Шрифт:
Глава 35.
Верхушки гор розовели в лучах восхода. Кое‑где ещё мирно спали клочки серого тумана, постепенно тая с каждым шагом подкрадывающегося к ним ясного утра. Внезапно, по залитому солнечным светом склону пронеслась тень, за ней другая, ещё одна и ещё.
Драконы летели в строгом, одним им понятном порядке. Летели в три эшелона. Риль только диву давалась, с какой легкостью чешуйчатые держат строй. Расстояние между кончиками крыльев ‑ метра два, не больше. Рядом с Риль в верхнем эшелоне летели ещё три дракона: уже знакомый красавец, он же гаденыш, зеленый с золотистым отливом гигант, и голубой с чёрным ободком по краям чешуек. Серьезные ребята!
Ласти, уловив интерес девушки, пояснил: "Место в строю соответствует положению Гнезда. Гнезда трех наших соседей входят в Совет, и они ‑ наши основные соперники, если смогут угнаться".
Ой, у кого‑то явно зашкаливает самомнение. В ответ Ласти только рассмеялся: "Риль, ты не понимаешь. Положение дракона ‑ это не просто титул или власть. Это сочетание многих факторов ‑ сила, уровень магического резерва, ум, способность управлять и держать в крыльях власть. Из слабого Гнезда дракон может перейти в среднее, но сразу в высшее ‑ никогда. А вот его дети ‑ уже могут завоевать сильную самку, если будут этого достойны". Запутанно, но чтобы разобраться во всем этом досконально, надо родиться драконом. А ей сейчас не до этого. У неё предполётная подготовка. Нити ‑ закрепить, добавить ещё парочку для успокоения. Щит ‑ сменить, второй ‑ проверить, третий ‑ вот тут подправить, немного просвечивает. Теперь растянуть все это на отдельного чешуйчатого. Самомнение самомнением, а технику безопасности ещё никто не отменял. ‑ Боишься? ‑ ехидно уточнил чешуйчатый. ‑ Волнуюсь, ‑ отмахнулась Риль, потом призналась, ‑ есть немного. Но ещё больше переживаю, чтобы не сорвалась операция. ‑ Не бойся, я не дам тебе разбиться. А по поводу операции ‑ все немного изменилось. Мы не будем отслеживать его связь с вашим магом, принято решение уничтожить предателя сразу по окончанию гонки. ‑ Кккак? ‑ Риль даже мысленно заикаться стала, чувствуя, что небо рушится ей прямо на голову. ‑ Прости, но он зашел слишком далеко. Если попробуем взять его живым, потеряем ещё больше народу. Жаль, что придется убить его быстро ‑ положение Гнезда дарует ему легкую смерть. Горные вершины внезапно поплыли перед глазами, а ясное утро подернулось дымкой боли и разочарования. А что, она собственно ждала от драконов? Что перед ней на задних лапках прыгать будут или крылышками обмахивать? И самое обидное ‑ эти наполненные до самых кончиков когтей самомнением ящерицы не понимают, какую ошибку совершают. Ведь они уверены, что человеческий маг лишь выполняет поручения дракона. Ещё один младший брат. Идиоты! Она даже зубами заскрежетала от злости. Хорошо, что щитами прикрылась, можно спокойно поругаться и покипеть от негодования. Не хотят ничего видеть дальше кончика своего носа. Привыкли, что вокруг них либо обычные люди, либо асхалуты. Неужели непонятно, что если ты никогда не встречался с радужной птицей, это не значит, что она не существует на самом деле. Ох, чует её сердце, что беспечность драконов ей дорого обойдется. Как можно верить в то, что с убийством предателя (нет дракона, нет проблемы), все прекратится? Она вот абсолютно убеждена, что дракона всего лишь использовали, задурив его высокоумные мозги. И портал открывать не надо, чтобы понять ‑ следующая пропажа ящерицы, а она обязательно будет, и драконы объявят войну без предупреждения и маневров. Риль попыталась успокоиться и найти хоть какое‑нибудь решение. Решение приходило в голову только одно ‑ спасти золотопузика, похитить его из лап мстительных собратьев и вытрясти из этого красавца всю правду о маге. Хотя, если подумать логически ‑ много ли он знает? Маг ‑ не дурак, если его до сих пор не выловили драконы. Значит и с предателем встречался под личиной. Остается только один вариант, но стоп. Даже думать об этом нельзя, ведь скоро в её голове будет полностью хозяйничать один любопытный чешуйчатый. Если он что‑нибудь заподозрит ‑ её авантюра схлопнется порталом. Терпение, терпение. Остается лишь ждать удобного момента. А вот и стартовая площадка. Удивительно, но даже старт проходил в три этапа по эшелонам, а точнее по общественному положению или, если верить словам Ласти ‑ по силовым категориям. Второй эшелон включал в себя семь драконов, третий двенадцать. И победителей тоже будет три. Справедливо. Иначе, какой смысл соревноваться не в своей весовой категории, зная, что шансов на победу у тебя нет. Четверка сильнейших выстроилась на каменном карнизе. Риль сняла ментальные щиты, открывая своё сознание для дракона. Лишь укромный уголок остался закрытым для любопытных когтистых лап. Ну, что же, она готова. На старт, внимание… Яростно взревели драконы, царапая в нетерпении камень, отбивая хвостами ритм желанной победы. Сигнал прокатился по ущелью, стряхивая мох с замшелых камней, сбивая птиц с их насиженных с ночи мест, заставляя прятаться в норки местных обитателей. Гонка началась! Четыре тени одновременно рванули со скалы. Четыре человека в этот момент перестали быть людьми. Все слилось в одно ‑ скорость и азарт, напряжение и свобода полёта. Участники разделились. Лабиринт ущелий позволял выбирать свой путь к пещерам. Ластирран ещё в первый раз определился с маршрутом, вот только не он один предпочел ущелье с покрытыми красноватым мхом камнями. Риль оглянулась ‑ сзади, пока ещё сзади, им на крылья наступал зеленый дракон. "Какой здоровый!" ‑ ахнула девушка, и порадовалась, что атаковать соперников на гонке строжайше запрещено. Ей до полного счастья только воздушного боя пережить не хватает. Хотя, один на её счету уже есть ‑ и больше как‑то не хочется. Но хватит отвлекаться. Они и так летят слишком спокойно, а значит, какая‑нибудь гадость непременно ожидает их в ближайшем будущем. Ну, точно, как нагадала. Магическое зрение, на которое девушка перешла сразу же после старта, показало маслянистую пленку, перекрывающую все ущелье. ‑ Интересно крылья машут, ‑ озадачился Ласти, ‑ её же не обойти, не облететь. Рванем напрямик? ‑ Есть другая идея, ‑ предложила Риль. Шум крыльев за спиной нервировал. От соперника хотелось избавиться. А то, использует их в качестве отмычки. Ласти метнулся вверх, открывая путь зеленому. Тот поднажал, вмиг обгоняя лидера. Риль даже обидно стало, что он так легко попался на уловку. "Молодой", ‑ пояснил Ласти. Хлопок и дракон в большом прозрачном пузыре повисает в центре ущелья. Риль не удержалась и махнула рукой дергающейся, как рыба на крючке, ящерице ‑ догоняй. Они понеслись дальше. Сзади оглушительно бумкнуло. Интересно, как скоро зеленый опять замаячит за их спиной? Если они влетят в нечто подобное ‑ то очень быстро! Впереди блеснули нити паутины. Ласти мысленно застонал. Эту ловушку ненавидели все драконы. Заденешь липкие нити ‑ прощая гонка. Мощности Риль может и хватит, чтобы их сжечь, но тратить все силы на одну прилипчатую гадость не хотелось. Девушка замерла, почувствовав, как напрягся дракон. Ему нельзя сейчас мешать. Доли секунды ‑ проход между нитями выбран. Ласти складывает крылья, Риль вжимается в чешую, плотно обхватывая тело дракона. Медленно, используя инерцию полёта, он проскальзывает сквозь блестящие на солнце нити. Вблизи они оказываются довольно толстыми, с шевелящимися прозрачными щупальцами‑присосками. Риль даже поплохело, когда она вблизи разглядела эту мерзость. Уф, пронесло. Дракон, проскочив сквозь паутину, усиленно замахал крыльями. Надо наверстывать упущенное время. Девушка оглянулась ‑ зеленый уже подлетал к паутине. Ей все же было неловко за тот пузырь, поэтому она мысленно пожелала зеленому удачи. В ответ насмешливо фыркнули и чуть недовольно посоветовали меньше обращать внимания на всяких, мотающихся сзади, а больше глядеть вперед. А впереди, за поворотом уже показался чёрный зев пещеры. Вокруг никого не было. Темнота после яркого солнца оглушала. Хоть Риль и знала, что следует ждать, но ослепительное пламя, хищно рванувшее в их сторону, заставило резко дернуться. В шее явно жалобно хрустнуло. Пламя было только отвлекающим маневром. Что‑то чёрное блеснуло в красном свете огня, резкий рывок, нити, натянувшись, удержали свою хозяйку от полёта вперед головой ‑ здравствуй, острые камни. Дракон, выругавшись, дернулся раз, другой ‑ бесполезно. чёрная смолянистая масса облепила одним концом когти, вторым крепко держась за камни. ‑ Зараза! ‑ прошипела Риль. Ласти подтверждающе рыкнул. Склонил голову вниз, дохнул пламенем, зашипел, когда чёрная масса запузырилась, вскипая от драконьего пламени. Но уже через мгновенье, освободившись, чёрные крылья понесли их вперед. А вот дальше…, дальше атаки шли одна за другой. Вспышки магии, вспышки пламени, вспышки атакованного щита ‑ все смешалось в одну цветную круговерть, периодически разбавленную полной темнотой. Риль только успевала обновлять щит, когда в него врезалась очередная магическая дрянь. Дракон от чего‑то уворачивался, что‑то контратаковал, слабым заклинаниям позволял пытаться пробить их защиту. Вот, опять. Нечто голубенькое маленькое и пушистенькое влетело в них снизу, проев сразу огромную дыру. Слава небу, внутренний щит выдержал, поглотив симпатичного гаденыша, но внешний пришлось срочно укреплять. А ведь ещё нужно следить за нитями. Если бы не они, Риль давно бы уже кувыркнулась со спины вниз. Дракон мотался, как пьяный моряк в шторм по палубе. Полупустой желудок болезненно сжимался, но вчерашний ужин пока не отдавал. Девушка боковым зрением уловила магическую волну, которую пустил перед собой Ласти. Волна врезалась в мутную пленку, перекрывающую выход, и сразу солнце ударило по глазам. Сбоку из ещё одного отверстия вынырнул чёрно‑голубой дракон и, опережая их буквально на пол хвоста, понесся впереди. ‑ Догоним? ‑ предложила Риль, чувствуя, как кровь азартно бурлит по венам. ‑ Рано, ‑ выдохнул Ласти. Он даже притормозил, позволяя сопернику чуть оторваться. Впереди что‑то блеснуло, и вокруг чёрно‑голубого вспыхнул защитный щит. Красиво ‑ переливающийся радужными бликами пузырь и внутри ‑ машущий крыльями дракон. Затем весь щит целиком покрылся мелкими блестящими точками. ‑ Готовься! ‑ рявкнул Ласти, возвращая отвлекшуюся Риль к реальности. Легко сказать: "Готовься". Ещё бы понять к чему. "К неприятностям", ‑ с ехидством ответил разум, теряя остатки своей разумности. Мгновенье, и они в зоне осадков. Мелкий золотой дождь забарабанил по щиту, пытаясь пробить защиту. "Какую только гадость не придумают", ‑ Риль с брезгливостью разглядывала золотую каплю, висящую перед её носом. Капля сползать никуда не собиралась. Более того, она все больше погружалась в защиту, проедая её. "Лааасти", ‑ панически позвала девушка, на секунду представив, что эта тварь доберется до её лица. Дрожь прошла по шкуре дракона, заставляя Риль крепче вцепиться в неё, а потом чешуйчатый прямо на ходу замотал крыльями и встряхнулся, как встряхиваются животные после купания. Золотые капли, словно паразиты, посыпались вниз. Но на этом их неприятности не закончились. Летящий впереди дракон вдруг встал перпендикулярно крылом к земле. Риль плотнее прижалась к родной шкуре. Поворот и она висит, словно жучок на стене, осталось только пришпилить её сверху. Повернула голову ‑ мимо проплывали прозрачно стеклянные широкие полосы. Поворот и горизонт возвращается в привычное положение. Но ненадолго. Впереди летящий дракон вдруг дернулся, а потом его словно посадили на вертел и начали прокручивать по кругу. Эдакая драконья карусель. Были бы перья ‑ так и разлетелись бы в разные стороны. Но вместо перьев вокруг летали какие‑то чёрные мушки. Очень неприятные на вид даже издалека. ‑ Мы так же? ‑ испуганно ахнула Риль. ‑ По‑другому никак. Даже твоя защита может не выдержать чёрную смерть. Здесь только спиральное уклонение срабатывает. Угу, уклонение. Да, от такой спиральности её желудок точно узлом завяжется. Нет, обошлось. Когда мир перед глазами завертелся, Риль просто их прикрыла, доверившись своёму дракону. Он ‑ сможет долететь, и никакие мушки его не остановят. В ответ пришла теплая волна благодарности. Её поддержка не менее важна, чем все остальное. Впереди хищно раскрыла свою пасть вторая пещера. Ласти еле успел уклониться и не влететь в хвост чёрно‑голубого. Тот застрял в чем‑то розовом, и лишь судорожно махал крыльями, весь покрытый толстым слоем розовой пены. ‑ Асхарать, ‑ не сдержался Ласти, уворачиваясь от чешуйчатого десерта. Но сам далеко не ушел. Бело‑молочное облако рухнуло сверху, дракон рванулся вперед, но не успел. Хвост завяз и завяз крепко. Пока освобождались, мимо промахали чёрно‑голубые крылья. Промахать‑то промахали, но пещера так быстро свою добычу отпускать не желала. Из темноты ему наперерез рванули чёрные нити, пытаясь захватить дракона. Тот уклонился от первого залпа, чудом извернулся от второго, но третий его достал. Дракон повис спутанным клубком, как игрушка на ниточках. Ласти обогнул соперника, торопясь к блестящему светлым пятном выходу. Но тех, кто торопится, ждал неприятный сюрприз. Невесть откуда взялась целая завеса из крупных, размеров с кулак, шариков бледно‑желтого цвета. Шарики плотно облепили дракона, и тот прочно в них увяз. Пламя их не брало, становилось только хуже. Шарики лопались, истекая мутным вонючим соком, ещё и липким к тому же. Только совместными усилиями ‑ заклинание воздушной волны Ласти и сила Риль, шарики удалось разогнать. Пусть был свободен. Ласти чуть неуклюже вывалился из пещеры, но в полёте собрался, сложил крылья и под правильным углом вошел в воду. Ещё падая, девушка в этот раз даже глаза закрывать не стала, Риль успела заметить золотой силуэт, скользящий уже на середине озера. ‑ Перррегнать, ‑ недовольно прорычал дракон, резко увеличивая скорость. чёрное гибкое тело разрезало воду, как масло. Та чуть ли не вскипала, касаясь драконьей чешуи. В результате в узкое ущелье они вылетели, почти касаясь хвоста золотопуза. Ласти мгновенно нырнул вниз, обходя соперника. Тот, похоже, не ожидал такого безумного маневра от новичка. Ещё бы, какие могут быть маневры, когда кончики крыльев почти касаются стен узкого ущелья, а внизу оно ещё уже, только боком протиснуться можно. Но Ласти даже боком ухитрился обойти золотого. Риль чувствовала, как нелегко дался ему этот маневр. Острый камень чувствительно проехал по животу, легче было подставить спину, но тогда Риль просто размазало бы по скале. Взмах, ещё и ещё. Резерв стремительно близится к нулю, но они уже вырвались вперед. Риль не нужно оборачиваться, чтобы увидеть, как злобно корчится морда золотопуза. Но она все же оглянулась ‑ зрительный контакт облегчает дело. Разрыв слияния ‑ больно, но нужно. Дальше никаких ловушек не будет, так что дракон справится и без неё, да и силой она с ним поделилась напоследок. Обернуться, взглянуть в вертикальные зрачки несущегося за ними дракона ‑ одна секунда. Ещё секунда, чтобы понять ‑ их сейчас атакуют. Против правил, против законов ‑ выигрыш любой ценой, подставив своего младшего брата, так как именно асхалут держал в руках сгусток чёрного пламени. Судорожно, почти исчерпав весь резерв, выставить щит. Темное пламя врезается в щит, растекаясь по нему чёрнильным пятном. "Мамочка!" ‑ шепчет Риль, понимая, что заклинание слишком сильно, и щит не сможет его поглотить. Руки сами сплетают что‑то, бросают это нечто в почти добравшееся до дракона пламя. Мощный воздушный поток отшвыривает пятно прочь, и золотопуз вынужден нырнуть вниз, чтобы увернуться от собственного заклинания. Наградой для Риль стало удивление, промелькнувшее в глазах предателя, перед тем как он исчез из поля зрения. За это удивление она и зацепилась. Ментальный взлом проще всего осуществить, когда противник выведен из себя и испытывает сильные эмоции. Ей не нужно копать глубоко. Несколько дней, неделя. Мир для девушки перестал существовать. Она медленно, прорывая сопротивление, погружалась в чужую память. Верхний слой ‑ не то. Глубже, ещё. Вот! Лицо без лица. Плавающая дымка прикрывает чужака. Голос, чуть усталый, соглашается на встречу, встречу, которая состоится вечером после гонки в таверне "Закатный Пик". "Заодно и победу отпразднуем" ‑ это уже мысль дракона. Риль выныривает на поверхность, разрывая контакт. Водная гладь почему‑то слишком близко. Она почти сползла с дракона, и тот медленно планирует на воду, чтобы не позволить ей упасть вниз. Впереди отчетливо блестит золотой силуэт. ‑ Нет, Ласти, ‑ вернуть контакт ‑ доли секунды, ‑ лети, я в порядке. Давай, сделай этого поганца. Не важно, что сил почти нет. Не важно, что боль от ментального взлома буквально взрывает мозг. Для её дракона важна победа. А она… она потерпит. чёрный крылья с силой вспарывают воздух. Остров стремительно приближается. Вот мелькает хвост золотопуза, вот он остается позади вместе с яростно ревущим хозяином. Уже сквозь почти уплывающее сознание, Риль находит в себе силы улыбнуться ‑ они победили! Она прижимается к горячей чешуе, открывая Ласти то, что нашла в голове у предателя. "Прошу, ‑ шепчут пересохшие губы, ‑ дай мне шанс поймать мага". В ответ молчание, потом приходит ответ: "Хорошо. Мы возьмем их обоих сегодня вечером". Когти касаются камней, оставляя на них царапины. Ласти неподвижно замирает, позволяя асхалутам забрать обессиленную девушку.Глава 36.
Чистое белье радовало приятным запахом. Открывать глаза не хотелось, одеяло окутывало своим мягким теплом, склоняя к долгому и ленивому валянию, но кто‑то вредный портил все удовольствие своим громким голосом.
‑ Почему ты позволил ей залезть к нему в башку? ‑ Я, знаешь ли, был в это время немного занят. А кто придумал отправить Эрльханца за грань? Ничего удивительного, что девочка решила добраться до информации сама. ‑ Сама, ‑ целитель был явно зол и, похоже, именно на неё, ‑ да, у меня в жизни не было столь постоянного пациента. Сколько раз за это время я вижу её бессознательное тело? ‑ После сегодняшней гонки у меня самого точно пара чешуек отвалится. Никогда в жизни я так ни за кого‑то не боялся, причем дважды. Сначала, когда понял, что не успеваю уклониться от атаки, потом, когда она потеряла сознание. Ещё пара мгновений, и Риль полетела бы прямо в воду. ‑ Но ты сделал выбор! ‑ Сделал, ‑ Ласти чуть понизил голос, ‑ её жизнь для меня важнее всякой победы. Нет, такие разговоры и без неё? Непорядок! Прощай уютное одеяло и мягкая подушка! Таверна была наполнена тихим гулом голосов, чуть раздражающим звоном посуды, шарканьем ног полноватой служанки разносящей подносы с едой, бряканьем монет о стойку бара и стуком днищ больших кружек с пивом по деревянным крышкам столов. Зал был забит лишь наполовину. Люди, грейфы, драконы ели, пили, что‑то обсуждали, тихо смеялись. Пока что тихо. Слишком рано было для громких выкриков, шальных песен, а то и пробитых голов или сломанных носов, а может витавшее в воздухе напряжение заставляло страсти угасать, едва лишь разгоревшись. Двое сидели за дальним столиком, притаившимся в укромном уголке. Даже то, что столик стоял в тени, не спасало этих двоих от любопытных взглядов посетителей таверны. Слишком разными они были, даже на первый, мимолетный взгляд. И все же что‑то заставило их встретиться здесь в это довольно раннее время за одним столом. Да и сама встреча началась странной ‑ ни приветствия, ни кивка головой, словно эти двое расстались буквально пару часов назад. ‑ Ты принес? ‑ подался вперед молодой чёрноволосый мужчина, с жадностью вглядываясь в своего собеседника. Тот лишь усмехнулся в ответ. ‑ Ты сегодня слишком нетерпелив, мой друг, ‑ уголки тонких губ чуть приподнялись вверх. Верхнюю часть лица скрывала легкая дымка ‑ если смотреть на неё магическим зрением. Обычные люди видели невзрачного человека средних лет с блекло‑серыми глазами, короткими тусклыми волосами. Взгляд упорно скользил мимо его абсолютно невыразительного лица, никак не желая запоминать внешность незнакомца. Дракон нахмурился, откинулся назад, проворчал: ‑ Я истратил весь запас на гонку. Не привык оставаться с пустыми крыльями. Маг едва заметно поморщился. Как его достали эти ящерицы со своими неуемными амбициями. Похоже, этот дракон стал раздражать его слишком быстро. Придется избавиться от него раньше планируемого срока. Да, неплохо бы проверить слухи, ходящие про гонку. Говорят, что его друг там здорово накуролесил и привлек к себе ненужное внимание. Маг окинул внимательным взглядом зал. Тревожно что‑то. Нужно закругляться, но сразу уйти не получится. Портал под хвост этому ящеру, ещё обидится идиот чешуйчатый, заподозрит неладное и выдаст их сдуру. Нет, показалось. Спокойно все. За стойкой сидит молоденький паренек ‑ из асхалутов, рядом его дракон. Оба слишком заняты друг другом, и до окружающих им дела нет. Компания грейфов, похоже, отмечает день рождения одного из них. Веселые ребята. Рядом с ними чинно восседают пять мужчин ‑ богатая одежда, украшения, явно одетые напоказ. Торговцы! Обычные глупцы, которые хотят получить право торговли с рептилиями. У окна ещё одна компания ‑ едва вылетевший из гнезда молодняк, даже пить толком не умеют. Сегодня вечером здесь будет весело. Впрочем, как обычно. Такие места и существуют для того, чтобы выпускать своего зверя на свободу. Он и сам бы развлекся, но дела, порталься они куда подальше. Риль сидела за стойкой таверны. Как же тяжело держать себя в руках и не оглядываться на мага с торжествующей улыбкой ‑ попался, гад! Нельзя ‑ секретность, схлопни её портал. Пытаясь отвлечься, Риль вспомнила об одержанной победе. Добиться участия в этой операции было потруднее, чем уговорить Ласти участвовать в гонке. Кэсти заявил, что ему надоело возиться с её полутрупом, в состоянии которого она оказывается каждый раз по завершению любого дела. И он не видит смысла её личного участия в захвате одного дракона, тем более что церемониться с ним никто не собирается. А уж мага, так и быть, ей принесут на крыльях. Но Ластирран неожиданно встал на сторону Риль, сказав, что не стоит все же воспринимать противника как летуна‑первогодку, страховка не помешает ‑ своё Гнездо Риль лучше знает. Зарран тоже присоединился, заявив, что среди его асхалутов детей нет, и если она начала это дело, самостоятельно добыв информацию, то пусть сама его и завершает. Два голоса против одного, целитель махнул рукой, признавая своё поражение. Но просто так он не сдался. Маскировку на Риль они вешали вдвоем, отчаянно ругаясь, как будто новая внешность имела большое значение. Над результатом долго хихикал Зарран, сказав, что теперь ему пора открывать детский сад у себя в цитадели. Потом все трое долго и нудно выдавали инструкции ‑ что делать, точнее, чего не делать, так как от Риль требовалось тихонько сидеть в углу и не мешаться под ногами у взрослых дядей. С такой внешностью её точно никто всерьез воспринимать не будет. Риль вздохнула ‑ упертые драконы никак не хотели воспринимать мага, как настоящую угрозу. Когда она попыталась что‑то объяснить, всего лишь посоветовали успокоиться и не мешать профессионалам. Вот она сидит и не мешает, только интуиция нервно подпрыгивает на месте и потрясывает перед носом доводами, что все пойдет отнюдь не по чешуйчатым планам. Дракон поставил перед ней кружку с травяным чаем. М‑м‑м, вот что умеют потрясающе готовить в городе драконов, так это чай из редких травок, что растут высоко в горах. Вкуснее этого был только тоффе. Вот только тот напиток шел вместе с весьма интересным побочным эффектом. Интересно, почему все вкусное всегда вредно влияет на организм? Ласти положил свою руку на её ладонь, нежно сжал: "Волнуешься?" ‑ Да, ‑ кивнула Риль, ‑ даже не верится, что все скоро закончится, и я смогу вернуться домой. ‑ Знаешь, я был бы не против, познакомиться с твоей семьей, ‑ прищурился дракон, ‑ а то непорядок ‑ ты с моей знакома, а я только твоего брата знаю. Раздавшийся за их спинами звук открывающейся двери и голос Кэстирона прервал их милую, почти семейную беседу. Итак, уже хозяин таверны ‑ пожилой грейф с явным неодобрением на них поглядывал, ворча что‑то себе под нос. ‑ Эрльханц Азордан дэ Лактирсон, ты арестован! ‑ Ш‑ш‑што? Да, как ты с‑с‑смеешь? ‑ Эрльханц от негодования и удивления почти перешел на одни шипящие и свистящие звуки. Риль оглянулась. Дракон вскочил со своего места, уронив стул на пол. А вот маг даже не шелохнулся, сидит себе спокойно, даже чашку с чаем на стол не поставил, как будто происходящее его вовсе не касается. Девушка ещё больше укрепилась в своих подозрениях. Воздух в таверне буквально загустел от напряжения. Вокруг вспыхивали выставляемые щиты и спешно активизируемые заклинания. Веселая компания подвыпивших грейфов, мгновенно протрезвев, объединилась в боевые пары с внезапно повзрослевшими драконами. Эрльханца плотно обложили не оставив и щелки, куда ящерица могла бы ускользнуть. Лишь пятеро торговцев, случайно затесавшихся в этот вечер среди неслучайных посетителей таверны, и видимо, оставленных в зале для достоверности, испуганно жались к стене, стараясь слиться с интерьером. Эрльханц затравлено заозирался. Сейчас, когда надменное выражение на его лице сменилось растерянностью, стало видно, как он молод. Но его глаза все больше загорались яростью, и скоро безумие их полностью заволокло. "Он всё‑таки не сдастся", ‑ с огорчением подумала Риль, понимая, что Ласти был прав, не надеясь взять предателя живым. Она приготовила плетения щита, готовясь их активировать в любой момент. Похоже, этот идиот крепко увяз всеми когтями. Маг недовольно поморщился, поставил чашку на стол. И не надо теперь проверять слухи, и так понятно, что из правящего Гнезда просто так арестовывать не приходят. Интересно, судя по ауре, перед ним средний или старший из трех братьев. Ну, что же, придется искать себе нового друга, и скорее всего не здесь. После этой шумихи, он будет вынужден забыть про местные красоты на пару лет. Жаль, конечно, этот мир самый удобный по своёму расположению для связи. Допив чай, маг не спеша поднялся, с усмешкой поклонился Эрльханцу. Тот этого даже не заметил, дракон не отрывал взгляда от Кэстирона. Щиты подняты, заклинания готовы. Кто первым ударит, вот в чем вопрос? Обе стороны замерли, не решаясь сделать шаг к грани. Эрльханц, хоть и побледнел, но страха в его глазах не было, только решимость испытать свою судьбу до конца. Маг неторопливо сделал шаг назад. Он даже щит не поставил, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Пусть ящерицы разбираются между собой. Маг слишком хорошо знал повадки этих рептилий, чтобы быть абсолютно уверенным ‑ его дружок не выйдет отсюда живым. Был бы умнее и сдержанней, остался бы жить. Однако смерть этого драконыша ему лишь на руку. Не придется мараться самому. Жаль, что кровь в этот раз не достанется ему, но у него ещё полно старых запасов. Шаг, ещё, отойти в сторонку, а там нырнуть на кухню, открыть портал и веселья вам господа чешуйчатые, мы ещё с вами свидимся. ‑ Далеко собрались, уважаемый? ‑ прозвучавший за спиной знакомый голос, заставил мага вздрогнуть, но растерянность длилась лишь доли секунды. Он тоже не с пустыми руками на встречу пришел, как раз новая заготовка пригодилась. Маг швырнул за спину заклинание, одновременно поворачиваясь к противнику лицом. ‑ Нет! ‑ раздался пронзительный крик, и от стойки наперерез багряному с угольно‑чёрными вкраплениями квадратной формы сгустку, кинулся молоденький асхалут. Разноцветным всполохом засиял его щит, стараясь поглотить растекшуюся по нему гадость. За всполохами было видно, как парнишка побледнел, пытаясь выдержать мощное заклинание. "Однако! ‑ удивился маг. ‑ Никогда бы не подумал, что среди асхалутов встречаются маги с таким уровнем резерва. Весьма интересный экземпляр, хотя и неопытный". Решение пришло мгновенно. В сторону МОСПовцев полётел ещё один подарочек, жаль не такой забавный, но им будет, чем заняться. Добраться до асхалута, попутно отправив отдыхать кинувшегося наперерез чешуйчатого защитничка. Убил бы, но пока нельзя. Тварь связана с парнем, хотя это временно. Подхватить побледневшего от слабости асхалута и шагнуть назад в открывшийся портал. Молодец, парень. Выложился прилично, но справился, а ведь с таким подарочком не каждый мастер совладает. Надо же, ещё и трепыхаться пытается! Маг даже не стал тратить заклинание на асхалута, просто вырубив его ударом по шее. Перекинул безвольное тело через плечо, хорошо, что парнишка щуплый, почти ничего не весит и шагнул вперед, открывая ещё один портал. Придется немало потрудиться, чтобы сбить погоню со следа. Тарк не держит в своей команде бездарей. Его ищейка ‑ один из лучших следо‑магов, но и его способности не бесконечны. Кинулись бы за ним сразу ‑ и шансов оторваться от МОСПовцев не было бы даже у него. А так…, пока они разберутся с разъяренными ящерицами, пока что‑то попытаются им доказать, пока поймут, что это бесполезно, пока удирать от них будут, хорошо, если при этом живы останутся. Так что время, чтобы скрыться у него есть. Жаль, нельзя сразу же убраться из этого мира. Межмировой портал легко отследить. Проще скрыться, перемещаясь с десяток раз по этому миру. Муторно, конечно, и энергии тратиться, портал знает сколько, но шкура у него, в отличие от тех же ящериц, одна и без прочной чешуи. Маг открыл очередной проход, разорвав пространство, превратив тысячи километров в один миг. Окинул внимательным взглядом пустынный берег, поправил свою ношу, довольно хмыкнул. Снова шаг вперед и он уже в горах, ещё ‑ скалистый берег прозрачного, как слеза озера. Наконец, он посчитал, что достаточно покружил по миру, и отследить его хаотичное перемещение будет невозможно. Маг стер выступивший на лице пот ‑ открытие такого количества порталов тяжелое занятие, даже для него. Но остался последний ‑ тот, что приведет домой, в убежище. Шаг вперед и вокруг знакомые места. Он с наслаждением вдохнул чуть пряный аромат нагретых за день камней. Маг никогда бы не признался даже самому себе, что горы были его слабостью. По крайней мере, при выборе местожительства в новом мире он предпочитал холодно‑величественные и пустынные скалы без раздражающей глаз зелени. Багряный мох вполне достаточен для оживления пейзажа. Жаль только, что в таких местах найти достойное жилье крайне затруднительно. Но здесь ему повезло. Маленький охотничий замок, сложенный из серых камней, словно игрушечный, вырастал из скал на краю небольшого озера. Прихоть заядлого охотника, который пару лет назад отправился за грань, и переставшего быть нужным. Родня с превеликой радостью сдала его достойному господину, любящему тишину и покой. Удвоенная оплата позволяла избежать каких‑либо вопросов. Мало ли причуд у богатея? После исчезновения мага и асхалута в таверне воцарилась нездоровая тишина, которая взорвалась через мгновенье, переходя в неконтролируемый хаос. Перед лицом новой угрозы драконы объединились, приняв в свои ряды даже предателя. Не время для распрей, убить никогда не поздно, а вот не позволить врагам уйти безнаказанными ‑ гораздо важнее. Чужаки посмели проникнуть на их территорию, посмели похитить асхалута ‑ смерть, только смерть поможет искупить им свою вину. Пятерка магов так и осталась стоять у стены. Один, правда, попытался броситься вслед за исчезнувшим вместе с асхалутом магом, но огненный росчерк молнией обугливший пол у его ног охладил наглеца. Больше они не позволят уйти отсюда никому, только за грань. Кэстирон, стоя на коленях, пытался привести в чувство брата. Тварь словно знала, как лучше всего ударить по дракону. Похоже, ему придется опять расстаться с толикой своей крови, чтобы исцелить Ласти. Он поднялся, собираясь открыть портал в Гнездо ‑ лечить лучше всего там, под защитой родных стен. Судьба никчменных магов Кэстирона мало интересовала. Кого может интересовать судьба трупов? Те, кто сегодня охраняли таверну, держа под наблюдением наружный периметр, не заметили, как осторожно шевельнулась тень в темном переулке, куда выходили окна зала. В начавшейся суматохе, когда от магического напряжения электризовались волосы на голове, ещё один открытый портал остался незамеченным. Фигура в темном плаще скользнула в него, уверенно взяв свежий след чужого портала. Слишком часто за это время ему приходилось вот так, скрываясь, следовать за этим магом. И чужеродные плетения стали ему почти родными. По знаку Кэсти два асхалута подняли Ластиррана, готовясь переправить его в Гнездо, как только целитель откроет портал. Раненый слабо застонал, повиснув между ними. ‑ Потерпи, братишка, сейчас подлечим, и крылья будут как новые, ‑ пробормотал Кэстирон, настраивая портал. ‑ Мы можем помочь ему, ‑ вдруг подал голос один из магов. В ответ драконы дружно оскалились, асхалуты шагнули вперед, демонстративно поигрывая созданными структурами заклинаний. Кэстирон лишь усмехнулся на это предложение помощи, прикидывая, не развлечься ли немного, собственноручно прикончив хотя бы одного из мерзавцев. Состояние брата тяжелое, но стабильное. Пара минут промедления не сыграют роли. В руках целителя вспыхнул багровый сгусток силы. Маг чуть побледнел, но взгляд не опустил. Созданное драконом заклинание он видеть не мог, но пламя, жадно вспыхнувшее в глазах целителя, говорило о многом. Маг застыл, стараясь даже моргать пореже, чтобы не спровоцировать жаждущих крови драконов. Ведь и портал открывать не надо, чтобы понять ‑ как только раненого унесут в безопасное место, вместо пяти мнимых торговцев в таверне останется пять обугленных тел. ‑ Хорошо, хорошо, ‑ маг примиряюще улыбнулся, ‑ но я тебе не враг. ‑ Не враг, говоришь, ‑ зло прищурился Кэстирон, уже прикидывая, куда он заметнет заклинание, и как оно врежется в наглого человечишку, взрывая живую плоть, ‑ готов это доказать? Маг пожал плечами, мол, легко, и только попросил: "Мои люди останутся вне этого. Моя жизнь против их жизней". Дракон не ответил. Лишь в глубине его души что‑то уважительно дрогнуло, мимолетно, почти незаметно. Но все же он развеял заклинание, создав вместо него другое. Маг спокойно шагнул вперед, снимая защиту, спокойно взглянул в яростно мечущееся пламя в глазах дракона. Кэстирон еле слышно зарычал, чувствуя, как гнев захлестывает его разум. Мгновенье и сгусток силы отправляется в сторону мага, по пути распадаясь на мелкие огненные капли. Красные точки оседают на левом рукаве пиджака лже‑торговца, просачиваются сквозь ткань и, попадая на кожу, оставляют за собой глубокие раны. По полу затарабанили капли крови, стекая с руки мага. Вот их становится все больше. Лицо мага белеет, губа закушена, но взгляд не теряет и доли решимости. Личина сползает с него, словно вторая кожа, открывая истинное лицо. Нет больше смысла тратить силу на поддержание маскировки. Запах свежей крови будоражил, Кэстирон с удовольствием вдохнул его, чувствуя, как внутри начинает разгораться пламя, пламя безумства, гнева и ненависти. Этот человечишка заплатит за все, за брата, за Риль, и его смерть не будет быстрой, о ‑ нет. Смелость и наглость достойны своей награды, и награда уже клубилась тьмой в его руках. Ещё немного и она отправится прямиком по назначению. ‑ Друг, ‑ прорычал дракон, ‑ друзья не скрывают своё лицо. ‑ Нет, ‑ слабый стон, лишь намек на слово, прозвучал за его спиной. Кэстирон резко обернулся. Но Ласти уже закрыл глаза, каким‑то чудом удерживаясь на грани сознания, ‑ Риль ему доверяет, ‑ еле слышно прошептал дракон, с трудом шевеля губами. ‑ Доверяет? ‑ Кэсти окинул скептическим взглядом уже пошатывающегося от кровопотери мага. Тот оказался молод, весьма молод, и при этом чешуйчато упрям. Внезапно Ласти посерел лицом и обмяк. Наплевав на здравый смысл, со своего места сорвался один из магов и кинулся к потерявшему сознание дракону. Асхалуты дружно ударили по безумцу, и четыре щита прикрывших мага заиграли цветными всполохами. Впрочем, четвертый был откровенно слаб, истекающий кровью лже‑торговец не смог поставить сильную защиту. ‑ Всем стоять, ‑ рыкнул Кэстирон. Замерли все, кроме…. ‑ Коллега? ‑ брови дракона поползли от удивления вверх. Но целителю ровным счетом было наплевать на окружающую агрессию. Весь мир для него сейчас умещался в одном драконе, который внезапно решил уйти за грань, причем без разрешения. Маг лишь кинул встревоженный взгляд на командира, но тот качнул головой, подтверждая, что без мгновенной помощи он вполне ещё протянет. И правда, кровь лишь редкими каплями обновляла темно‑красную лужу, медленно растекающуюся по полу и ещё более медленно впитывающуюся в досчатый пол таверны. Кэстирон не мог видеть накладываемых магом плетений, но их влияние на состояние брата были заметны и без магического зрения. Лицо Ласти перестало пугать своей мертвенной бледностью, дыхание выровнялось, и скоро дракон погрузился в глубокий, целительный сон.Глава 37.
Маг‑целитель отшагнул назад, оглядел критическим взглядом наложенные плетения, что‑то подправил и удовлетворенно вздохнул.
‑ А мальчишка знает своё дело, ‑ отметил про себя Кэсти, сканируя состояние брата. И невольно ухмыльнулся при виде двух растерянных физиономий асхалутов, на плечах которых сладко посапывал Ласти. Оба пребывали в полном недоумении. С одной стороны, труд целителя будь он человеком или драконом ‑ священен, с другой ‑ перед ними враг, которого нужно уничтожить, ну, а в третьих была команда "стоять!", а не убивать. Пока асхалуты мучились, решая этот нелегкий вопрос, раненый маг ещё раз попытался наладить хоть какое‑то общение.
Он аккуратно вытер об явно дорогой пиджак испачканную кровью руку, которой поддерживал израненную конечность. Благородный бархат насыщенного синего цвета мигом приобрел неряшливый вид, да и залитые кровью драгоценные камни колец выбивались из образа успешного торговца.
‑ Тарк, ‑ протянул МОСПовец руку дракону. Тот покосился на открытую ладонь. Странный способ у людей демонстрировать своё дружелюбие. Как можно всем без разбора совать свою конечность? У драконов, например, существует аж три степени доверия: кивок головой для малознакомых, открытая ладонь, поднятая вверх ‑ знак уважения и пожелание чистого неба для полёта, и ладонь, прижатая к сердцу ‑ для самых близких друзей и родных, чей образ всегда в твоем сердце.
Кэстирон кинул взгляд на брата, тяжко вздохнул ‑ исцелив его, маги заслужили вежливого обращения. По крайней мере, до тех пор, пока их вина не будет доказана. Дракон пожал протянутую ему руку, недовольно буркнул в ответ: "Кэстирон Ахламарр сэт Рэгирмаф". Несмотря на недовольство, он не мог не признать, что маг держится достойно.
Тарк обернулся, махнул рукой своим людям, точнее одному из них. Дракон невольно зацепился взглядом за шагнувшего к ним мага. Тот был ещё моложе Тарка, чёрноволос, но черты его лица, глаза, в них было что‑то неуловимо знакомое.
‑ Познакомьтесь, Коррин ‑ брат Риль. Брови Кэстирона второй раз за сегодняшний вечер покинули место своего привычного обитания и поползли вверх. ‑ Трыхдыр дак сор, ‑ выругался дракон, недоверчиво уточнил, ‑ Ты ‑ брат Риль? Тот кивнул, широко улыбнулся, но тут же озабоченно нахмурился. ‑ Нельзя терять времени, нам нужно как можно скорее отправиться вслед за её похитителем. ‑ Никто никуда не отправится, ‑ вмешался Зарран, подойдя к ним, ‑ пока мы не разберемся, кто вы, и что тут произошло. Кэсти, предлагаю ко мне, не тащить же этих в Гнездо? Тарка если и покоробило такое открытое недоверие, но виду он не подал. Да и глупо было надеяться, что драконы решат им поверить вслепую. Для чешуйчатых сейчас все маги ‑ враги. И раньше отношения между ними были далеки от теплых, а сейчас от них просто веяло смертельным холодом. Кэстирон окинул оценивающим взглядом застывшую пятерку магов, согласно кивнул. ‑ Не стоит сейчас рваться куда‑то и махать впустую порванными крыльями, сначала во всем разберемся, а потом уже отправимся в погоню. К тому же без Ласти отыскать Риль будет невозможно. Тарк вздохнул, понимая, что сейчас игра не на его стороне. Дракон деликатно намекнул, что ему самому и его целителю нужно время, чтобы прийти в себя, а не бросаться сломя голову за врагом. И не убедишь этого чешуйчатого, что МОСПовцы и не в таких условиях работали, а подобные раны у них за царапины считаются. ‑ Что будем делать с этим? ‑ кивнул Зарран в сторону Эрльханца. Тот стоял мрачно глядя себе под ноги, на лице застыло выражение обиды и непонимания. Слишком быстро окружающие забыли о предателе, и он перестал быть основным блюдом на этом столе. Нет, охрану никто не снимал, вину тоже, но похищение асхалута, а не убийство дракона, стало главным событием вечера. Обидно, когда ты перестаешь быть главным злодеем. Кэстирон только вздохнул в ответ. Он был бы не прочь пообщаться с этим самоуверенным идиотом, да только тот слишком упрям, и на контакт не пойдет. Жаль, дурака, да свои крылья ему не приставишь. ‑ Можно? ‑ тихонько спросил Тарк. Этот дракон знает слишком много, было бы расточительно уничтожать такой источник информации, но у чешуйчатых могут быть другие планы. На удивление, возражений не последовало. Кэсти пожал плечами, почему бы и нет, хуже все равно не станет. За обидой скрывалось пламя гнева, готовясь вспыхнуть в любой момент. Трусость ‑ чувство малоизвестное для драконов. Предатель скорее уйдет за грань, чем останется жить. Маг, придерживая больную руку, повернулся к дракону. ‑ Ты струсишь и останешься здесь или пойдешь с нами? ‑ громко осведомился он. В таверне воцарилась тишина. Дракон сердито зашипел. Этот маг все перевернул кверху крыльями. Теперь, если он останется и примет бой ‑ это будет считаться трусостью! Да, кто такой этот человечишка, чтобы разбрасываться такими обвинениями? ‑ Решай быстрее, ‑ нетерпеливо махнул рукой Кэсти, открывая портал, ‑ или тебя так пугает наша компания, что ты предпочитаешь остаться? Эрльханц только потряс головой ‑ мир стремительно менялся, и уверенность выскальзывала из‑под его ног, заставляя чувствовать себя крайне неуютно. ‑ Я ‑ не трус, ‑ наконец, рыкнул он, делая шаг к порталу. Мир потихоньку входил в сознание. Сначала появились звуки ‑ где‑то капала вода, потом до ноздрей донесся запах ‑ пахло сыростью, дождем, свежестью. Риль приоткрыла глаза. Она сидела на полу, прислоненная к стене, на руках наручники. Быстрое сканирование ‑ наручники не простые, от источника она отрезана, на помощь магии рассчитывать не приходиться. Весело, но главное ‑ она пока жива, вот только шея ноет нещадно, как будто по ней бревном стукнули. Шевельнула головой, разминая шейные позвонки, оглянулась по сторонам ‑ комната с высоким окном, не темница, и то хорошо. Обстановка вокруг простая ‑ стол широкий, четыре стула с высокой спинкой, большой шкаф из темного дерева. Закругленные стены наводили на мысль, что она в башне. Эх, ещё бы в приоткрытое окно заглянуть, но цепь, вдетая в кольцо на полу, ограничивала её свободу. Жаль, но что остается пленнику ‑ выжидать, да ещё и думать. Вот для этого сейчас самое подходящее время. Хм, было. Дверь распахнулась, впуская высокого чёрноволосого мужчину. Длинные волосы забраны в хвост, темно‑зеленый костюм подчеркивает стройную, мускулистую фигуру, чёрные глаза смотрят с изучающим интересом. Сходство с драконами болью кольнуло в сердце. Как там её Ласти? Последнее, что она помнит ‑ летящее в её дракона заклинание, от которого тот не успевал уклониться. Дура, какая же она дура! Бросилась на защиту брата и его команды, и каким только ветром их занесло в таверну, в результате сама подставилась и Ласти подвела. Теперь сидит, прикованная наручника, и лишь ежится под проницающим взглядом мага. Хорошо, хоть маскировка все ещё на ней. Не зря драконы целый час трудились, да ещё Зарран пару плетений добавил для надежности. Теперь даже на ощупь лишнее не прощупывается. Одна надежда, что мужская внешность не покинет её в самый неподходящий момент. ‑ Вижу, ты уже очнулся, ‑ улыбнулся маг. Ох, а улыбка у него ‑ сплошное очарование. Очаровательное зло, и как тут бороться, когда в ответ только улыбнуться хочется и глазками похлопать. Сердце стоять ‑ тебе вообще доверия нет. Риль поджала губы, прищурила глаза, выказывая недовольство своим пленом и подозрительность к улыбке похитителю. Маг только ухмыльнулся. Он видел перед собой молоденького, недавно прошедшего через ритуал, асхалута, и доверие этого юноши завоевать будет не сложно. Взмахом руки разрушил цепь, но наручники оставил. Спокойно подошел к столу, ногой отодвинул стул. Тот, проскрипев ножками по полу, остановился вполоборота к Риль. Маг приглашающе махнув рукой, сам уселся напротив. ‑ Ох, прости, я такой рассеянный, ‑ мужчина шутливо стукнул себя по лбу, и направился к шкафу. Покопался в глубине, достал из недр деревянной махины пачку печенья, горсть конфет в ярких обертках, пару бокалов и графин с красным вином. "Я ‑ мужчина, мужчина!" ‑ в десятый раз напомнила себе Риль, вставая с пола. Глупо будет проколоться на окончаниях или походке от бедра. Девушка чуть ссутулилась, грудь хоть и не прощупывается, но нечего стоять так, будто она есть, и, подшаркивая, направилась к столу. Риль верила, что её спасут, рано или поздно, и пока есть возможность, было бы неплохо втереться в доверие к этому гаду. Слишком долго она за ним гонялась, слишком многое в её размеренной жизни пошло наперекосяк из‑за этого чёрноволосого красавца. Не стоит сейчас упускать шанс разжиться информацией о враге. Маг не видит в ней опасности из‑за юной внешности, но стоит ему понять, что перед ним девушка, да ещё и будущая коллега, он будет явно не рад такому сюрпризу и просто предпочтет убрать опасного свидетеля. Странно, что его внешность Риль не знакома. Семья водила знакомство со многими магами, но вот этого девушка видела впервые. Мужчина довольно улыбнулся, когда асхалут, хоть и настороженно, но присел за стол. Добиться доверия этого юнца, только недавно переставшего быть ребенком, будет ещё легче, чем ему казалось вначале. Может ему пришла пора завести себе ученика? А что, потенциал у юноши весьма и весьма неплох, преданность можно будет воспитать. Опорочить чешуйчатого дружка, или, как тут говорят, старшего брата, заронить сомнения в неопытной душе, и асхалут с радостью примет нового учителя. Вдвоем они смогут многое, очень многое. Начнем, пожалуй, с трогательной истории. Сопереживание ‑ вот тот фундамент, на котором нужно строить доверительные отношения. Маг небрежно плеснул красное вино в бокалы, один пододвинул пленнику. Тот даже глазом не повел на угощение, продолжая хранить молчание. ‑ Не беспокойся, вино не отравлено. Я не жду, что ты мне поверишь, но скоро сам поймешь, какую я оказал тебе услугу, вытащив из этого змеиного гнезда. Можешь называть меня "дорогой друг", ‑ асхалут только презрительно фыркнул на такое предложение, но маг даже бровью не повел на оскорбительное поведение юноши. Он продолжал излучать благожелательность и доброту. ‑ Пожалуй, я расскажу тебе свою историю, и ты поймешь, почему я недолюбливаю драконов, ‑ маг откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу, на лице его появилось задумчивое выражение, ‑ В то время, я был всего лишь немного постарше тебя и просто обожал путешествовать. Знаешь, половину своей жизни маги учатся и весьма напряженно. А я ненавидел Академию, ненавидел сидеть на месте, мне хотелось лишь свободы. Я использовал любую возможность, чтобы оказаться вне стен этого скопища знаний. Во время одной из таких вылазок на свободу мы и встретились. Не знаю чем, но с первого взгляда он привлек к себе внимание. Таверна была полна народу, а он сидел за столом среди немытых фермеров, крикливых торговцев, пьяных ремесленников, словно драгоценный камень, случайно оказавшийся на прилавке среди дешевого стекла. Меня тогда поразило, с каким естественным достоинством и гордостью в лучшем смысле этого слова держится незнакомец. Чем‑то он меня зацепил, и мне внезапно захотелось, чтобы он стал для меня не просто случайным прохожим. Можешь не кривить лицо. Мои чувства к нему не переросли в извращенную любовь. Нет, я почитал его, как старшего брата, подражал, как старшему товарищу, доверял, как лучшему другу. Мой новый знакомый оказался отличным собеседником, искусным бойцом, он был умен, обаятелен, а самое главное, его манила та же страсть, что и меня ‑ страсть к путешествию. Подружились мы довольно быстро. Со всей жаждой молодости я окунулся в эту дружбу. Чем‑то это смахивало на безумие, и я все больше привязывался к нему. Разные по воспитанию, по характерам, мы понимали друг друга с полуслова. Жажда найти что‑то новое, познать неизведанное ‑ объединило нас сильнее, чем родственные узы. Мы не сидели на одном месте дольше пары дней, стремясь охватить весь мир. Но однажды, наши отношения подошли к определенной черте доверия, за которую мы ещё не переступали. Я не говорил, что являюсь магом, маскируя свой источник, он ‑ что не человек. Вот только его чешуйчатость меня не отпугнула, нет. Плевать мне было, что он иногда отращивает себе крылья с хвостом и летает по небу. Ради нашей дружбы я готов был бросить свою прежнюю жизнь, забыть, что я пространственник. Но этот трус не принял мой дар, у него даже не хватило смелости объясниться. Ложь, с которой все начиналось, ею же и закончилось. Чешуйчатый урод просто исчез, не объяснив ничего, даже пары строк не оставив на прощанье. Маг залпом осушил бокал и тут же наполнил его заново. Давние воспоминания поневоле захлестнули его, словно он приоткрыл плотину, и застоявшаяся вода впервые выплеснулась в окружающий мир, не в силах остановиться. ‑ Тогда я просто обезумел. Все библиотеки, все до одной, прошерстил в поисках любой информации о драконах. Шел на подкуп, спаивал драконологов, вызнавая запретные факты, перешел на их факультет, связав свою жизнь с проклятыми рептилиями. Через год я знал о них столько же, сколько наш декан, докопался и до асхалутов. И вот тогда, наивный дурак, я возомнил, что если соглашусь, стать его асхалутом ‑ все изменится. Мы станем больше, чем друзья, мы станем ‑ братьями. Ещё полгода я провел в поисках. У меня ведь не было даже имени ‑ уходя в путешествие, драконы берут новое, смешно сказать, человеческое. Но я был настойчив. Обида и надежда питали меня всё это время. Что было дальше ‑ легко догадаться, ‑ в голосе мага зазвучала боль, горькая боль разочарования. Треск хрустнувшего бокала заставил Риль вздрогнуть. Надо же, как разнервничался. Даже не заметил, что кровь полилась из порезанной ладони на стол. Похоже, она первая, кому маг решил открыть душу. Выслушать‑то она выслушает, но вот понять может с трудом. Да, ей тоже нравятся самоуверенные ящерицы, точнее одна из них, но представить себе, что она полгода гоняется за Ласти… Нет, всё‑таки мужчины бывают чудовищно упрямы, хотя, она сейчас тоже вроде как принадлежит мужскому роду, посему ей нужно не возводить глаза к потолку ‑ какой идиот, а проявить солидарность ‑ какая сволочь, а ещё дракон! Риль сочувственно кивнула, главное ‑ не переборщить с эмоциями, настороженная сдержанность ‑ вот то, что по идее должен проявлять парень, попавший в подобный переплет. Маг тем временем залечил порез, достал ещё один бокал, промочил горло вином и продолжил. Горечь уступила место язвительности: "Мой друг проявил любезность и объяснил, что я не могу быть асхалутом, не гожусь в младшие братья. Человеческая магия, якобы, ущербна для драконов и не может быть объединена при ритуале. Меня ‑ лучшего на курсе студента, одного из сильнейших в будущем магов сочли недостойным. Мало того, врали, врали, глядя в глаза. А потом этот выродок заявил, что наше знакомство, лучше не продолжать. Ты представляешь, ‑ маг вылил остатки вина из бутылки в бокал, помахал им в воздухе, ‑ представляешь? ‑ спросил он ещё раз, то ли у Риль, то ли у бокала, ‑ эта тварь назвала нашу дружбу ‑ знакомством, а мою магию ‑ ущербной. Лучше бы он просто убил меня, чем наплевал в душу. Риль согласна кивнула, точно, лучше бы убил, тогда бы она не сидела сейчас здесь, выслушивая пьяную исповедь страдающего от неразделенной дружбы мага. ‑ Но я решил доказать им всем, ‑ он махнул рукой на стену, видимо там все и были, кому нужно было что‑то доказать, ‑ всем этим чешуйчатым со своими асхалутами, что обойдусь без их ритуала. Эти ящерицы давно мечтали стать выше нас, овладеть двумя видами магии, даже асхалутов себе для этого завели, да все без толку. Асхалуты превратились в живые игрушки, а драконы, как были никчменными магами с двумя крыльями и одним хвостом, так ими и остались. Мы, правда, в той же ситуации и не видим их плетений. Вот только мне удалось изменить это положение вещей, исправить свою, так сказать, ущербность. Лицо мага приобрело торжественное выражение, точно, все вокруг признали, наконец, его гениальность, о которой он до этого скромно умалчивал. Из шкафа была извлечена ещё одна бутылка, чуть поменьше первой, с более толстым стеклом. Маг не поленился и достал чистый бокал. В плену стекла красным золотом заиграла густая жидкость, по комнате разнесся аромат, который было трудно с чем‑либо спутать, аромат ‑ свежей крови. Риль побледнела. Маг ‑ кровопийца, оригинальное вкусовое пристрастие. Интересно, он кровь для здоровья употребляет или ему просто вкус нравится? Мысль о том, зачем её сюда притащили, приобрела пугающую ясность. Маг зловЕщё усмехнулся, наслаждаясь её испугом, покачал жидкость в бокале, вдохнул аромат ‑ дегустатор, портал ему пониже спины. ‑ Да, мой юный друг, ты правильно догадался ‑ это кровь, кровь наших общих чешуйчатых знакомых. Ещё нелегче, так он бедных ящериц в доноров превратил, и куда ему столько крови, литрами он её, что ли потребляет? ‑ И как на вкус? ‑ не удержалась от вопроса Риль. ‑ Гадость, ‑ ухмыльнулся маг, ‑ но что не сделаешь ради науки. "Точнее ради собственного могущества", ‑ подумала девушка, прикидывая, как выяснить правду и не проколоться на этих идиотских окончаниях или слишком заумных вопросах. Асхалуты ведь не учатся в академии. ‑ А как же эмоциональная связь с хозяином этой крови? Чужие чувства не сильно отвлекают? ‑ В моей голове есть только мои чувства, ‑ глаза мага блеснули торжеством, ‑ а все благодаря одному единственному ингредиенту. Он извлек из кармана небольшой бархатный мешочек, развязал его ‑ по комнате поплыл сладкий аромат, у девушки даже во рту пересохло от приторности, разлившейся по воздуху. Маг бросил щепотку серого порошка в бокал, комочки покачались пару мгновений на темно‑красной поверхности и дружно затонули. ‑ Ну, вот, ‑ он удовлетворенно хмыкнул, ‑ один бокал, и ты можешь забыть про своего чешуйчатого дружка. И при этом, заметь, все твои способности работать с двумя видами магии останутся при тебе. Удобно, не правда ли? Не нужно быть младшим братом, у которого нет права голоса, а собственного мнения ровно столько, сколько у домашней зверюшки. Знаешь, я даже благодарен, своёму бывшему другу. Если бы не его предательство ‑ кем бы я сейчас был ‑ заурядным драконологом, обычным магом. И тебе хочу предложить нечто более значительное, чем судьба простого асхалута. Пойми, твой потенциал достоин большего, тебе нужно учиться, а что могут дать ящерицы? Их способ работать с чистой энергией не годится для людей, будь ты хоть трижды брат дракону. Я могу научить тебя всему, что знаю сам, а это ‑ немало. ‑ Ты предлагаешь? ‑ удивленно вскинула брови девушка. ‑ Стать моим учеником, ‑ закончил фразу маг, ‑ мой юный друг, миров ‑ множество, и не во всех живут крылатые ящерицы, но, ни в одном из них не будет более сильного мага, чем ты. Что может дать тебе твой дракон, и что могут дать я. Подумай над этим хорошенько.Глава 38.
Мысли словно запутались в волосах, утонули в кровавой красоте бокала. Тишина повисла в комнате. Маг не торопил, давая время на раздумья, а Риль не могла оторвать взгляда от фужера. Высокая ножка, прямые стенки, стекло, простое стекло сейчас содержало в себе так много и так мало. Что для неё это асхалутство? Любовь, семья, будущее или привязанность, рабство, проклятие? Кто она теперь? Маг‑пространственник или асхалут дракона? С кем ей жить, с кем остаться? Сможет ли чешуйчатая семья стать для неё родной, смогут ли её родители понять выбор дочери?