–  У нас часто кто-нибудь останавливается, - продолжил хозяин.
– И мы всегда рады гостям. Так что, если желаете заночевать в 'Крестовище', я приготовлю вам лучшую комнату. У меня всегда чисто, сухо и тепло - об этом хозяюшка заботится.

Гость вновь кивнул, продолжая поглощать цыпленка, кашу, помидоры и вино.

–  Отлично, - обрадовался Акил.
– Эй, старушка!
– На этот его зов в залу вошла полная румяная молодая женщина - его жена, в просторном домотканом платье, подвязанном чистым передником.
– Приготовь комнату нашему гостю.

Хозяйка, увидав красивого рыцаря, приветливо улыбнулась ему, кивнула мужу и пошла по дубовой лестнице наверх.

Тут в харчевню, громко хлопнув дверями, заявились сразу несколько фермеров из соседних усадеб - не заметить дым, что заволок половину деревенской улицы, было невозможно.

–  Здрав будь, старина, - сказал один из них трактирщику.
– Ну и льет сегодня - грех не пропустить по стаканчику.

Скинув намокшие шерстяные плащи на вешалки, они сели кружком за стол у стены, то и дело поглядывая на приезжего. Тот вполоборота оценил вошедших и вновь вернулся к своей трапезе. Возникла небольшая пауза, в течение которой Акил перебрасывался взглядами с односельчанами, которые вопросительно моргали ему. Чуть заметно пожав плечами на их немой вопрос 'ну что?', трактирщик вдруг поймал на себе внимательный взгляд гостя, который скрупулезно объедал куриное крылышко.

–  Это полено, - сказал гость.

–  Что?
– не понял Акил.

–  Я говорю - полено… Это ведь сигнал. Дымовой сигнал.

–  А-а-а, - протянул трактирщик.

Какое-то мгновение они пристально смотрели друг на друга, а в глазах обоих искрил еле сдерживаемый смех. И через это мгновение оба расхохотались, шутливо грозя друг другу пальцами.

–  Рад, что повеселил вас, сэр, - сказал Акил.
– Но как вы догадались?

–  Да просто, - отвечал гость.
– На моем пути столько перепутий и крестовищ встречалось, и всюду одно и то же… Ждете от меня баек?

–  Мы были бы рады услыхать от вас что-нибудь интересное о дальних странах и местах, непохожих на наше, сэр, - согласно кивнул Акил, и вслед за ним закивали крестьяне.

–  Ну что ж, я вроде достаточно набил живот, чтоб и вас покормить байками, - усмехнулся приезжий.

Он уже отодвинул свой стул от стола, чтобы оказаться в круге света, отбрасываемом пламенем, что горело в камине, но тут опять хлопнула входная дверь, запуская новых посетителей. Но это уже были не крестьяне. Сперва в трактир зашел хозяйской походкой высокий, широкоплечий молодой вельможа в богатом бархатном одеянии и необъятном берете, украшенном золотым шнуром с кистью, что свешивалась ему на левое плечо. Его рыцарские сапоги нещадно грохотали и звякали шпорами по дощатому полу, а широкий алый плащ, казалось, решил затмить даже огонь в камине.

Окинув надменным взглядом обстановку и всех присутствующих, вельможа оглянулся к дверям и произнес:

–  Входите, тут вполне прилично.

В приоткрытую дверь тут же скользнули с головы до ног укутанные в плотные плащи две тонкие женские фигуры. Где-то во дворе послышалось ржание лошадей, голоса людей.

Акил проворно подскочил к новым гостям.

–  Рад приветствовать вас, благородные господа, - начал было он, но вельможа прервал его:

–  Пусть немедля весь этот сброд убирается. Нам нужны две лучшие комнаты и самый лучший ужин. Во дворе - мои люди и лошади. Им также нужна еда и крыша.

–  Все сделаем, все сделаем, - затараторил Акил и бросился во двор, несмотря на дождь.

Крестьяне тем временем спешно и понуро ушли. Вниз спустилась хозяйка. Поклонившись новым посетителям и предложив им сесть пока за стол, она собралась провести первого гостя в его комнату.

–  Эй, я же сказал: чтоб никого, кроме нас, не было!
– вдруг рявкнул вельможа.

Хозяйка замерла на месте, испуганно глядя то на него, то на рыцаря. Она не знала, как ей сейчас поступить. Тогда первый гость оборотился к вельможе:

–  Сэр, во-первых, я не отношусь к тому сброду, который убирается; во-вторых, я прибыл первым и уже заказал себе комнату, где намерен отдохнуть после долгого пути.
– И он передал хозяйке золотую монету, которую она спешно сунула в карман передника.
– В-третьих, юноша, я сделаю скидку на вашу молодость и горячность и не стану учить вас вежливости.

Сказав все это, он повернулся спиной к прибывшим, намереваясь продолжить свой путь на второй этаж. Но молодой вельможа, не стерпев таких речей, прыгнул к нему и, схватив за плечо, резко развернул к себе. Тут же прямо с разворота он был отброшен далеко назад сильнейшим ударом кулака под дых и по пути сбил табурет. Дамы, устроившиеся на скамье у огня, лишь ахнули.

–  Не стоило меня трогать, - стальным голосом заметил рыцарь, вновь поворачиваясь к лестнице.

–  Ко мне!
– взревел во весь богатырский голос оскорбленный вельможа, вскакивая на ноги и взмахивая широким и коротким мечом.

На его крик в трактир вбежали сразу шестеро человек. Рыцарь с готовностью выхватил правой рукой из ножен свой меч, оказавшийся необычно белым, а левой - кинжал и решительно ступил к неожиданным противникам.

Тут одна из дам поспешила встать между ними и, скинув с головы капюшон, девичьим, но твердым голосом обратилась к вельможе и его людям: