На кухню я вошла если не в ступоре, так точно в каком-то странном и опущенном настроении. Рэнд это отметил, но промолчал, так как Фил теперь вдруг стал весельчаком. За год, что я знала Фила близко, он впервые был таким...веселым.

Я уселась рядом с Рэндом, исподлобья смотря на Фила, и во мне разжигалась странная неприязнь к нему, будто он только что меня подставил.

Оладьи, приготовленные девочками шли на удивление легко, хотя мне казалось в таком настроение не захочется есть, постепенно я успокаивалась, эпизод на лестнице был забыт. После завтрака парни занялись дровами, а кто-то помогал нам на кухне, и я была зачислена, как и они в подмастерье, так как ни на что толковое не была способна. Селин доверили мясо, так как она была по его части мастерицей. Наоми занималась салатами, а Фейт всем остальным. Они работали как слаженный механизм, словно уже годами работают на кухне вместе, и я в который раз поклялась себе, что научусь готовить. В основном всю еду мы заготовляли, чтобы потом вечером заправить, разогреть, дотушить или запечь. Единственной полностью готовой едой был обед. Или то, что ближе к вечеру, мы ведь собирались идти кататься, а после этого все будут зверски голодны.

Вспоминая про лыжи, я едва не стонала. Я уже давно не каталась, и теперь не собиралась повторять свои опыты. Не то чтобы я совсем не умела ездить, но наверняка отставала в своем мастерстве по сравнению с остальными. Чистить картошку было нудно, так же как и слушать болтовню девчонок. Селин это замечала и время от времени перемещала свою работу ближе ко мне, тогда я разговаривала с ней.

– Ты что поссорилась с моим Филом?
– неожиданно спросила меня она, когда мы переворошили много разных разговоров.

– Что-то типа того. Не могу понять, чем я ему не угодила, - при этом я сразу же вспомнила его шаг ко мне, и едва не дернулась от отвращения.

– Сама не понимаю, он такой с того времени как вы с Рэндом вместе. Не знай я его подумала бы что он относиться к Рэнду больше чем к другу, - при этих словах Селин опустила глаза в миску с мясом, которое мариновала.

И не только к Рэнду, подумала я, но по понятным причинам промолчала. Я именно в этот момент решила, что нужно будет поговорить с ним об этом, и если я узнаю что-то что мне не понравиться, нужно будет держаться от него подальше.

– Ну...э...тебе виднее должно быть, - неуверенно сказала я.

– Да не важно, иногда мне кажется, что это я просто ленюсь найти кого-то получше потому и цепляюсь за него. У меня давно зреет в голове мысль, что стоит его оставить, но сил вот не нахожу.

– А ты его любишь?

– Не знаю, - щеки Селин стали еще более красными, - я вообще не уверена, что умею кого-то любить. Во мне нет по отношению к нему таких чувств, словно я взрываю фейерверки, когда рядом с ним, да и никогда не ощущала. А должна? Как у вас с Рэндом?

Я закусила губу, думая над ее словами. Однозначно да, это были бомбы, а не фейерверки, когда я встречалась глазами с Рэндом. И словно в подтверждение моим мыслям в комнату забежал Рэнд, просто для того, чтобы послать мне воздушный поцелуй, и напомнить что он рядом. Захотелось все тут же бросить, и закрывшись с ним в комнате, просто лежать прижавшись к нему.

– Да...это фейерверки, - призналась я, а Селин завистливо вздохнула, и не потому что я говорила о Рэнде, а потому что рассказывала о том, чего у нее не было. Мне хотелось сказать ей, чтобы она не говорила обо всем этом, словно о жизненном трауре, и все же промолчала. Я не говорила о себе, и не расспрашивала о том, что происходило в ее душе, по крайней мере пока она этого не захочет. А Селин решила сохранять молчание. Но миролюбивое.

Ее слова о Филе еще больше напустили на меня тоску, и поездка на лыжи уже не казалась такой отвратительной - мне хотелось вырваться прочь из дому, и находиться рядом с Рэндом все время. Там на склоне мы просто разобьемся на пары, и будем лишь пересекаться съезжая вниз, или для того, чтобы выпить глинтвейна. Обед мы решили съесть до выхода на улицу, так как оказалось, что на часах было уже 2 часа дня. Пока я одевалась, Рэнд вместе с парнями мастерил что-то внизу. Спустившись в своем самом темном костюме, я наблюдала за их действиями. Как я понимала, творили они что-то странное.

– Это матрас?
– недоверчиво поинтересовалась я.

– Да, - улыбнулся Рэнд, и рядом возле него над матрасом мелькнули глаза Фила. Я поежилась.

– А сверху вы натягиваете мусорные мешки, и у вас в руках скотч? Закончились ковры-самолеты?

Все парни кроме Фила рассмеялись.

– Это скорее такой модерновый тобогган. Так как ни Фейт ни Наоми не собираются вставать на лыжи - не хотят переусердствовать с занятиями спортом.

Парни выше перечисленных девчонок заговорщицки переглянулись, и почему-то я подумала о чем-то порочном. Или они именно это и предполагали, но не стали делиться со мной? Во всяком случае, все в доме относились ко мне по-дружески, и не смотря на явную стервозность Фила, мне было хорошо отдыхать с ними. Но для меня они были просто приятным шумом на фоне Рэнда, я вполне могла бы обойтись и без них, и быть лишь с ним. Ну или хотела этого.

Рэнд был уже одет, и спортивная одежда как всегда смотрелась на нем замечательно. На нем был одет не костюм как на мне, а отдельные куртка и штаны, словно он спортсмен профессионал. Так выглядели парни сноубордисты на чемпионатах, которые я иногда смотрела по телевизору. Пока все собирались, а Наоми и Фейт посвятили этому очень много времени, я позвонила домой. Мама была рада услышать что у меня все в порядке, и ее голос не был сердит, возможно капельку расстроен. Мы поговорили пару минут, а затем я поставила телефон на место. Почти весь разговор меня раздражало чье-то внимание, и вскоре я поняла, что это Фил смотрел на меня. Я не отводила глаз из чистой гордости, ну а он явно по своим каким-то причинам. И все это время внутренне я тряслась от неприятных чувств к нему. Он напоминал мне Кевина, вот в чем было дело. И я не нравилась ему, так как например Рэнду, дело было в том, что я принадлежала Рэнду.