, помочь ради Риль. Что выбрать? Смерть в бою ‑ достойный повод уйти за грань. Имеет ли он права вмешиваться в судьбу? Маг сам знал, на что шел, когда предлагал помощь. Погибнуть, закрыв собой своих товарищей, что может быть почетней? Да, он готов назвать человечишку своим боевым товарищем, более того, простить унижающий плен на глазах у Риль, и забыть о планируемом мщении, но… Но все благие мысли испарились при виде умоляющих глаз девушки. Нет, он определенно не хочет, чтобы боль в этих прекрасных глазах поселилась надолго. ‑ Если ты поможешь мне зафиксировать плетения портала, я отправлю мага в Гнездо. Его состояние, хоть и тяжелое, но стабильное. Пара часов у нас есть, пока лезвия не начнут растворяться в его теле. Риль кивнула. Удержать плетения уже открытого портала ‑ не сложно, главное, не пытаться добавить что‑то свое. Мысль дракона вполне здрава. Если предположить, что проход в собственное Гнездо открыть легче всего, то выбор понятен. Ласти сейчас не в том состоянии, чтобы тратить лишнее силы, когда можно их сэкономить. Но как отнесутся его родные к появлению чужака, пусть и раненого? Ответ пришел почти мгновенно. Риль сняла с браслет, подаренный ей главой Совета, и надела на руку магу. Есть надежда, что увидев это украшение, Арагрэлла не прикончит чужака, а дождётся сыновей. Щель портала уже темнела на фоне серого неба. Риль аккуратно, не дай Создатель что‑нибудь напутать, приняла плетения, сосредоточившись на удерживании портала в открытом состоянии. Дракон левитацией поднял тело мага в воздух и аккуратно направил его к порталу. У самого проема он, словно отвлекся и чуть не уронил Тарка на камни, но успел поймать падающее тело и практически зашвырнул его в портал. Нити ожив, выпорхнули из рук девушки, закрывая проход. ‑ Ты отдала ему браслет? ‑ голос дракона напоминал рокочущий океан. ‑ Да, чтобы его не съели твои сородичи, ‑ Риль и так была навзводе, а тут новые обвинения лишь добавили дров в костер. ‑ У людей обмен украшениями означает многое, например, обручение, я прав? ‑ за внешне спокойным голосом Ласти скрывалась настоящая буря. ‑ Означает, ‑ девушка даже ладони в кулаки сжала, так ей хотелось стукнуть одного тупого и очень вредного чешуйчатого. Надо же, первая серьезная ссора, почти по‑семейному, ‑ и не только обмен, но и подарок, если он от чистого сердца. А Тарку женский браслет совсем не идёт! Море вдруг почему‑то стало расплываться в очертаниях, а в горле запершило от слез. ‑ Прости, ‑ теплые руки обняли девушку, ‑ я словно с ума схожу при мысли, что могу тебя потерять. Риль всхлипнула, на этот раз от счастья, но все же не смогла удержаться от колкости: "Я ещё посудой очень убедительно кидаюсь". ‑ Кидайся, сколько хочешь, ‑ рассмеялся дракон, поднял её лицо за подбородок и легонько чмокнул в нос, ‑ в меня все равно не попадешь! Риль прищурила один глаз. "Это мы ещё посмотрим, кто не попадет!" Ох, лишь бы любимый сервиз Арагрэллы не пострадал, а то придется новое Гнездо искать. С души, словно камень свалился. Риль прижалась к широкой груди дракона, и улыбнулась, потом обняла его покрепче. "Никому не отдам! Вредный, ворчливый, ревнивый, но такой любимый!" ‑ А давай, покажем этим тварям, кто здесь сильней! ‑ в глазах девушки вспыхнул азарт. Ласти лишь вздохнул: "Сможешь?" ‑ Легко, ‑ Риль уже подпрыгивала от нетерпения, ‑ у меня ещё полно камней осталось, погоняем каррохедов! чёрный дракон резко взмыл в небо, выбирая себе цель. Тварей осталось уже немного, но и бойцы подустали. Вот мимо промелькнул серый сгусток, Ласти рванул за ним, рядом пристроился голубой красавец. Риль помахала старому знакомому. Запустила руку в кармашек, выбирая камень для удара. Опять рубин. Неплохо. Девушка привстала, как следует, размахнулась и запустила камнем в тварь. Не попала, точнее, попала, но не совсем в того. Голубой красавец резко ушел влево, чудом не столкнувшись с огненным шаром, расцветшим перед его носом. ‑ Ой, ‑ Риль стало стыдно, очень стыдно. ‑ Поаккуратней, милая, ‑ а вот Ласти веселился вовсю, ‑ я и не знал, что ты настолько злопамятна, но поверь, не стоит он твоего мщения. ‑ Да, не мстила я, случайно вышло, ‑ попыталась оправдаться Риль, но ей, похоже, не поверили. Внезапно внизу промелькнул серый силуэт. Девушка мгновенно достала из пояса камень, на этот раз голубой. Хватит с неё красных. Свесившись вниз, запустила камнем в каррохеда, активируя заложенное там заклинание. Ярко белая вспышка больно ударила по глазам. ‑ Риль, ‑ простонал Ласти, ‑ давай остальных оставим другим поохотиться, а то после твоих атак, я уже ничего не вижу. Один за другим драконы заходили на посадку. Хирано страдальчески покряхтывая, попытался самостоятельно слезть с жесткой чешуйчатой спины. Мягкое кожаное седло для полёта на драконе не предусмотрено, а жаль. С непривычки он отсидел себе все, что можно, и ноги отказывались слушаться своего хозяина. Рыжеволосый грейф ловко спрыгнул вниз, насмешливо встопорщил усы и протянул руку, помогая драконологу обрести твердую землю под ногами. ‑ Дрыга, ‑ представился он. ‑ Хирано, ‑ ответил маг, с благодарностью принимая помощь. Через пару мгновений за их спинами раздался уверенный голос Фэстиграна. ‑ Всем десять минут на восстановление и домой. Принявшие второй облик драконы ответили усталым вздохом. Битва никому не далась легко, но времени на жалобы не было, да и те, кто жалел чешуйчатых ‑ долго не жили. ‑ У тебя есть вопросы. ‑ Фэстигран первым подошел к маэстро. Тот кивнул, вставая с камня, на котором только что устроился. Ноги запротестовали, но их желание отдохнуть было отклонено. Невдалеке бурно обсуждали судьбу своего командира МОСПовцы, наседая на Ластиррана. Тот стоял с выражением полнейшей невозмутимости на лице. Лишь Риль грустно покачала головой. "Надеюсь, он жив", ‑ посочувствовал Тарку драконолог, собираясь перед важным разговором. Впервые в жизни ему предстояло выполнить то, к чему их готовили. Вся его работа до сего момента сводилась лишь к тщательному сбору данных и скрытному наблюдению за крылатыми. И вот теперь он, первый среди коллег, удостоен чести провести переговоры с драконом, и не с простым драконом, а со старшим сыном правящего Гнезда. ‑ Это ‑ наш мир, ‑ Фэстигран обвел рукой окружающее пространство, попытался скрыть грустную улыбку, но не смог, ‑ я счастлив, что сегодня в мои крылья бился родной ветер, но теперь мое сердце сгорает от боли. Давно, очень давно мы вынуждены были оставить это небо, уйти отсюда, бежать, ‑ гримаса ярости и страдания исказила лицо дракона, но он сдержался, глубоко вздохнул, поднял лицо вверх, ‑ я вернуть! Обещаю, я вернусь! Вернусь, и это небо снова будет нашим! ‑ Но как же каррохеды? ‑ робко напомнил о своём существовании Хирано. ‑ Эти твари, ‑ прошипел дракон сквозь сжатые зубы, ‑ когда‑то очень хотели стать могущественными, самими могущественными на свете. И… стали ими. Только все имеет свою цену. Став сильнейшими они лишились телесной оболочки, лишились своих слабостей. Но оказалось, что без этих самых слабостей жить на свете очень скучно. Нельзя ощутить сладкий чуть с горчинкой вкус шоколада и запить его терпким вином, вдохнуть запах свежеиспеченного хлеба и ощутить зверский голод, нельзя почувствовать приятную усталость после тяжелого дня, нельзя улыбнуться любимой и от её ответной улыбки согреться даже в лютый мороз. Вместе с могуществом к тварям пришла скука. И тогда эти выродки нашли себе игрушек. Разных игрушек в разных мирах. Но вот незадача ‑ долго игрушки не жили. Каррохеды, вселившись, пожирали душу, а без неё тело погибало, не сразу, но несколько месяцев, максимум полгода ‑ слишком мало для вечно живущих. Иногда, игрушка надоедала раньше, и тварь устраивала ей извращенную смерть. Знаете, Хирано, чужая смерть и для обычных людей волнующее зрелище, а уж когда ты можешь умирать ни один раз, переживая все изнутри… Придя в наш мир, твари нашли нечто необычное. Новые игрушки могли летать, кроме того, они оставались живыми дольше остальных. ‑ Драконы, ‑ выдохнул Хирано. ‑ Мы были слепы, и слишком увлечены собой, чтобы обращать внимание на двуногих, ползающих по земле и не знающих красоты неба. А когда очнулись ‑ было поздно. Каррохеды проникают в новый мир постепенно, полёт за полётом, используя для проникновения человеческих магов. И в один чёрный день оказывается, что все главные посты в государствах заняты тварями, что все исчезновения людей тщательно скрываются ими же. О! они обожают играть, в том числе и в политику. Ради собственного развлечения легко могут превратить захудалое королевство в мощную империю или ввергнуть сильнейшего в хаос войны и разрухи. Но игрушки не бесконечны, когда уже поздно что‑либо скрывать ‑ целый мир превращается в хаос, где нет спасения, и смерть придет за тобой, вопрос лишь в сроке. ‑ Так было и с вашим миром? ‑ уточнил Хирано. Он невольно содрогнулся, представив, как в один день, столкнувшись в коридоре с главой Магистрата, на него из серых глаз Тограса, выглянет каррохед. ‑ Так будет с любым миром, куда они придут, ‑ жестко ответил дракон, ‑ а когда игрушки заканчиваются, твари всегда начинают искать новые. ‑ Но вы здесь, значит, они пришли снова! ‑ путаясь от волнения, спросил Хирано. ‑ Да, и ваш мир не так далеко, как кажется, ‑ Фэстигран развернулся, давая понять, что разговор окончен, пока. Судя, по всему, дракон сказал ему не все, далеко не все. Но кое о чем драконолог может догадаться и сам. Например, зачем чешуйчатым асхалуты. Похоже, чешуйчатые понимали, что уход лишь отсрочка, и враг объявится, рано или поздно. Ну, что же. Попытка была неплохой, хотя, если бы не помощь МОСПовцев ‑ провальной. Пора, пора ящерицам забыть о прошлой вражде, особенно, если они хотят победить каррохедов, да и самим магам без драконов не справиться. Эти твари, как только закончат забаву в седьмом мире, переключаться на остальные. Разрыв пространства уродливым рубцом протянулся по небу. Вот он превратился в щель, становясь шире и шире. Один за другим драконы ныряли в портал, приземляясь на камнях перед цитаделью асхалутов. Из дверей выбегали люди, грейфы, помогая уставшим братьям спуститься с драконов. ‑ Биться рядом с тобою, было честью для меня, маг, ‑ рыжеволосый грейф ловко спрыгнул вниз, и с неожиданной грацией поклонился. ‑ И тебе чистого неба, Дрыга, ‑ чуть перекосившись, поклонился маг. Неуклюжий поклон Хирано постарался компенсировать дружелюбной улыбкой, ‑ и для меня было честью сражаться вместе с тобой. Возникший рядом переполох привлек их внимание. ‑ Я должен идти с вами, ‑ Стик со всей своей целительской упертостью наседал на Ластиррана. Даром, что бледный и на ногах еле стоит, но в глазах горел нешуточный огонь, ‑ командир ранен, я ‑ целитель отряда. Мое место рядом с ним. ‑ Твое место сейчас в постели, сутки сна и питательный бульон, ‑ подошедший Кэстирон вынес свой диагноз, ‑ это я, как целитель, тебе прописываю, коллега. Стик сразу съежился, даже ростом ниже стал. Зарран незаметно кому‑то кивнул. Два дюжих асхалута подхватили мага под руки и, не обращая внимания на протестующие вопли, поволокли его в башню, выполнять предписание Кэстирона. Хирано вежливо осведомился: "Но мое присутствие не помешает?" Ласти разрешающе махнул рукой, открывая портал в Гнездо. Конечно, присутствие ещё одного чужака нежелательно, но с другой стороны, отец был не против пообщаться с кем‑нибудь из магов, а этот выглядит наиболее достойным. Брать людей из команды Тарка неразумно, неизвестно, как они отреагируют на гибель командира.Глава 42.
Ласти был не совсем честен перед Риль, отправляя мага в Гнездо. Не хватило у него духа сразу признаться девушке, что шансы выжить у мага ‑ одна чешуйка из всей чешуи. Заклинание, примененное тварью ‑ практически верная смерть. Если вытащить лезвия ‑ несчастный умрет очень быстро ‑ отравленную кровь невозможно остановить. Оставить их в теле ‑ лезвия постепенно растворятся, насыщая кровь чёрной отравой. Смерть наступит в любом случае, либо быстро, либо долго и мучительно. И сейчас, открывая портал, Ласти размышлял, как помягче поведать об этом Риль. Одна надежда, что Кэсти, как целитель, сможет сделать это лучше него.
Во дворе, перед домом тела мага не обнаружилось. Братья тревожно переглянулись, но промолчали, лишь ускорили шаг. Вот и родная дверь с деревянными завитушками, чуть обугленная с одной стороны. Фэсти в юном возрасте пытался научить младшего брата новому заклинанию. Успешно, но наказание получили оба. Один ‑ за то, что нарушил запрет на применение магии в непредназначенном для этого месте, второй ‑ за то, что думал не своей головой. Дверь для наглядности менять не стали.
В холле было пусто. Риль поспешила за понесшимися на второй этаж драконами. И куда так рванули, словно под хвост ужаленные. Сама она от усталости и постоянной тревоги еле ноги переставляла. Хорошо, Хирано, добрая душа, не бросил её, помогая подняться по лестнице. К началу разборок они опоздали, и потому не стали свидетелями редкого зрелища ‑ в растерянности замерших на пороге комнаты драконов с выражением нарастающего ужаса глядящих на сестру. Та, более бледная, чем обычно, сидела около своей кровати. Тарк лежал на ней, укрытый под подбородок бело‑розовым покрывалом. Девичья кровать была ему чуть мала, и ноги в чёрных носках инородным предметом выглядывали из‑под покрывала.
‑ Ты‑ы‑ы, ‑ прорычал Кэсти, отмирая. Ласти лишь пробулькал что‑то невразумительное, но достойных слов не нашел. Гранта поджала отливающие синевой губы, сощурила глаза ‑ картина "Хоть убивайте, но не сдамся" вошла бы в шедевры живописи, если бы художник, хоть одним глазком был допущен до развертывающейся драмы. Увы, дверь захлопнулась даже перед носом опешившего от такой наглости Хирано. Драконолог, пропустив вперед Риль, сам остался перед закрывшейся дверью, напряженно размышляя, будет ли взлом нарушением законов гостеприимства или есть шанс, что его расценят, как желание защитить свою подопечную.
‑ Гранта! ‑ Риль бросилась было к драконице, но девушку ухватили за шкирку, заблокировав дружеский порыв.
‑ Подожди, дорогая. Сначала я выпотрошу это чудовище, выдеру все чешуйки с её красивой шкурки и пообрываю крылышки.
‑ А я, ‑ поддержал брата Кэсти, ‑ поменяю местами хвост с головой. Уверен, что в хвосте у неё больше мыслей, чем в голове.
‑ Гранта, что случилось? ‑ Риль уже успели убедиться, что дальше ругани у братьев дело редко когда заходит. Но сейчас, похоже, положение серьезное. Давно она их в таком гневе не видела. Ласти зарычал, опалив жарким дыханием её плечо. Точно на взводе. Интересно, а пожар тушить из них кто‑нибудь умеет? Два взбешенных дракона в одной комнате явно грозит нарушением пожарной безопасности.
‑ Ничего особенного, ‑ опустив глазки, ответила Гранта. По виду ‑ сама скромность и невинность. Но даже Риль ей не поверила, чего уже говорить о братьях.
‑ Ничего особенного?! ‑ раненным зверем завопил Кэстирон. Риль бросила взгляд на пуфик, рядом с которым стоял дракон. Слава Создателю, пока не тлеет, ‑ Поить кровью человека ‑ ничего особенного!
Драконица пожала плечами: "Ласти можно, а мне, почему нельзя?" ‑ она обиженно поджала губки, ну, точно, ребенок, попробовавший бабушкину сладкую наливку и теперь получающий незаслуженную, с его точки зрения, взбучку.
‑ С каких пор недолётки целительством занимаются? ‑ рыкнул Кэстирон, окончательно теряя терпение. Да, воспитание ‑ не его стезя.
‑ А что мне было делать? ‑ лицо Гранты исказила гримаса отчаянья, а в глазах блеснули слезы, ‑ Я одна в Гнезде была, а он появился перед домом ‑ такой холодный, и в спине чёрные лезвия торчат. Мне стало так страшно. Я слуг позвала, в дом его перетащить. И не собиралась его сама лечить. Что я, полная тупость, в целительство лезть? Но эти лезвия…, у меня руки сами собой потянулись их из спины вытащить. А потом кровь, как польется, как польется. Я и зажимала, и мазью твоей замазывала ‑ ничего не помогало. Мне так страшно стало ‑ он уходил, уходил за Грань у меня на руках, ‑ Гранта всхлипнула, ‑ Я не могла его отпустить ‑ на нем был запах Риль. И, словно, что‑то внутри меня сказало: "Твоя кровь ‑ его спасение". Вот так оно и получилось, ‑ Гранта вытерла текущие по щекам слезы. Риль, шикнув на Ласти, рванула к драконице, прижала её голову к своей груди, ласково погладила по волосам.
‑ Что вы на неё накинулись? ‑ окинула она братьев недружелюбным взглядом, ‑ Ласти сам отправил сюда Тарка. Нечего теперь ругаться, что она ему жизнь спасала.
‑ Ты не понимаешь, ‑ выдохнул Ласти, потихоньку успокаиваясь.
‑ Гранта ещё даже чешую второй раз не поменяла, она ‑ ребенок, для неё запрещено делиться кровью с людьми, ‑ покачал головой целитель.
‑ Это правда, ‑ вздохнула Гранта, отстраняясь от Риль, ‑ я виновата ‑ нарушила запрет, но я не могла по‑другому, он такой, он такой!