«Да уж, – подумал Костя. – Несчастный мир. Многих удобств лишены жители Центрума, очень многих. Не говоря уж о возможности открывать ходы в другие миры. Чем Центрум так прогневал мироздание?»

До сих пор Костя вполне искренне считал наинесчастливейшим местом мира Россию, которая ничего не может построить и ни одно дело не умеет воплотить так, как изначально задумывалось. Теперь он понимал, что в России все обстоит еще сравнительно благополучно.

Когда есть с чем сравнивать, взгляд на окружающий мир всегда трезвее и объективнее.

Спать устроились внизу, Серас и Вейз наскоро прибрали в каюте Фертье, а Косте досталась капитанская. Дима сказал, что устроится на палубе, заодно и подежурит, а то мало ли, вдруг опять гости пожалуют. Предложенную помощь отверг, сказал, что в одиночку ему сподручнее, никто не мешает. Велел спать и не высовываться, если только он сам не позовет наверх. Оговорили команду, по которой надлежит покидать каюты, и разошлись. В очередной раз в Центруме Костя уснул чуть ли не мгновенно – видимо, сказывались ранние подъемы и долгое пребывание на свежем воздухе, от которого он, офисная крыса, конечно же, порядком отвык.

Засыпал Костя с твердым намерением реагировать на посторонние шумы и, буде прозвучит Димина команда, немедленно мчаться на зов. Но ничегошеньки он не услышал и благополучно продрых до самого утра, пока в дверь не сунулся стюард и вежливо не пригласил наверх, на совет.

Почему на совет, Костя понял, едва поднялся на палубу.

Связанный по рукам и ногам, спиной к рубке сидел бородатый тип, живо напоминающий какого-нибудь афганского душмана. Кроме того, и это Костя тоже сразу заметил, к корме катера была привязана рыбацкая лодчонка с парой весел, которые в данный момент валялись на ее дне.

Берег вроде бы за ночь стал поближе, да и горы на востоке теперь просматривались отчетливее.

Когда Костя осмотрелся, к нему обратился Дима, выглядящий вполне буднично, разве только глаза были красноватые от недосыпа.

– Ну чего, диспозиция такова: нас опять ищут. На этот раз местные бандиты. Прошлой ночью они искали только советника, а нас встретить не ожидали, да и опознать не сумели, потому и не тронули. А сегодня вернулись, уже целенаправленно. Вшестером, между прочим. Вчера было только четверо.

Костя невольно обернулся и поглядел на пленного.

– И где же… остальные?

Дима мельком взглянул на море.

– Извини, коллекционировать их нет смысла. «Языка» взял, остальных в расход, пока не очухались.

– М-да, – озадаченно вздохнул Костя.

В целом он понимал: раз Виорел назначил Диму приглядывать за ним в Центруме, тот кое-что умеет. Но что Дима – сущий Рэмбо, этого все же не ожидал. Если, конечно, Дима не приукрашивает ночные события. Но с другой стороны, а зачем ему приукрашивать?

– Я предлагаю все-таки покинуть катер, благо теперь есть на чем догрести до суши. Да, там бандиты, да, там практически никто не живет, но в море вообще никто не живет, а питьевая вода у нас заканчивается. Бандитам мы нужны живыми, так что сразу нас не шлепнут, ну а взять пусть сначала попробуют. А то, может, еще и договоримся. Так что решай, шеф.

– Что, прямо сейчас? На лодку – и на берег?

– А чего ждать? Еще одной порции бандитов? Как раз утречко, весь световой день впереди. Много успеть можно.

– Может, все-таки перекусим на дорожку? – осторожно спросил Вейз. – Там осталось чем.

– Это можно, – не стал возражать Дима. – И с собой надо взять все, что получится. Хрен его знает, что нас там в холмах ожидает.

– А там разве не степь? – хмуро уточнил Костя, покосившись в сторону берега.

– Степь. Но холмистая. Как перед Севастополем, если с севера ехать.

Костя никогда не подъезжал к Севастополю с севера. Он вообще в Севастополе никогда не бывал, но вот от Гаспры и Симеиза осталось впечатление полноценных гор, а никаких не холмов и уж точно не степи. Но раз Дима так говорит, может, и правда оно так.

Стюард наскоро сообразил приевшихся уже бутербродов, а вот чай со вчерашнего дня закончился. И новый заварить было попросту не на чем, поэтому запивали водой, которой всем досталось по половине кружки. Еще половиной кружки Дима напоил пленного. Все, что оставалось, он перелил в свою флягу. Потом вспомнили о чайнике на камбузе – Вейз сбегал, но там плескалось совсем уж немного, на самом дне. Это просто вылили в кружку и пустили по кругу.

– Ну, что? Вперед? – Дима выжидательно взглянул на Костю.