— Так, Бекасыч, поднимайся! — скомандовала Лида, почти насильно затащив Настю в каюту.

— Чё за дела? — Бекас приподнялся на локтях, удивлённо хлопая глазами. — Зачем?

— Ты идёшь спать к Вовке.

— С какой это радости?

— Без обсуждений!

— Ой, Лида! Хватит! — почти прикрикнула на неё Настя. — Ванечка, не ходи никуда, не надо. Спи. Я ухожу…

— Никуда ты не пойдёшь! — теперь для Лиды оставить Настю здесь было почти делом чести.

Когда она вбивала себе в голову что-то, потом очень сложно было её переубедить.

— Бекас, я серьёзно, иди спать к Вовке.

— Нафига? Не хочу я никуда идти, — пытался лениво сопротивляться Иван, а сам тем временем уже спускал ноги на пол. — Поспать не дадут. Чё вам неймётся?

— Так надо. Это наши женские дела. Какая тебе разница где спать?

— Задолбали, — Бекас встал с кровати, и пошатываясь побрёл к выходу.

Спорить с Лидой он тоже не хотел. Он слишком устал, и сейчас желал только одного: приткнуться где-нибудь, и заснуть.

Насте было безумно жаль, что получилось так, словно это она выгоняет Бекаса из его «заслуженной» каюты, и лицо её было страдальчески-виноватым.

— Лид, ну зачем же ты так? — обратилась она к подруге.

— Всё нормально, — Лидия сделала успокаивающий жест рукой. — Успокойся. Ванька и там будет спать как убитый. За него не волнуйся.

— Ну что? Определились? — спросил у девчонок Осипов, когда Бекас, потирая кулаком заспанные глаза, проковылял мимо него в коридор.

— Да, Ген, всё, — ответила ему Лида. — Спасибо, что привёл её.

— Я рад, что наконец-то все успокоились, — капитан кивнул. — Давайте, укладывайтесь.

И он закрыл за собой дверь каюты. Лида защёлкнула замок и, повернувшись к Насте, начала говорить:

— Чего же ты мне сразу не сказала о том, что тебе страшно с Вовкой оставаться? Я бы сразу же Бекаса к нему определила. А хотя-я… Ну да, мы же так спонтанно всё решили, кто где останется. Без твоего участия. Ты ведь у Оли оставалась, пока мы это втроём решали. Да-да… Это мы виноваты. Ну что ж? Главное, что всё теперь определилось. Здесь тебя никто не обидит.

— Дело не в Володе. Ты думаешь, что это из-за него? Думаешь, я его боюсь?

— Настён, ты можешь быть со мной откровенна. Я — твоя подруга, и всё понимаю. После того, как он тебя ударил на яхте, нечего и близко к нему подходить! Не то, что делить одну каюту с этим жирным козлом.

— Нет…

— Никто не застрахован от ошибок. Такова жизнь. Нам могут попадаться хорошие, толковые парни. А могут и вот такие… Уроды. Иногда требуется не один месяц, чтобы понять: хороший это человек, или урод? Поэтому я всецело на твоей стороне. Тебе нечего стыдиться, — Лида указала ей на свою койку. — Ложись сюда. А я на бекасовской кровати лягу. Чувствуй себя как дома.

Настя осмотрелась. Она и сейчас видела то, чего не видела Лидия, но в этой каюте не наблюдалось ничего такого, что вызвало бы ассоциацию с творившимся в коридоре. Здесь не было ни капли крови, и подозрительные звуки не нарушали спокойной атмосферы.

И пусть Лида всё поняла по своему, у Насти не было сил, чтобы с ней спорить. Всё равно рядом с этой неунывающей боевой девчонкой чувствуешь себя также спокойно, как и с сильным капитаном Осиповым. Присев на предложенную койку, Настя вновь стала смотреть на Лиду. Та села напротив неё, продолжая тараторить:

— Я всегда это замечала. Всегда! Сейчас я уже не боюсь тебе в этом признаться. Вы с ним — не пара. Вы настолько разные, настолько несопоставимые друг с другом. Вы — стопроцентные антиподы. Кто ты по знаку зодиака?

— Рыбы, — тихо ответила Настя.

— Вот! А Вовка — Лев. Вы даже по гороскопу не сходитесь! Что ты в нём нашла? Толстый, глупый, некрасивый. Ну и что, что папа — миллионер? Видали мы таких миллионеров! Ради денег, терпеть его выходки…

— Ты считаешь, что я с ним ради денег?

— Не считаю. Но уверена, что деньги — это его единственное достоинство.

— Зря ты так говоришь.

— А разве я неправа?

— Прости, но ты судишь о человеке исключительно по внешним качествам. Но ведь есть ещё и внутренние. Духовные.

— У Вовки? Сомневаюсь.

— Ты его не знаешь. У него есть масса хороших черт. Он очень добрый и спокойный. Беззащитный и тихий. А то, что он мог совершать ошибки… Ну а кто их не совершает?

— После того, как он себя с тобой вёл? Тихий и беззащитный? Не смеши меня.