– Я знал, что графа исключили из Академии, – он шагнул в круг света, в зелёных глазах мелькнули искорки. – Мне сообщили сегодня утром. Догадаться об остальном было легко.

Она раздражённо сбросила стопку бумаг с дивана на пол, устало присела, заболтала в воздухе ногами.

– Ну да, ты прав. У нас всего два дня. Наверное, не хватит, как думаешь?

Он приблизился и сел напротив.

– Чтобы завершить тестирование прибора, нет.

– Ты выглядишь усталым, Джаред Сапиенс, – сказала она.

– Ты тоже, Клодия Арлекса.

Под глазами у него темнели круги, и лицо было бледно.

– Тебе нужно больше спать, – промолвила она мягко.

Он покачал головой.

– Когда вся вселенная обрушивается на меня? Невозможно, леди.

Она знала, что это боль мешает ему спать. Он подозвал лисёнка, и тот, прыгнув ему на колени, начал тереться о его лицо и грудь. Джаред машинально поглаживал рыжую спинку.

– Клодия, я размышлял над твоим предположением. Расскажи, как проходила твоя помолвка.

– Ты же сам всё видел, разве нет?

На его губах появилась знакомая кроткая улыбка.

– Возможно, тебе кажется, что я был тут всегда, но на самом деле я прибыл после того, как тебе исполнилось пять лет. Смотритель затребовал у Академии лучшего сапиента. Учитель для его дочери не мог быть ничем меньшим.

Вспомнив слова отца, она нахмурилась. Джаред искоса взглянул на неё.

– Я что-то не то сказал?

– Не ты. – Она наклонилась, чтобы погладить лисёнка, но зверёк увернулся, крепче прижавшись к хозяину. Тогда она кисло добавила: – Зависит от того, какую помолвку ты имеешь в виду. У меня было две.

– Первую.

– Мне было пять лет, я почти ничего не помню.

– Тебя же обручили с сыном короля, Джайлзом.

– Как ты и сказал, дочь Смотрителя получает всё лучшее.

Она спрыгнула с дивана и начала неприкаянно бродить по комнате, бездумно подбирая бумаги.

Зелёные глаза следили за ней.

– Помню, он был очень симпатичный мальчик.

– Да, – ответила она, не оборачиваясь. – Придворный художник каждый год присылал мне его миниатюрные портреты. Я сохранила все десять. У него были тёмно-каштановые волосы и доброе, пышущее здоровьем лицо. Он мог вырасти в красивого мужчину. – Она повернулась. – Я встречалась с ним лишь однажды, на праздновании его семилетия при дворе. Помню мальчика, сидящего на троне, слишком большом для него. Под ноги ему поставили коробку. У него были большие карие глаза. Ему разрешили поцеловать меня в щёку, и он так смутился, – она улыбнулась, вспоминая. – Ты знаешь, как краснеют мальчишки. Он был просто пунцовый. Всё, что он смог промямлить: «Привет, Клодия Арлекса. Я Джайлз». И вручил мне охапку роз. Я их хранила, пока не рассыпались.

Она подошла к телескопу и уселась верхом на стул, задрав юбку до колен.

Сапиент, поглаживая лисёнка, наблюдал, как Клодия настраивает окуляр и смотрит в него.

– Он тебе нравился.

– Глядя на него, никто бы не подумал, что он наследник престола, – пожала плечами она. – Просто мальчишка, как любой другой. Да, он мне нравился. Мы могли бы поладить.

– Но не его брат, граф? Даже тогда?

Её пальцы вращали рычажок точной настройки.

– Ах, он! Эта его кривая ухмылочка. Нет, я его сразу разгадала. Он жульничал в шахматы и переворачивал доску, когда начинал проигрывать. Орал на слуг, а ещё другие девочки мне кое-что рассказывали. Когда мой… когда Смотритель приехал домой и сообщил, что Джайлз скоропостижно скончался… что планы меняются, я была вне себя.

Она выпрямилась и быстро повернулась.

– То, в чём я тебе клялась, осталось прежним. Мастер, я не могу выйти за Каспара. Я не хочу. Он мне отвратителен.

– Успокойся, Клодия.

– Как я могу успокоиться! – она снова вскочила и забегала по комнате. – На меня словно весь мир обрушился! Я думала, ещё есть время, но два дня!.. Пора действовать, Джаред. Я должна проникнуть в кабинет, даже если прибор не протестирован.

Он кивнул и сбросил лисёнка с колен, не обращая внимания на рычание недовольного таким обращением зверька.

– Подойди и взгляни на это.

Рядом с телескопом мерцал монитор. Учитель прикоснулся к панели управления, и на экране замелькали слова на языке сапиентов, которому Джаред отказался обучать Клодию, как она ни умоляла. Пока учитель прокручивал текст, в окно влетела летучая мышь, просвистела через комнату и снова исчезла в ночи. Клодия огляделась.

– Нужно быть осторожнее.

– Сейчас закрою окна. – Джаред остановил текст. – Вот. – Тонкие пальцы прикоснулись к клавиатуре, и на экране появился перевод. – Смотри. Обрывок черновика письма, которое написала королева три года назад. Его сожгли, но шпион сапиентов во Дворце восстановил и скопировал. Ты просила меня найти что-то в поддержку твоей абсурдной теории…

– Не абсурдной.

– Значит, твоей маловероятной теории, что смерть Джайлза была…

– Убийством.

– …подозрительно скоропостижной. В любом случае, я нашёл вот это.

Она чуть не оттолкнула его в нетерпении.

– Как ты его добыл?

Он поднял бровь.

– Секреты Мудрых, Клодия. Скажем, один друг покопался в архивах Академии.

Он отошёл к окну, а она жадно прочитала текст.

 «Что касается приготовлений, которые мы обсуждали, конечно, это печально, но великие перемены требуют великих жертв. С тех пор как умер его отец, Дж. держали вдали от остальных. Людское горе будет искренним, но недолговечным, и мы сможем его подавить. Едва ли стоит упоминать, что ваша помощь будет для нас бесценна. Когда мой сын станет королём, я могу обещать вам всё, что в моих…»