Шрифт:
– Я отношусь. Рита, к чему эти вопросы? К чему недоверие? Я действительно хочу вам помочь. Я - ваш друг. Помогать таким, как вы - мое признание.
– Каким это, "таким"?
– со злым подозрением спросила я.
– Запутавшимся, - невозмутимо ответил Александр. Какой мягкий, даже нежный у него голос. Но теперь я его ненавидела.
– Каждый из нас иногда нуждается в чужой помощи. В этом нет ничего постыдного. Вы мне верите?
– Да!
– сказала я и с удивлением поняла, что говорю правду. И почему-то успокоилась.
Только сейчас я заметила, что на столе горит свеча. Красивая свеча - толстая, зеленая и на маленьком подсвечнике, с мягким, едва ощутимым ароматом.
– У вас больше нет вопросов?
– Нет.
– Вы успокоились?
– Да.
– Согласны на запись?
– Да...
Александр нажал на кнопку диктофона и зажглась красненькая лампочка. Запись началась. На мгновение мне стало неудобно, но вскоре чувство дискомфорта исчезло.
– Начнем. Расслабьтесь, Рита. Здесь вы - в безопасности. Ничего и никто не причинит вам вреда. Смотрите на огонь, - Александр придвинул свечу немного ближе ко мне. От сладковатого аромата пошла кругом голова.
– Теперь откиньтесь на спинку кресла и расслабьтесь, дышите ровно. Закройте глаза, вдохните аромат, не бойтесь, - это всего лишь благовония. Они вас успокоят, но не более. Представьте, что вы плывете по реке, каждая ваша клеточка расплавляется в прохладе и чистоте, волны ласкают ваше тело, поют вам ласковые песни... Представьте себе свой сон, самый первый, тот, где вы увидели его. Представили?
Его голос был тихим, ненавязчивым, как бы частью меня. Я расслабилась, тело стало казаться эфемерным, все поплыло, и я пошла за мягким голосом, погрузилась в давний сон. В первый раз мне было страшно. Но теперь рядом был Александр. Я скорее чувствовала его, чем слышала, хотя он ко мне и не прикасался. Но его присутствие убрало весь страх и эмоции. То, что когда-то тревожило, было теперь приглушенным, будто я смотрела кино, в то время как в первый раз все воспринималось остро, как в реальности.
– Да, - наконец, ответила я, когда картинка перед глазами стала явственной.
– Где вы?
– Я стою на дороге.
– Хорошо, но мне не ясно. Помните, я слышу вас, но не вижу того, что видите вы. Вы готовы мне рассказать? Быть моими глазами?
– Да.
– Какое время года?
– Весна, ранняя весна.
– Вам так не нравится, что в реальности сейчас осень?
– Не люблю осень. Но ту весну не люблю больше.
– Погода хорошая?
– Нет, идет дождь. Знаете, такой паршивый, мелкий, что больше похож на туман. И ветер. Противный ветер, столь сильный, что если дождинки бьют в лицо, то коже больно.
– Дорога - широкая?
– Нет, обычная деревенская дорога. Две песчаные борозды и травяная лента посередине.
– А вокруг - лес? Город?
– Ни то ни другое. С одной стороны - огромное поле. Еще черное, вспаханное. Разделено на ровные прямоугольники. С другой - река.
– Широкая?
– Да нет, метров так в десять. Дорога делится на две части: одна идет по полю, другая - по мосту. Странный мост. Из дерева. Поставлен на таких, вроде пирамид, сооружениях, усеченных пирамид. И все - из бревен. Никаких досок.
– Мост прочный на вид?
– Нет. Пешком я бы через него пошла, но не на машине...
– Там есть люди?
– Нет, пока нет. Но это и не важно - они не видят меня. В том мире я - как привидение. Я все вижу, слышу, чувствую, но ничего не могу сделать. Это так... тяжело... Картинка расползается.
– Успокойтесь, Рита, помните, что это всего лишь сон. Вы можете на него влиять. Если захотите. Но не теперь, теперь вы просто рассказываете. Я слушаю. Вы успокоились?
– Да.
– Картина вновь ясная?
– Да.
– Что вы видите?
Слезы внезапно потекли по моим щекам, слова полились друг за другом. Потом, когда я слушала дома всю свою болтовню, эмоции уже были гораздо глуше, спокойнее... Настолько глуше, что я даже не понимала - что именно могло меня тогда довести до такого состояния? Обычный сон?