И до полуночи просидели у вялого костерка почти в полном оцепенении, потягивая «Туборг» и изредка вставая, чтобы отлить.

— Давай-ка вместе со мной за хворостом, — скомандовал Лже-Тугаев ВаськУ, когда остальные явно задремали.

Экс-раб с помощью сердобольного Саита уже избавился от кольца в носу, где остались только гноящиеся дырки, и перестал внешне напоминать знак вопроса, хотя взгляд имел по-прежнему тусклый.

— Откуда? — спросил Шрагин, оставив живописную группу разбойников метров в десяти за валуном.

— Из Калининграда. — парень говорил медленно, как будто выковыривая слова из глины.

— Часть?

— Десантно-штурмовой батальон балтийской бригады морской пехоты, — темп речи Васька ускорился, похоже, парень повторял это не раз ради удовольствия своих хозяев.

— А, тот злосчастный рейд морпехов на Хачи-Юрт полтора года назад. Десять убитых, пятеро пленных. А ты-то как в плен угодил?

— Получил по голове прикладом.

— Тоже хорошо. Хачи-Юрт — это недалеко от Лермонтов-Юрта. К операции вас наверняка готовили. Покажи-ка тут дороги, какие знаешь.

Шрагин вытащил из кармана коммуникатор и вывел на дисплей крупномасштабный план местности, позаимствованный на сайте www. KGB-secrets-resale. biz.

Васек жалко заморгал.

— Плохо, что ты в темноте не видишь. Придется чуток подсветить. Но карту читать умеешь, надеюсь?

— Да, то есть немного… — сейчас казалось, что ВаськУ трудно ворочать во рту распухшим языком. Неужели также и с мыслями в голове парня — едва поворачиваются с боку на бок?

— В конец фразы тебе надо добавлять обращение «товарищ бандит», — пошутил Сережа, но тусклый собеседник не разделил юмора. — Вот этот оранжевый флажок — есть наше местоположение с точностью до десяти метров. Учти, я не сам его поставил.

— ГПС? — неожиданно спросил Васек.

Сережа даже испугался неожиданно проснувшейся умственной активности экс-раба.

— Ух ты, очнулся наконец. Или, вернее сказать, включился. Ты, часом, не киборг ли? Все правильно. Это — ГПС [27] . Значит, на мозгах у тебя еще серая корочка сохранилась.

— А пальцем можно показывать, товарищ бандит?

— В принципе можно, солдат. Но твоим, полтора года немытым и нестриженным, не стоит, так что воспользуйся вот этой крохотной указочкой. Достаточно прикоснуться к чувстительному дисплею, и на нем появится синий флажочек. Поведешь дальше, двинется за указкой и флажок, оставляя за собой красную ариаднину нить — это маршрут.

— Знаю, знаю, не тупой… — слегка огрызнулся экс-раб. — Мы выдвигались здесь, а там шла другая группа, побольше. — Васек стал решительно черкать по карте. — Но ее неожиданно эвакуировали. А мы напоролись на духов, похоже, здесь, на склоне высоты двести.

— Утечка информации?

— Откуда ж мне знать, товарищ бандит? Может, и радиоперехват, у них же такие крутые сканеры и мощные программы для дешифрации. А у нас маскираторы [28] времен Кутузова. Узел электронного слежения у духов как раз в Лермонтов-Юрте. Если бы мы прошли чуть выше по склону, все было бы, как доктор прописал. Оказались бы вот в этой точке над Хачи-Юртом, и лупи по целям прямой наводкой.

— Жалеешь, что не дошел, не шандарахнул по ним? По нам, то есть, по бандитам.

— Если честно, жалею, товарищ бандит, — несколько смутившись, отозвался паренек.

— А сейчас провести нас сможешь? Не в Хачи-Юрт, конечно, а в Лермонтов-Юрт. Это ж рядышком. Но надо по склону, незаметно.

— Провести-то смогу. — Васек протянул дольше маршрутную нить на дисплее. — Ага, понял, если нажимать указочкой посильнее, то маршрут автоматически адаптируется к рельефу местности… А кто вы такие?

— Я же говорил, Васек, мы — бандиты, плохие люди, не заметно, что ли, по внешнему виду? Лбы низкие, уши оттопыренные, пальцы скрюченные…

— Но вот вы какой-то необычный бандит. Выкупили меня почему-то. А Саит пожрать мне дал. — Парень вдруг переключился на другое: — Один из этих пацанов, конкретно Даня, считает, что вы Петуховского грохнули не за хрен.

— А ты не верь. Пока что. Слушай меня внимательно, раб лампы. Кого бы я из себя ни строил и какие бы у меня ни были друзья-товарищи, я занимаюсь тем, что освобождаю людей. Вначале была одна девочка, теперь ты, должна быть еще одна… Ладно, не расстраивайся, свое освобождение, в отличие от девочек, ты еще должен отработать.

— Вы из разведки? — подумав, спросил парень.

— Нет, я частник.

— Вам платят?

— Надеюсь, мне заплатят, потому что без денег жить можно, но недолго. Именно поэтому на Марсе сейчас никого нет… Повторяю еще раз, хоть ты и одаренный. Мы должны очень быстро и очень незаметно оказаться вот в этой точке над Лермонтов-Юртом, где сейчас затрепетал мой синий флажок.

— А потом?

— Увидишь. А сейчас мы вернемся обратно к друзьям-товарищам, но никому из них не расскажем об этом нашем разговоре.