Ложкой дегтя, конечно, было то, что Дугу просто не представилось бы возможности обращаться с ней хоть как-нибудь, поскольку до сих пор Джина точно не сознавала, что он мужчина в определенном смысле слова.

— Я его напугала, — призналась она с удовлетворением. — Дуг, ну и рожа у него была… Жаль, что Иззи и Кэт не видели. Поверить не могу, что я действительно это сделала!

— Ты можешь все, что захочешь. — Дуг ею гордился. Сначала Ральф, теперь Эндрю. Восторг Джины передался и ему: подняв бокал с мексиканским пивом, он выпил в ее честь, гадая, осмелится ли поцеловать Джину в знак поздравления. Этого Дугу хотелось больше всего на свете.

Джина кивнула, продолжая улыбаться:

— Ты прав. Пойми, чего ты хочешь, и добейся этого. Таков девиз Иззи, и он творит чудеса. Я теперь всегда буду следовать этому правилу.

«Это больше, чем хороший совет, — подумал Дуг, когда Джина подняла свой бокал и лихо чокнулась с ним. — Это судьба. Я здесь, а Эндрю ушел. Мы с Джиной празднуем вместе…»

Джина, в ярко-красном кашемировом свитере и кремовых брюках, никогда еще не казалась такой желанной. Дуг, слава Богу, решил не надевать новую оранжевую рубашку, которая бы дисгармонировала с ее свитером. Это точно судьба.

Улучив момент и не позволяя себе одуматься, Дуг подался вперед, но слегка промахнулся и вместо щеки поцеловал Джину в подбородок, в край нижней губы. Получилось глупо. Продолжая стискивать бокал с пивом, он подвинулся и случайно коснулся груди под кашемиром… О Господи, ее грудь…

Джина, удивленная второй раз за этот вечер, вдохнула запах одеколона, который подарила боссу на день рождения, и постаралась не морщиться. Испытывая сильное желание увернуться, она внушала себе, что Дуг просто рад за нее, гордится тем, как она выдворила Эндрю. И потом, не годится уворачиваться от дружеских поцелуев — неважно, что они неуклюжи.

Терпеливо дождавшись конца и даже помедлив несколько секунд, Джина мягко, но решительно положила руку ему на плечо и высвободилась из объятий. На Дуга невозможно сердиться, он слишком безвреден, слишком добр… но хорошего понемножку.

— Твое пиво, — спокойно сказала она, когда на колени ей закапало что-то холодное. — Дуг, ты его разливаешь.

«Непохоже, что это судьба», — расстроился Дуг. Страсть угасла, когда он увидел, насколько Джина равнодушна. Неужели Энтони Хопкинс знавал подобные фиаско?

— Прости, — пробормотал он. Лицо у него горело от стыда. Минута безумия прошла. Дуг решил, что будет счастлив, если сумеет убраться отсюда целым и невредимым. — Прости, я…

— Ничего страшного, — перебила Джина, догадавшись, что сейчас он снова начнет извиняться, и с улыбкой вскочила. — Честное слово, обожаю эти брюки. Стоит сунуть их в стиральную машину — и они опять как новенькие.

Вернувшись вечером домой, Иззи, полумертвая после одиннадцати мучительных часов в студии звукозаписи, даже не сразу поняла, что говорит ей экономка. Люсиль, ощутив смятение хозяйки, принесла внушительную порцию джина с тоником, а себе плеснула немного виски, чтобы составить Иззи компанию.

— Он позвонил час назад, — терпеливо повторила она, — и я сказала, что вас нет, но вы непременно вернетесь к восьми. Он говорил так любезно, и, кажется, был разочарован, что не застал вас, поэтому я сказала, что у вас никаких планов на вечер, ведь рано утром вы летите в Рим, а потом подумала, что, может быть, этот милый джентльмен пожелает заглянуть к нам и повидаться с вами перед отъездом… — Остановившись на мгновение, чтобы сделать вдох и отхлебнуть ирландского виски, куда только идиоты добавляют лед, Люсильоблизнула губы. — Так вот: он сказал, что это идеальный вариант, поэтому я предложила ему заглянуть к девяти, чтобы вы успели приготовиться. Иззи, говорю вам, у него такой приятный голос, он просто разбил мне сердце, вот что… И я приказала ему не наедаться заранее, потому что вы его наверняка накормите.

Она залпом допила виски. Иззи беспомощно смотрела, как Люсиль встает и надевает просторный ярко-желтый кардиган, спускающийся ниже колен.

— А этот милый джентльмен… — слабо поинтересовалась Иззи, цепляясь за последнюю возможность спросить. — Он… кто?

На улице похолодало. Люсиль, оборачивая пухлую шею желто-синимполосатым шарфом, будто удивилась.

— Честно говоря, он не назвал своего имени, но сказал, что ваш друг, поэтому я и решила его пригласить. Подумала, вы не будете возражать, и голос у него, в самом деле, такой приятный.

Трудно догадаться, какой тип мужского голоса может показаться приятным Люсиль. Иззи не была знакома с Терри Воганом, так что это не мог быть он. Но с другой стороны, Дуг…

— Значит, он придет на ужин. — Иззи вспомнила, что голодна. — Ну ладно. А что у нас есть?

— Я, по-вашему, кто? — Рыжие брови Люсиль взмыли вверх. — Супермен? Я весь вечер себе коленки протирала, отмывала все закоулки в доме, гладила огромную груду вещей, чтоб вы могли прилично выглядеть в Риме…