– Хэйар дали негу! Оги ре тиро!
– скомандовала девушка, неотрывно глядя на меня.

В следующее мгновение я оказался в стальной хватке этого самого здоровяка, который общался с Айне, и... с меня самым позорным образом стянули штаны! Затем взрезали бинты, обнажив полузажившую рану, и резанув по старому порезу, этот псих опробовал лезвие ножа на вкус.

– Олли лен шоссе!
– удивленно, как я смог разобрать, обратился он к Айне, старательно игнорируя меня.

– Хэйар... в ране нет яда... и она не опасна!
– растерянно глядя на меня, сказала Айне.

– В-первых, мне бы хотелось, чтобы меня отпустили. Во-вторых, я не против получить обратно повязку и штаны. В-третьих, если бы ты взяла на себя труд спросить МЕНЯ о моей же ране, я бы тебе сказал абсолютно то же самое.
– меланхолично ответил я.

– Ой...
– это все, на что хватило девушки.

– Вот тебе и ‘ой’!
– рявкнул я, отбирая у здоровяка штаны, одевая их, а затем, закинув на спину сумку, похромал в сторону выхода с территории Академии, чувствуя, как по ноге стекает кровь из свежепорезанной раны.

К некрам Академию! К некрам общежитие! К некрам Айне, с ее отморозками, любящими срывать штаны с несчастных разумных, и резать их ножами! Уйду в особняк, и там запрусь на все две недели! Только я, пирожки тетки Геневры, и мои любимые книги! И никаких девчонок! Так я думал, подходя к барьеру, и распуская ауру. Пробив широкий проход, что потребовало немалого расхода сил, показав, что барьер крайне качественный, я гордо похромал дальше.

– Хэй! Хэйар!
– кричала Айне мне вслед, но я гордо шел дальше. Ровно до того момента, пока мне не перегородил путь тот самый псих-фетишист-любитель штанов, порезавший меня.

– Когда принцесса просит, ты выполняешь, человек.
– хмуря брови, пробасил он. Смотрите-ка, он и нормально разговаривать умеет, а не только по своему лопотать!

– С дороги уйди.
– готовясь перевести ауру в боевой, так сказать, режим, процедил я.

– А то что?
– оскалился громила, явив миру зубки, показавшие что человеком он не является. Прям совсем не является.

– А то совсем мертвый будешь.
– улыбнулся я в ответ одними губами.

– Прекратите! Зигфрид, не веди себя как идиот! Хэйар, не поддавайся на его подначки!
– незаметно подкравшаяся Айне, уперев руки в бока, старательно изображала из себя миротворца. Поглядев на сие явления пару секунд, я фыркнул, и обойдя громилу слева, пошел дальше. Если она считает, что ничего не произошло, и с меня каждый день снимают штаны незнакомые мужики, а потом тыкают в полузажившие раны нож, то флаг ей в руки! Но я мириться с таким порядком вещей не собираюсь!

– Хэй...
– понеслось мне вдогонку жалобно, но я был неумолим. Ровно до того момента, когда меня, схватив за шиворот, не развернули к Айне.

И вот тут, посмотрев в наглую, ухмыляющуюся рожу здоровяка, я понял, что сейчас его убью. И мне до одного места, что будет дальше, какие будут последствия. Но вот сейчас я его убью. Самим собой в руках появилось плетение Темного пламени, сама собой определилась цель. Оставались мгновения до того момента, когда я запустил бы плетение в цель...

Но кто-то успел раньше меня. Зигфрида этого снесло в сторону, причем там быстро и сильно, что он и вякнуть не успел! А я, глядя на то, как он кувыркается, вынужденно тормозя о грунт, вдруг понял – как все это глупо выглядит со стороны. Потому погасил плетение, поморщившись от не самых приятных ощущений при насильном возвращении энергии в ауру, и с легким раскаянием глядя на траву, основательно пострадавшую от моей ауры. С травы я перевел взгляд на Айне, потерянно, и с какой-то непонятной тоской глядящую на меня.

– Поговорим потом. Сейчас я слишком устал.
– сказал я, понимая, что сил ни на разговор, ни на что-то еще у меня просто не хватит.

– Скажи хоть, что с тобой случилось?
– тихо-тихо попросила она.

– Спас город, сорвав ритуал. В составе диверсионной группы. Там... было много смертей. Устал.
– ответил я, почему-то решив ничего не скрывать.

– Хэй, я...
– начала говорить девушка, но я только махнул рукой.

– Все потом. Я зайду в общежитие. Только дай мне сегодня отдохнуть, хорошо? Там и поговорим.

– Хорошо.
– покладисто ответила Айне, глядя в землю.

– Ну вот и ладненько.
– вздохнул я, шагая в особняк.

Боги, ну почему я не такой как все?! В чем моя вина!? Почему встреча с девушкой превращается в битву!? Почему поступив в Академию, я оказался магом Смерти, да еще и некромантом!? Ну что со мной не так, а!? Наверное, в прошлой жизни я был очень-очень плохим разумным...

***

Покосившись на группку воинов, во главе с Зигфридом, вчерашним злобным амбалом, расположившихся возле общежития на скамьях, и отчасти на траве, я сделал вид что мы не знакомы, и прошел мимо них, не обратив внимания на попытку этого отморозка привлечь мое внимание. Не сказать, чтобы я злился, тем более что сегодня вчерашнее происшествие виделось мне еще более глупым, чем я думал вчера вечером, сидя в особняке в кресле, и слушая причитания Луки по поводу небрежного отношения к собственному телу.