– Ну, всё уже, хватит пугаться. Это наш друг Карчмарь, он совсем не страшный, – и легонько похлопал её по дрожащему корпусу. Он уже, как-то и позабыл, что на новичков первое знакомство с Карчмарём всегда производит неизгладимое впечатление. Лицо Викиного дрона выражало столько испуга, растерянности и страдания, что он, в конце концов, не выдержал и слегка обнял её за торс, придвинув к себе. – Ну, всё-всё, хватит дрожать! Что ты, как маленькая? Видишь, ничего страшного не происходит – сейчас моего дрона починят, и всё будет хорошо.

– Вот это дроняра! – громким свистящим шепотом просипел сзади Семён. – Его бы на головоглазых натравить...

А Карчмарь, между тем, продолжал осмотр, не обращая ни на кого внимания. Алекс с болезненным любопытством глядел на своего верного друга. Вид тот имел ужасный. Пуля Базуки пробила корпус навылет, немного выше и сбоку отсека установки кристалла дрона. Крышка отсека была сорвана, и болталась на каком-то обрывке крепления. Из пробоины и разодранного отсека торчали обугленные провода и покорёженные части механической начинки.

Сам кристалл дрона внешне был цел, но не моргал светодиодами, не пищал и не подавал никаких иных признаков жизни. И был сильно закопчён. По-видимому, при попадании пули, в модуле возник пожар от замыкания силовых цепей. Горело неслабо – даже пластик обшивки местами покоробился и выгорел. А потом, похоже, его рьяно тушили – все внутри было забито песком и засохшей пеной от огнетушителей.

Алекс наклонился и открыл бардачок. Кристаллов дронов там не было. Был моток обгоревшей бечевки, складной щуп, никому не нужная серебряная монета, а Тор и Шарик пропали. Потрясённый Алекс уставился на Карчмаря:

– Здесь были два процессора, – вскричал он, отодвинул от себя Вику и повернулся к Сене. – Здесь были два дроновских кристалла, куда вы их дели!?

– Алекс, друг, мы не виноваты! – Семён отступил на полшага. – Вояки прилетели и забрали. Хотели и этого забрать, да один из них сказал: – «Брать только тех, кого он выносил». И всё, а мы ничего не трогали. Всё как есть притащили сюда. Как этот дроннер, что в нём был, просил, так мы и сделали – притащили в Корчму.

– Мы в охранении были, когда услышали выстрел, – негромко сказал Джон. – Прибежали. А там этот дрон из моря вдоль ручья выплывает. А за ним рвётся «головоглаз» с пистолетом, и вдалеке, на той стороне ручья, ещё подмога бежит. Десятка два. Дроннер только и успел сказать, отнесите, мол, меня в Корчму, а «головоглаз» в него и выстрелил. Дрон упал и загорелся. Мы его потушили, доложили на базу, и хотели унести, но тут набежали боевики, переправились через ручей, и мы слегка задержались, так как нам пришлось с ними биться. Пока наши основные силы не подошли, мы ничего не могли поделать. Но битва была крутая! Потом наши их погнали, а нам дали команду – доставить в Корчму. Но тут прилетели вояки... Ну и дальше всё как Сеня рассказал. И вот мы здесь, в Корчме.

– Да! – радостно вскричал вдруг Семён. – Я же тут только что двоих завалил. Как мы к Корчме подошли, к нам два навороченных друида прикопались, какого-то дрына – чего несёте, куда несёте. Ну, я одного сразу вырубил, а за вторым пришлось побегать...

– Если кто-нибудь здесь ещё только раз произнесёт «корчма», – неожиданно рявкнул Карчмарь, – выкину с обрыва! Здесь КАрчма, потому, что «КА»! Ясно?

Все присели, даже Алекс вздрогнул, а Вика тонко пискнула, и снова вцепилась в его руку. Повисла неловкая пауза полная страха.

– Ладно, – сказал Карчмарь значительно тише и мягче, – надеюсь, все уяснили... Значит так, резюме. Дрон твой, похоже, цел, Алекс. Конечно, сейчас он полностью отключен – ему закоротило внутренний источник питания. Но там стоит защита от кэ-зэ, поэтому, как только коротыш уберём, всё вернётся в норму. Одно неудобство – все приобретённые им за последние пару месяцев прокачки сотрутся. Так уж устроена память роботов – вся программа работает, приобретая необходимые навыки, в быстрой оперативной памяти, которая обнуляется при пропадании питания. В энергонезависимую, медленную память, приобретённые навыки переписываются только после длительной обкатки в оперативке. Это сделано для преимущественного запоминания исключительно полезных навыков. По подобию природы.

– Спасибо, Карчмарь, за компетентное объяснение, – сказал Алекс, испытывая сразу и радость и страх, – а как быстро ты его сумеешь запустить?

– Как только – так сразу, – пробурчал тот и подхватил дрона с земли. – Быстро, голубь мой, только кошки...

Он покосился на испуганную Вику, и потопал к Карчме, бережно неся побитого калеку.

– И за мной не ходить! Я сейчас буду очень занят. А когда я очень занят, то любого, кто мне помешает... – он не договорил, зыркнул глазищами и вошел внутрь, затворив за собой тяжелую входную дверь.

Карчмарь скрылся в Карчме, а Алекс и тройка рейнджеров, остались стоять посредине утоптанной площадки. Они растеряно и молча стояли, а вокруг них жил и звучал Остров.

Ветер с запада, дул не стихая, шумно шелестя кронами растущих вокруг площадки низкорослых деревьев. Басовито гудела, стоящая на скале, решетчатая мачта высокого ретранслятора. Далеко внизу, в прибрежных камнях, бились и шипели волны, наполняя микроскопическими брызгами, летящий над ними воздух и придавая ему тем самым, незабываемый, роскошный романтический морской аромат. Свежий запах моря, смешивался со свежим запахом влажных скалистых островных массивов, покрытых чахлой островной порослью. Тоскливые крики, мечущихся над морем чаек, сливались с беззаботным щебетом островных пичуг и звоном древесных цикад. Обычные запахи и звуки самого обычного кусочка суши, затерянного в самом обычном море. И ни чем этот кусочек суши не отличался бы от тысяч ему подобных, если бы не устойчивый запах пороховой гари, да грохот отдалённых взрывов, доносящийся время от времени с его коварных просторов. И если бы он не имел столь странного механического населения...