Стволы деревьев покрылись множеством следов от пуль. Наконец было решено, что пистолеты не такие уж бесполезные. Единственный выявленный недостаток – маленькая скорость полета пули. Но все равно было высказано мнение – вот бы эти пистолеты на испытание…

По возвращении в домик (было уже около шести часов вечера) вампиры закусили чем бог послал и приступили к менее активному отдыху.

– Мне нравятся такие каникулы, – сонным голосом сказала Лихарвель.

– Аналогично… – Вдруг Павел вспомнил о незаконченном утром разговоре: – Ирка, а ну колись, что вчера такого страшного случилось? И не думай, что сможешь уйти от ответа на этот раз.

Ира помолчала.

– Знаешь, – сказала наконец она, – раз уж ты был так пьян вчера, давай считать, что ничего не было…

У Павла стали появляться смутные подозрения. Неужели я ее… И вдруг пелена алкоголя упала с памяти. Довольно соблазнительные, но пропахшие перегаром, а потому малоприятные картины замелькали в сознании.

– Ира, я вспомнил… Прости… Я ведь совсем тогда ничего не соображал, но ты ведь не сопротивлялась, даже наоборот…

Лихарвель вскинула голову:

– Я думала, что наконец наши отношения перейдут на следующий уровень, а оказалось, что все было просто по пьяни.

– Ира, – ответил Павел, вставая со своего места и подходя к девушке, – тогда давай действительно считать, что ничего не было… – На глазах Лихарвель показались слезы. – И пусть наши отношения перейдут на следующий уровень сейчас…

Да, хотя Павел и Ирина были знакомы и встречались уже полгода, эта ночь была первой, которую они провели вместе (ведь предыдущей ночи – не было). Любовь вампира, если она действительно есть, не зависит от физической близости. Она может показаться нелепой, смешной, особенно если учесть, что до Обращения жизнь обоих была отнюдь не целомудренной. Но такова жизнь вампиров, и последний, кто пытался смеяться над их нормами общения, навсегда лишился возможности следовать своим нормам по причине смерти. Вспомним, что у вампиров не рождаются дети, что единственные продолжатели рода для них – зачастую посторонние люди, специально подобранные. Вспомним и оставим Кэнреола и Лихарвель наедине.

Алексей добрался до своей квартирки под утро. Он петлял, путал следы, если это возможно на опустевших улицах большого города. Слежки за ним вроде не было. Он прилег отдохнуть. Нельзя было оставаться здесь. Надо срочно менять убежище. Но надо и поспать. Хоть час, хоть полчаса…

Алексей проспал три часа. Проснувшись и увидев цифры на дешевых электронных часах, он вскочил с дивана и, проклиная все на свете, стал собирать вещи – главным образом снаряжение и черновики, которые он использовал для расшифровки записки, найденной в лесном схроне.

Открывая дверь, он услышал голоса этажом ниже. Черт, как некстати… Никто не должен видеть Охотника. И вдруг Алексея скрутило точно так же, как и вчера. Там, внизу, стоял вампир… нет, двое! Нашли! Наверное, определили дом и теперь обходят квартиры! Напрягая слух, Алексей разобрал слова:

– Что ж, парень, ты теперь мой Наследник, я твой Сир. Сейчас можешь отдохнуть пару дней, отойти от Обращения и Становления. Потом начнется твое обучение. – Голос явно принадлежал взрослому человеку… вампиру.

– Спасибо вам большое! Я вас не подведу! – А это уже голос мальчика, наверное, лет двенадцати. – Я буду так стараться! Вы будете мной гордиться, Максим Антонович!

Все ясно. Оказывается, в той квартире жил претендент на вторую жизнь, и вот он получил ее… Жалко мальчика – такой молодой… Учитель рассказывал, что вампиры обращают людей даже с десяти лет, а потом формируют учебные группы из вампиров одинакового человеческого возраста. Правда, в последнее время, как говорил Учитель, чаще обращают с восемнадцати лет.

Старый вампир попрощался со своим Наследником и стал спускаться по лестнице. Алексей подошел к окну своей квартиры, выходящему на сторону подъезда, и увидел, что новоиспеченный Сир сел в машину и уехал.

Сердце Алексея заколотилось. Он должен убить молодого вампира! Сейчас он легко с ним справится, а потом он покинет убежище! И наплевать, что парню всего двенадцать лет!

Алексей не стал надевать броню. Он просто выпил склянку вампирской крови и, сбегая вниз по лестнице, вынул из сумки Крестоносца. Вот и дверь, вот и звонок…

– Кто там? – раздался знакомый голос.

– Подарок юному каиниту от его Сира, Максима Антоновича!

– Ой, здорово!

Дверь раскрылась. Мальчик стоял на пороге. Алексей выстрелил в упор, прижав дуло ружья к груди вампира. Тот даже не пробовал увернуться – возможно, он ничего еще не умел, даже ускоряться… Крест вошел точно между ребрами. Сила удара отшвырнула мальчика назад. Он уже начинал гореть и теперь кричал от боли. Алексей перезарядил ружье и повернулся, чтобы уйти.

– Что тут такое… Миша! Боже, мальчик мой! – раздался женский голос за его спиной.