И злиться на неё не получалось, не было в этой девушке юношеской вредности: посади учителя в лужу. Ей действительно хотелось разобраться в материале. Однако был в этой неприятной ситуации и положительный момент: если уж удаётся как следует ответить на неожиданный вопрос, ну или хотя бы отшутиться, уважение студентов к тебе намного возрастает. Проверено.

А укладывающая сумку Ашам с философской обречённостью думала, что похоже ей опять не удаётся затеряться в толпе. Ну кто же знал, что у них тут не принято за преподавателем записывать? А тем более, что таким откровением станут её опыты по логико-графическому стуктурированию изучаемого материала. После того, как всё уложишь в определённую схему, выведешь зависимости между блоками информации, и наложишь на это временную шкалу, становятся видны недочёты и недоговорённости в материале, которые требуют уточнения. Эта методика быстро завоёвывала популярность среди учащихся. Во всяком случае, желтоватые листы из рыхлой, ноздреватой дешёвой бумаги, которые расползались в слякоть стоило упасть на них хоть капле влаги, разбирали чуть не в драку (самой ей они уже не были нужны). В самом деле, стоило только раз внимательно изучить схему, состоящую из кратких надписей, рамок и стрелочек разной конфигурации и уже ни за что не перепутаешь, к примеру, итоги какой-нибудь битвы с её последствиями.

– На минутку можешь задержаться?
– её руку, отодвигающую очередной графический конспект, накрыла ладонь Маркеса Лиари.
– Деловой разговор есть.

– Задержаться не могу, но поговорить можем и по пути. Какое дело?

– Скажи, у тебя много, этих схемок, которые ты рисуешь?

– Ни одной. Я их не храню. Зачем? Что задержалось в памяти - то моё. А понадобится - ещё одну нарисую.

– А вот другим они сильно помогают заучивать материал. Ладно. У меня есть почти все из тех, что ты делала. Оригиналы и копии. Я предлагаю их издать. Отдельными листовками или книжечкой и распространять среди студентов. Мы с Янушем подсчитали - неплохая прибыль получается.

– Понятно. Так именно с этим делом ты ко мне вчера в трактире подкатывал? И что нужно? Денег чтобы вложить в дело, у меня всё равно нет.

– Ну как же! Ты же автор и имеешь право на часть гонорара …, - и осёкся, поймав ироничный взгляд демона. Ну не верилось ей в такие чистые и бескорыстные намерения.
– Отредактировать схемы надо. Они же у тебя все в черновиках. А сами мы опасаемся что-нибудь напутать. Ну как? Сделаешь? Треть от прибыли - твоя. Всё честь по чести сделаем, договор составим.

– Ты не обижайся, давать ответ прямо сразу я не буду. Но обещаю подумать. А сейчас извини, я на занятия опаздываю.

Нет, сегодня явно неудачный день. Ну вот как можно оставаться незаметной, когда некоторые энтузиасты твои работы собираются широко распространять? А с другой стороны деньги не помешают. Уходя из дворца по весне, она взяла с собой всего несколько монет, которых хватило только на самое первое время. Ну не было у Заместителя Императора наличных денег, не ходила она по лавкам. А тянуть из дворца какую-нибудь мелочёвку и потом перепродавать, как-то недостойно.

А всё началось с чего? Утром, из-за того что пришлось с собой непривычных к нагрузкам подружек, не удалось вволю побегать и поплавать. Да и ещё кое-какие дела, которым она планировала заняться во время утренней разминки, из-за присутствия лишних свидетелей, остались в небрежении.

Но окончательно ей испортила настроение показавшаяся в конце коридора юра Эйдерган - наставница курса Искусств и Изящных Манер. Повезло парням, они сейчас на заднем дворе фехтованием и борьбой занимаются, а на долю немногочисленных девушек досталась вот эта муть. Нет, Ашам не имела ничего против изучения этикета или памятников литературы и искусства, но именно сейчас они проходили древнешейданский эпос. Стихотворные, плохо рифмованные истории с множеством труднораспознаваемых аллегорий и устаревших слов. На сегодня им было задано прочесть сказание “О Деве и Усвейском медведе”. Продравшись сквозь малопонятные сентенции, Ашам с трудом уяснила суть повествования. И окончательно загрустила, когда слегка экзальтированная наставница начала занятие с того, что всё совсем не так как выглядит, что это не простенькая сказка о лесе и деревенской магии, а глубоко аллегоричное произведение о борьбе человека с силами природы.

Точно. День не задался.

2

Утро ещё только начало окрашивать мир бледными красками, а она уже мчалась по узкой тропинке вдоль берега Юдоли. Вот уже остались позади бедные домики Вишнёвого проулка и потянулись заборы богатых усадеб, а впереди замаячила цель её пробежки - несколько строений, обнесённых высокой оградой, принадлежащих гильдии магов. Именно здесь обрывается след Рийрона, который смогла нащупать его соотечественница и дальняя родственница. И именно сюда бегала Ашам почти каждое утро, приучая окрестных жителей к своей привычке купаться по утрам именно в этом месте.

Ничего умнее, чем слежка за последним местом, где засекли Рийрона, ей в голову не пришло. Проникнуть туда на законном основании? Она не член гильдии магов и даже не имеет отдалённого представления чем внутри этого комплекса люди занимаются. И выяснить обычными методами ничего не удалось: никто ничего не знает. А единственным местом, с которого можно было к нему подобраться, была река. И дело даже не в кованой решётке, через которую, при должной сноровке можно было бы перелезть - вдоль ограды шло такое количество мощных силовых линий, что они были хорошо заметны даже при её весьма слабом магическом зрении. И только со стороны реки, где один из корпусов поддерживаемый сваями нависал над самой водой, магическая защита отсутствовала напрочь. Странно конечно, но не воспользоваться этим обстоятельством она не могла.

Спуска к воде толкового не было. Берег пологий, сплошь заросший ивняком и крапивой в рост взрослого человека. Конкурентов у одинокой купальщицы не было. Не удивительно. Юдоль имела в основном родниковое питание, купаться в ней безопасно было далеко не в любом месте, а здесь как раз из-под земли било несколько ключей, делая воду ледяной и образовывая небольшие водовороты. Цепляясь за ветки и выступающие корни, по стволу дерева, корни которого в одно из половодьев были подмыты настолько, что оно почти свалилось в воду, да так и осталось расти, добралась до самой воды. И ухнула в неё, ледяную и прозрачную не раздеваясь, прямо в рубахе и шароварах.