Выйдя во двор управления, Миша с облегчением выдохнул. Он завел свою «девятку» и закурил, ожидая, пока прогреется мотор. Лейтенант помнил дело маньяка Ткача. Он убивал на протяжении двадцати пяти лет, пока его не задержали. Более восьмидесяти жертв. Только Кулиш не сказал о том, что десять невиновных людей посадили за преступления маньяка, двое из них умерли в тюрьме. Остальные восемь — вышли на свободу, морально искалеченные механизмом правосудия.

***

Миша выскочил из школы и вызвал по мобильному Кулиша:

— Видели, как мальчик около семи вечера заходил в подъезд своего дома, но до квартиры он не дошел. Так же, видели белый микроавтобус «Субару». В номере цифры: восемьдесят три и сорок пять. Раньше этого автомобиля во дворе не было.

— Уже кое-что, — без энтузиазма ответил майор, — машину сейчас дам в розыск. Ты, как приедешь, узнай адрес Кириченко, только без меня к нему не суйся. А я поеду искать ту шлюху, которая снимала квартиру, где девочку нашли. Потрясу агентурную сеть, мать их.

Обратно в управление Михаил возвращался объездной дорогой, но все равно добрался до кабинета только к обеду. Сразу же позвонил в первую нотариальную контору, представился. Молодой, но уставший голос попросил оставить координаты покупателя и примерное время совершения сделки, потом сказали, что перезвонят.

— Девушка, мне нужен адрес как можно раньше. От этого может зависеть жизнь человека, — настаивал Миша.

— Сделаю максимально быстро, — пробурчал голос и связь прервалась.

Миша набрал номер Кулиша, чтобы он поторопил нотариусов — абонент не отвечал. Баталов мерил шагами кабинет, выпил пол литра кофе, выкурил полпачки сигарет, но в голову ничего путного не приходило. «Правило лабиринта, — вслух, сам себе сказал Михаил. — Если зашел в тупик — надо вернуться к началу пути. Начало — вырубленный хребет, потом ноги. Жертвы — молодые спортсмены. На фига кости нужны убийце?». Баталов сел за компьютер и включил интернет. Перебрав полсотни сайтов, Миша наткнулся на статью по запросу «кости»: «… стволовые клетки получают из бедренной и берцовой кости, плечевой, локтевой и лучевой кости, позвоночника …».

— Это не маньяк, — сказал вслух Баталов.

«Стволовые клетки, — пробегал статью глазами лейтенант, пропуская медицинские термины и комментарии медиков. — … клетки создают новые ткани … размножаются делением не ограниченное число раз … чем моложе клетка, тем больше вероятность приживления в другом организме … стволовые клетки используются для лечения более пятидесяти трудноизлечимых заболеваний …»

Зазвонил звонок, Баталов не сразу понял, что это городской телефон. Миша снял трубку.

— Записывайте адрес, — сказала девушка с уставшим голосом.

Миша схватил блокнот, потом сказал: «Большое спасибо». Баталов открыл спутниковую карту города. По адресу, который назвала девушка, находился частный дом. Всего в переулке пять домов. Два выезда на улицу. «Ну и как за ним следить?» — подумал Миша и снова набрал Кулиша. Электронный голос девушки жизнерадостно ответил, что сейчас абонент не может принять вызов и посоветовал перезвонить позже или послать СМС. Миша выбрал последнее. Накинул кепку и куртку, вышел из управления. Начинало темнеть. Миша сел в «девятку» и поехал по адресу, записанному на клочке блокнота.

***

Дом Кириченко находился в районе старых частных домов, часто в одном доме жили две семьи. Выращивали овощи на маленьких участках и коноплю под ультрафиолетовыми лампами в сарайчиках. Некоторые хозяева разводили коз и кур. Баталов передвигался по узкой плохо освещенной улице под названием Железнодорожная. Имена переулков отличались только цифрами. Встречные машины попадались редко. Миша припарковался возле столба с тускло светящим фонарем в полусотне метров от Пятого Железнодорожного переулка. Миша надвинул пониже на глаза кепку, снял с предохранителя пистолет, вышел и поставил автомобиль на сигнализацию. Выключил мобильный телефон, мобильный обиженно пискнул и погасил экран. Расхлябанной походкой Баталов прошел до переулка, оглянулся на машину. Подкурил, выпуская сизый дым во влажный воздух. Потом засунул руки в карманы расстегнутой куртки и прошелся по короткой песчаной дороге.

Спутниковая карта не врала — в переулке оказалось три дома. Переулок освещала только луна, изредка поглядывая на землю сквозь плотные тучи. В доме Кириченко свет не горит. Миша встал на камень, лежащий возле бетонного забора, встал на цыпочки и осмотрел участок: одноэтажный побеленный дом постройки пятидесятых годов прошлого века; покосившийся деревянный сарай и кирпичный гараж с высокими воротами, куда мог легко заехать микроавтобус. Сторожевой собаки видно не было. «Хоть что-то хорошее», — сделал вывод Миша. У соседей Кириченко в окнах дома горел свет. Миша сильно постучал кулаком в железную дверь. Звук громко разнесся по переулку. Злобно залаял пес во дворе, его поддержали соседские собаки. Миша зашел за угол и, подтянувшись на заборе, стал наблюдать за домом Кириченко.

— Кого принесло?! — возмутился хриплый, старческий голос соседа. Не дождавшись ответа, старик с чувством выматерился и хлопнул дверью.

Когда все стихло, Миша прошел вдоль забора. Через метров сорок начиналась железнодорожная насыпь. Лейтенант взобрался наверх, стал на рельсы. За железнодорожным полотном тянулись низкие постройки складов и гаражей. Лейтенант спустился к задней стороне участка Кириченко, легко перемахнул через забор и, не поднимаясь с корточек, замер. «Удачно приземлился», — в трех шагах от лейтенанта стояли лесенкой пустые пластиковые ящики для пивных бутылок. На участке — тишина. Баталов дождался, пока бледный диск луны прикроет туча, выпрямился и, не таясь, обошел дом. Лейтенант аккуратно подергал входную дверь — закрыта, гараж тоже. Баталов обошел кирпичную постройку. В задней стене гаража врезана вторая дверь с массивным навесным замком. В сарае лейтенант обнаружил только сельскохозяйственные инструменты и старую ванную. Баталов подсветил зажигалкой и осмотрел дно, покрытое толстым слоем пыли и ржавчиной. Миша вернулся тем же путем к машине и проехал на темный участок обочины. Включил мобильник, набрал номер майора.