–  Ты имеешь ввиду «Не умеешь - не берись»?

–  Да, что-то в этом роде…

–  Может, поискать где-нибудь еще?
– предложил я и тут же понял, что сказал глупость.

–  Я не могу совершить чуда, - устало ответила Нолли,

–  Может, допросить этого?
– вмешалась в разговор внезапно пробудившаяся Джонс.

–  Не думаю, что это даст результат. Программа очень хорошо защищена от вмешательства извне. Скорее всего она недоступна даже ему…

–  А переписать на какой-нибудь носитель нельзя?

–  Послушай, - сказала Нолли раздраженно.
– Я все понимаю, но объясни мне, почему ты так печешься о тех, кто тебя уже похоронил? Ты думаешь, что тебе обрадуются? Ошибаешься! Как только ты «воскреснешь», они похоронят тебя снова, но теперь уже наверняка. Так для чего тебе нужна эта информация?

И вот в тот момент я, наверное, впервые увидел Джонс по-настоящему смущенной. Как вы уже имели возможность убедиться, она никогда не лезла за словом в карман, но в тот раз ей действительно нечего было возразить.

–  Постарайся понять, что твоя служба кончилась, - продолжала Нолли.
– Ни ты, ни я, ни он, - она кивнула на меня, - мы никому не нужны, разве что друг другу. Мы лишние… Во всей Вселенной мы знаем тайну, которая может стоить многого…

–  Ну ладно, ладно, - отмахнулась Джонс.
– Убедила.

Она поиграла бластером, посмотрела на пульт, словно собираясь его взорвать, но потом передумала.

–  Раз ничего не можем сделать с компьютером, - решительно сказала она, поднимаясь с пола, - тогда будем выбираться сами.

Она еще раз внимательно посмотрела на пульт.

–  А впрочем… Дай-ка попробую. Хуже не будет…

–  Что ты хочешь сделать?
– испуганно спросила Нолли.

–  Должен же быть у него блок вроде нашего жесткого диска.

–  Что ты в нем найдешь?

–  С паршивой овцы - хоть шерсти клок. Ну-ка, отойди.

Она перенастроила бластер на минимальный импульс и ловко вырезала переднюю панель. Как и следовало ожидать, перед нами открылась та электронная путаница, какую можно увидеть в утробе любого компьютера.

–  Можешь определить, где здесь накопитель?
– повернулась Джонс к Нолли.

–  Мне кажется, вот этот, но зачем…

–  Ни слова больше!
– Джонс поддела блок вырезанной панелью и подтащила к себе. Посыпались искры, но ее это нисколько не смутило.
– Вот и все!

Она опустила блок в карман.

–  Не зря хоть время потеряли.

Она прошла к двери и, взявшись за ручку, оглянулась на нас. Нам нечего было сказать. Теперь Джонс снова была главной в нашем отряде. Мы вышли в круглый зал. За время нашего сна Лабиринт успел залечить свои раны, и уже ничто не напоминало о недавнем допросе с пристрастием.

–  Остановитесь!
– воззвал к нам голос, и я заметил, что он вновь обрел утраченную было уверенность.
– Я предлагаю вам мир на почетных условиях.

Джонс удивленно обернулась к Нолли. В ее глазах можно было ясно прочесть вопрос? «Почему он еще функционирует?»

–  Наверное, у него есть резервная копия или мы достали не то… - ответила Нолли.

–  Интересно, - Джонс замедлила шаги, - что ты можешь нам предложить?

–  Я предлагаю вам стать проповедниками моей религии, и тогда вы беспрепятственно покинете мои пределы. С основами вы уже знакомы, а остальное я расскажу вам в сжатой форме.

–  Может, стоит притвориться, - прошептала Нолли, - ниш не обязывает нас повторять всякую чушь вслед за сумасшедшим роботом…

–  Это отвлекающий маневр, он что-то задумал, - ответила Джонс, передвигая регулятор бластера в боевое положение.
– Нельзя идти у него на поводу, даже если это кажется нам выгодным.

И, обращаясь к роботу, она спросила:

–  Каким образом ты хочешь этого достигнуть?

–  Я могу вложить в ваш мозг сразу весь курс…

–  Да пошел ты!..
– выразила общее мнение Джонс и оглянулась на нас, как бы говоря: «Вот видите!»

В ответ на эту реплику в зале погас свет. Кромешный мрак, не пронизываемый ни одним лучиком света, окутал нас. Не скажу, что это было для меня полной неожиданностью - я ждал и боялся чего-то похожего. Одновременно снова появился запах газа. По всей видимости, Лабиринт сумел застраховаться от агрессивных действий Джонс и теперь решил перейти в наступление. Он не мог и не хотел выпускать нас. Теперь мы были в ловушке. Ведь даже в хорошо освещенных коридорах было далеко не безопасно. Тем не менее Джонс продолжала уверенно двигаться к одной ей известной цели. Она, словно кошка, видела в темноте. Протянув руку вперед, я нащупал ее плечо, точнее, предплечье, ближе к локтю, и, проделав то же движение назад, поймал за руку Нолли. Некоторое время мы, задерживая дыхание, двигались таким образом, как слепцы за поводырем.