Трактирщик приподнялся на локтях и, опустив голову, закашлялся:

— В таком… случае… — заговорил он прерывающимся голосом, — в таком случае… вас… теперь… постигло возмездие… за то, что обманывали своих клиентов…

Он откинулся навзничь:

— Значит, вы боитесь за свою жизнь, господин часовщик?

— Да, — ответил Дюрица.

— Тогда дело плохо… Послушайте, господин Кирай! Вы еще сможете вернуться домой, если очень захотите… Я не шучу, честное слово!

Опухшими глазами он посмотрел на Кирая:

— Что вы на меня уставились? Знаете ведь, что я в шутках не силен? Если уж говорю, что сможете выбраться отсюда, если очень захотите, значит, так и есть!

Вы не хотите домой, господии часовщик?

— Мы все пойдем по домам! — сказал Дюрица. — Не волнуйтесь, Лацика! Скоро выяснится, что произошло недоразумение, и нас выпустят!

— Вы серьезно так думаете? — спросил Кирай.

— Нет! — произнес трактирщик, — Господин часовщик врет! Он лучше меня с вами знает, что мы отсюда уже не выйдем!

Кирай поднял на него глаза:

— Тогда почему вы сказали, что я еще могу выйти отсюда?

— Потому что вы можете! Ступайте и попросите у них прощения. Скажите, что не знаете, почему здесь оказались, но сожалеете о своих проступках и впредь будете паинькой…

— Не ребячьтесь, Белушка!.. К чему это? — сказал Дюрица и посмотрел на Кирая.

— Вам пришла охота пошутить? — спросил Кирая.

— Я вовсе не шучу!

— Нет, шутите!

— Если сейчас войдет кто-нибудь из них, подойдите и скажите — хочу, мол, поговорить с начальником… А потом сообщите начальнику то, что я вам посоветовал!

Кирай с сомнением посмотрел на трактирщика:

— Все шутите?

— Нет! Попробуйте — и увидите, что это не шутка!

Кирай перевел взгляд на Дюрицу:

— А вы как думаете?

— Не знаю, — ответил Дюрица. — Во всяком случае, попробовать можно. А вдруг и в самом деле все выйдет, как говорит коллега Бела…

Трактирщик слегка приподнял голову. Посмотрел сначала на Кирая, потом на часовщика:

— Оставьте, мастер Дюрица! Если еще и вы подтвердите, он, чего доброго, поверит и начнет барабанить в дверь, чтоб прислали начальника… Вы еще ве начали стучать, Лацика? Постучите им.

— А может, коллега Бела и вправду дело говорит? — спросил книготорговец.

— Может!

— Просил ведь я вас оставить его в покое! — сказал трактирщик.

— Может, и дело! — повторил Дюрица. — Во всяком случае, попробовать можно, вы ничем не рискуете…

— Ничем не рискуем… — повторил Кирай слова часовщика.

— И впрямь ничем не рискуете? — спросил трактирщик. — Вы это серьезно?

Кирай погрузился в свои мысли и ничего не ответил.

Потом пересек комнату и остановился у двери. Заложил руки за спину и уставился в пол.

Трактирщик кивнул в его сторону:

— Ведь просил я вас помолчать! — обратился он к Дюрице. — Стоит вам подтвердить, как он начнет над этим раздумывать…

Он окинул часовщика долгим взглядом, потом взялся рукой за его пиджак:

— Небось не думали, старина, а?..

— Что? — очнулся от своих мыслей Дюрица.

— Да что так кончите?..

— Я еще не уверен, что мы так кончим…

— Ну, не будьте ребенком…

Он снова долгим взглядом посмотрел на часовщика:

— Я не хотел напоминать об этом… Ваша супруга за несколько дней до смерти — не сердитесь, что я об этом говорю, — заходила ко мне в заведение посоветоваться с моей женой насчет какого-то рецепта пирожного. Вошла — живот огромный, до родов дня два оставалось, — а я ей и говорю: «Ну, Пирошка, будет мальчик, вот увидите». «Хорошо бы!» — отвечает. «А как назовете?» — спрашиваю. Она говорит: «Я бы хотела Миклошем назвать!» «По отцу, значит?» «Да», — отвечает. «Так ведь один Миклош уже есть», — говорю ей со смешком. А она мне: «Я бы всех их с радостью его именем назвала!» И покраснела, как девочка…

Дюрица молчал. Трактирщик снова приподнялся на локте и закашлялся.

— Кончен бал! — натужным от кашля голосом выговорил он. — Кранты, как у нас говорится.

Дюрица смотрел прямо перед собой.

— Я вас кое о чем спросить хотел, — заговорил трактирщик, снова откинувшись на изголовье. — Захотите — ответьте, не захотите — простите, что спросил… Вы слушаете?

— Да, — ответил часовщик.

Трактирщик повернул к нему голову:

— Вы не знаете, почему нас сюда привезли?

Дюрица посмотрел на него:

— Нет!

— В самом деле не знаете?

— В самом деле не знаю…

Потом прибавил:

— Откуда мне знать?

— А мне всегда казалось, — продолжал трактирщик, — только не обижайтесь на мои слова, — что вы из тех людей, на ком шапка горит. Только не из-за воровства горит, а так думаю — из-за хорошего дела.

— Ошибаетесь! — ответил Дюрица.

— Не уверен…

— Тогда не знаю уж, что и сказать. А зачем вы дразните Швунга?

— Хотелось бы думать, что все именно так, как я ему сказал…