– Путников-то тут отродясь не бывало. Так только, иногда духи озер да травы повыскакивают. А что с ними общаться, с пустобрехами. Ведь, поди, все то же самое и у них. Ни новостей, ни рассказов. Правда, порой приходит Мать Земля, посидит у дерева, послушает, как песня в кроне шумит, вздохнет и уходит.

– Да, тяжела у тебя служба.

– Не жалуюсь. Какое-никакое, а дело. Звать-то тебя как?

– Зовут меня Карак, я младший пр-равнук Отца Вор-рона. Со мной Отец Альбатрос, на котор-рого ты накричал, и Мартин, юный хр-ранитель. Мартин, подойди, покажись, не стесняйся.

– Вот теперь вижу. Мартин-то, гляжу, брат Медведя – хранителя леса. Я-то удивился, кто из этих пернатых мед любит. Птицы-то мед не едят, – спрыгивая с ветки, проговорил дух-хранитель.

– А почему медвежий брат? – спросил Мартин, разглядывая собеседника. Был он росточка небольшого, с ладошку. Похож на шишку с глазами и бородой. Непонятно где голова, а где тело. Только ножки и ручки торчат из бороды.

– А ты разве не знаешь, что первый медведь был человеком? – деловито усаживаясь на камень, спросил он.

– Нет, – ответил Мартин, присев напротив. Ворон запрыгнул Мартину на плечо, а альбатрос расположился за спиной.

– Ты это…вот чего… я пока рассказывать буду, ты не стесняйся, располагайся, доставай, чего там у тебя… про мед не забудь, – напомнил дух-хранитель. – Значится, как дело было: «Давным-давно жил на земле человек один. И имел он большую слабость. Любил он мед пуще всего. И когда он ел мед, то забывал обо всем на свете. Целыми днями он ходил по лесу в поисках меда, бродил от дерева к дереву, от дупла к дуплу. И очень его не любили пчелы, как увидят его в лесу, так и жалят нещадно. И как-то раз попросил он Лесного Отца подарить ему защиту от этой напасти. Выполнил Лесной дух его просьбу. Обернул его матерой шкурою, которую пчелы прокусить не могут. Только оставил нос незащищенным, чтоб и пчелы могли его жалить. Вот и ходит с тех пор медведь по лесу. Мед ест, да только одной лапой, второй нос прикрывает, чтоб пчелы не жалили, а одной лапой много ли наешь. И пчелы довольны и медведю дело. Следы лап как у человека, весь в меху, а нос голый». Так и появились медведи на земле. С тех пор они хранят лес, чтоб никто чужой туда не заходил.

– Вот, пожалуйста, угощайтесь, – Мартин во время рассказа уже раскрыл свой рюкзак и вытащил все то, что бабуля собрала ему в дорогу.

– Премного благодарен, – повеселев, сказал дух и пододвинул к себе баночку с медом. Баночка была размером с него.

– Дать вам ложку для меда? – спросил Мартин.

– Спасибо за заботу, я как-нибудь сам справлюсь, – пробормотал дух, засунув голову в баночку и вылизывая стенки.

– Не одни медведи мед любят, – усмехнулся альбатрос.

– Что бы вы, пернатые, понимали в удовольствии, – дух высунулся из банки, выпачканный с ног до головы медом, борода слиплась, а глаза лучились счастьем. – Прошу прощения. Я немного увлекся и забыл про хорошие манеры. Угощайтесь, – милостиво указал дух на баночку из-под меда.

– Спасибо за заботу, – недовольно проворчал альбатрос, поглощая рыбу с бутерброда.

– Вы так и не сказали, куда направляетесь, – полюбопытствовал дух, довольно откинулся на камне – Я понял, что вы пролетали мимо, и я рад, что вы решили передохнуть в нашей долине. Если могу быть чем-то полезным, скажите, и я с удовольствием помогу.

– Очень мило с вашей стор-роны предложить нам помощь. Если честно, мы сейчас испытываем некоторое затр-руднение. Не знаю, говор-рить или нет, – смущаясь, проговорил ворон.

– Ну какие могут быть сомнения, – встрепенулся дух. – Поделитесь со мной своими затруднениями, может в моих силах вам помочь.

– Помочь в ваших силах и, если честно, то никто, кр-роме вас, нас выручить не сможет, – продолжал ворон.

– Тогда не молчите, рассказывайте – выкрикнул дух.

– Мы слышали, что в этой долине покоится песня Отца Ветр-ра.

– Совершенно верно.

– А Мать Земля отметила это место, выр-растив могучий дуб.

– Именно так.

– Ходят слухи, что дер-рево впитало в себя эту песню, и сейчас песня живет в самом дер-реве.

– Меня поражает ваша просвещенность, – удивился дух.

– Тут нет ничего удивительного, – перебил его ворон. – То, что знает ветер-р, знает и каждый ворон. Ведь мы его дети. В самом начале, когда Небесная Мать создала землю, она притомилась после долгих трудов. Присела на вершину Священной гор-ры, окинула взглядом плоды трудов своих и вздохнула. Ее дыхание обернулось Отцом Ветр-ров, который стал ее глашатаем и понес весть по миру. Отец Ветров начал парить над землей, из одного кр-рая в другой. Но его тень постоянно цеплялась за деревья, и задерживала его в пути. Потому он отор-рвал свою тень и дал ей крылья. Этой тенью и был пер-рвый ворон. Наш предок, Отец Вор-рон. Потому, что знает ветер-р, знает и вор-рон. Потому что мы – тени ветра.

– Удивительная история, – восхитился дух, – так мало мы порой друг о друге знаем.

– Да, – согласился с ним Мартин, все это время просидевший с открытым от удивления ртом, – потрясающий рассказ.

– Мартин, а вы как оказались в такой компании. Если честно, то я ни разу не видел и не слышал, о том, чтобы кто-то из первородных сил разговаривал с людьми или показывался им.

– Мартин – юный Хранитель, – повторил Отец Альбатрос, – и нас объединил поиск потерянной сказки.

– Не может быть! – воскликнул дух. – Как же это произошло?