— Нет, этот микрочип могут опознать только специальные устройства, а посетителей на выходе мы не обыскиваем. Так что проблем не будет. У ФБР тут целая бригада, чтобы следить за рисунком в городе, пока…

— Пока он не приведет нас к настоящим ворам, — закончил Карл.

— И хорошо бы — к другим украденным рисункам.

— Вдруг воры возьмут только рисунок, а паспарту оставят? — Карл затеребил бороду. — Тогда жучок вам ничем не поможет?

Кристина нахмурилась.

— Да, мы долго это обсуждали. Именно поэтому и решили не ставить жучок на раму. Даже если агент ФБР возьмет картину вместе с рамкой, следующий, кто ее получит, скорее всего, от рамки избавится — так легче перевозить, — она решительно поправила сползшую на нос дужку очков. — Но у нас просто нет выбора.

На самом рисунке жучок легко заметить, бумага слишком старая и хрупкая. Если прикрепить его к паспарту — больше шансов, что никто не обратит внимания. Но вы правы, Карл, риск тут немалый.

Марвин заметил, как забеспокоился Джеймс, да ему и самому стало не по себе.

— А где настоящий рисунок? — спросил мальчик.

— Вчера вечером был тут, в моем кабинете, — улыбнулась Кристина. — Не поверишь, сколько раз мы с Денни сравнивали оба рисунка, хотели убедиться, что все в порядке. Потом упаковали рисунок Дюрера и убрали его на всякий случай подальше — в сейф в кабинете директора.

— Этот парень из ФБР, который возьмет рисунок Джеймса, — спросил Карл, — он уже тут?

Кристина покосилась на закрытую дверь.

— Нет еще. Сегодня был совершенно сумасшедший день. Столько всяких дел с ФБР. Я только недавно сама вернулась. Мне не стоит входить во все эти детали… — извиняющимся тоном добавила она, но тут же поправилась: — Нет, вам двоим я все равно скажу. Если бы не вы, ничего бы вообще не получилось.

Она взяла Джеймса за руку и притянула к себе.

— Только об этом никому нельзя рассказывать, — прошептала Кристина. — Никто ничего про это не знает. Понимаешь, Джеймс? Ужасно важно, чтобы и публика, и похитители картин — все считали, что украден настоящий Дюрер.

Карл, Джеймс и Марвин не сводили с нее глаз, ожидая продолжения.

Кристина помедлила.

— План такой. Сегодня мы открыты допоздна, до девяти вечера. За пятнадцать минут до закрытия служители попросят всех покинуть музей. Один из агентов ФБР из подразделения по борьбе с кражами произведений искусства переоденется в форму музейного служителя. Как только все посетители выйдут, он войдет в зал с холщовой сумкой.

— Но ведь служители знают друг друга. Они удивятся, увидев новичка.

— Только не по пятницам, — покачала головой Кристина. — В пятницу вечером и в выходные приходится нанимать дополнительных служителей. Так что тут проблем не будет.

— И он вот так запросто возьмет картину? Снимет со стены — и все? — заволновался Джеймс, а Марвина внезапно охватили дурные предчувствия.

Кристина кивнула.

— Ну, конечно, при этом никого не должно быть рядом. Ему придется действовать быстро. План такой: он спрячет рисунок в сумку и немедленно отправится в кладовку уборщиков рядом с музейным магазином. Помнишь магазинчик на втором этаже напротив галереи, где висят рисунки? Мы нарочно оставили эту кладовку открытой.

— А зачем? — удивился мальчик. — Если рисунок уже у него, почему сразу не уйти?

— Кристина еще не кончила, — мягко напомнил отец и повернулся к Кристине. — Вряд ли кто-то может так вот запросто выйти из музея с большой сумкой в руках, даже музейный служитель.

— Лучше не рисковать, — согласилась Кристина. — Поэтому он переоденется в другой костюм, а в пиджаке будет специальный водонепроницаемый карман с жесткими стенками, как раз по размеру рисунка. В кладовке и инструменты приготовлены — чтобы вынуть «Мужество» из рамки и поставить жучок. Он снимет форму, положит рисунок в карман, а когда в коридоре никого не будет, выйдет из кладовки и вместе с толпой посетителей покинет музей перед самым закрытием.

Спрятавшись под манжетой, Марвин разглядывал веселое лицо Кристины: она была ужасно довольна, словно за время ее рассказа все уже прошло по плану, без сучка, без задоринки.

— Здорово! — обрадовался Джеймс.

— Идеальное преступление, — задумчиво кивнул Карл. — Похоже, вы все до мелочей предусмотрели.

Кристина слегка нахмурилась:

— Да, тут многое приходится учитывать. Слишком серьезное дело. У агента на всю операцию — пятнадцать минут. И надо, чтобы ни у кого не возникло никаких подозрений и второй служитель не успел бы заметить пропажу. Но надеюсь, все пройдет гладко.