— Мне так жаль, — продолжала она взволнованно, — ужасно жаль! Ты, должно быть, считаешь меня последней негодяйкой! Но я сняла тебе премилую комнату в пансионе, где недавно останавливалась одна моя подруга. В «Вилле дю Лак» не оказалось свободных номеров. Но мы можем вместе обедать. Там очень хорошая кухня и замечательный сад…

Честер молчал. Он продолжал смотреть на Сильвию, пытаясь привести в соответствие свои представления о ней с тем, что ее теперь окружало.

Сильвия внезапно залилась густым румянцем. В конце концов, Билл Честер ей не сторож! Какое право он имеет смотреть на нее так зло и… так негодующе?

Тут неловкая пауза, к счастью для обоих, была прервана.

— Сильвия! Дорогая! Не представите ли меня вашему другу?

Мадам Вахнер протолкалась через толпу туда, где стояли Честер и миссис Бейли.

Ее супруг следовал за ней в двух шагах, не отрывая глаз от стола. Даже когда жена заговорила, ами Фриц продолжал делать заметки в своей записной книжке. Сильвия явно испытала облегчение.

— О, Билл, — воскликнула она, — позволь представить тебя мадам Вахнер. Она очень добра ко мне все время, пока я живу в Лаквилле.

— Очень рада познакомиться с вами, сэр. Я надеялась увидеть вас за обедом.

Честер наклонил голову. У приятельницы Сильвии благозвучный голос, и она неплохо говорит по-английски, хотя и не без акцента!

— Становится поздно, — обратился он к Сильвии. Слова его прозвучали вполне любезно.

— Да, нужно идти. Вы остаетесь? — Сильвия обращалась к женщине, которую только что представила Честеру, но глядела в сторону игорного стола.

— Нет, ни в коем случае! Нам тоже пора. Пойдем, Фриц, уже поздно.

В голосе любящей жены звучало немалое раздражение. Все четверо не спеша вышли из зала.

Сильвия инстинктивно замедлила шаги и оказалась рядом с мсье Вахнером; Честер и мадам Вахнер шли впереди.

Последняя успела уже присмотреться к спокойному и флегматичному на вид англичанину. Она заметила его гораздо раньше Сильвии и с тех пор наблюдала, поскольку сразу догадалась, что это тот самый гость, которого миссис Бейли ждала к обеду.

— Вы, вероятно, в первый раз в Лаквилле, — заметила она с улыбкой. — Здесь бывает не много ваших соотечественников, сэр, но Лаквилль — место любопытное, куда интереснее Монте-Карло.

Она слегка понизила голос, но Честер ясно слышал каждое слово.

— Это не совсем подходящее место для вашей очаровательной приятельницы, но… что делать, она полюбила игру! Польская дама, мадам Вольски, тоже была большая любительница баккара, но теперь она уехала. И вот, когда миссис Бейли является сюда, как сегодня, поздним вечером, мы с мужем — люди старой закалки — приходим тоже. Не играть… нет-нет, только присмотреть за нею. Она ведь так наивна, молода, красива!

Честер признательно взглянул на мадам Вахнер. Как мило с ее стороны проявлять такой материнский интерес к бедной Сильвии, которую влечет в обитель порока. Да, так и следует объяснить все, что повергло его сегодня в шок. Сильвия Бейли, красивая и своевольная — еще очень молода и на удивление простодушна, как верно заметила эта пожилая дама.

Честер знал, что немало вполне приличных людей отправляется в Монте-Карло и просаживает там иногда много больше денег, чем могут себе позволить. Нелепо злиться на Сильвию за то, что она развлекается здесь подобным же образом. Он был искренне благодарен этой толстой, вульгарной на вид женщине, которая раскрыла ему глаза.

— Весьма любезно с вашей стороны, — отозвался он неловко. — Вы очень добры, что сопровождаете миссис Бейли. — Он с отвращением огляделся.

Они уже успели спуститься вниз и смешались с веселой публикой, среди которой, как во всякой толпе, попадались и любители пошуметь.

— Разумеется, здесь ей нужны спутники, — Он собирался что-то добавить, но их догнала Сильвия.

— Где граф Поль? — встревоженно спросила она мадам Вахнер. — Он ведь должен был уйти вслед за нами?

Мадам Вахнер слегка качнула головой.

— Понятия не имею, — ответила она и бросила многозначительный взгляд на Честера. Этот странный взгляд внушил ему настороженность по отношению к тому, кого Сильвия называла «графом Полем».

— Ага, вот и он! — В простодушном голосе Сильвии Бейли звучало радостное облегчение.

Граф де Вирье прокладывал себе дорогу сквозь медленно перемещавшуюся толпу

Знакомясь с французским другом Сильвии, Честер держался очень натянуто, а когда тот повернул обратно, чтобы вернуться в Казино, облегченно вздохнул. Правда, он с недоумением отметил, как поразил Сильвию уход графа. Стало быть, она пыталась удержать графа от возвращения в Клуб.

— Разве вы не собираетесь в «Виллу дю Лак»? Уже очень поздно, — сказала она тоном глубокого разочарования. Но граф с поклоном ответил: