Шрифт:
— Поэтому мы будем двигаться. Я жду тебя здесь. Я рассчитываю на тебя, — спокойно ответил он и повесил трубку.
«Попытайся подумать», — уговаривала себя девушка.
Чтобы вернуться в район Коппеде, Беатриче должна доехать до первого светофора и повернуть в переулок, который ведет на холм, до бульвара.
Машины стояли в три ряда. Бесконечная процессия красных и белых огней в снегу. Отсюда до светофора полчаса езды.
А у нее не было этого получаса.
«Все стоит».
«Поэтому мы будем двигаться».
«Найди способ».
Вдруг в мозгу вспыхнула безумная идея. Девушка рывком вытащила пальто с заднего сиденья. Положила дрожащую руку на ручку двери.
«Все стоит».
«Поэтому мы будем двигаться».
Беатриче перевела дыхание. Заглушила двигатель, открыла дверь и вышла из машины, бросив ее посреди пробки.
— Я сошла с ума, — повторяла она себе, пробираясь между машин. — Я сошла с ума.
За спиной гудки, но Беатриче старалась не поворачиваться. Она побежала, добежала до светофора и перешла дорогу. Как она и думала, на улице, которая ведет на холм, машины едут быстро.
— Тайны римских пробок, — пробормотала она с улыбкой.
Выйдя на обочину, она вытянула руку, — остановилась темная машина.
— Тебе помочь? — спросил ее парень за рулем, опуская стекло.
— Да, — ответила Беатриче.
Неожиданно произошла странная вещь.
Вокруг них все огни внезапно погасли. Выключились светофоры, потом фонари, а затем все вывески и огни в домах.
Рим погрузился в темноту.
— Что случилось? — спросил парень, удивленно оглядываясь.
Он вышел из машины, оставив дверь открытой.
Беатриче восприняла это как знак судьбы.
— Я украду у тебя машину — сообщила она.
Парень решил, что это шутка, и ответил:
— Да, пожалуйста, располагайся. Ты угонщица?
— Может быть.
Не оставляя ему времени на какую-либо реакцию, Беатриче нырнула на место водителя, схватила руль и резко уехала. Шины взвизгнули, поднимая вихри снега. Парень кричал и пытался догнать ее. Все еще валил снег.
Она бросила свой «Мини-купер» посреди пробки. Украла чужую машину. В Риме полная темнота. Но Беатриче думала лишь об одном: главное вовремя доехать до Якоба Малера.
ТЕМНОТА
В комнате Электры темно.
— Тебе больно? — спросила девочка у Шенга, опустившись перед ним на колени.
На полу — красивая лампочка из блестящих нитей, рассыпанная на тысячи осколков.
— Нет, но…
— Мистраль?
— Харви?
— Я тут.
— Я тоже.
— Кто-нибудь поранился?
— Нет.
— Что случилось?
Ребята по очереди подходили друг к другу, переступая по полу на цыпочках.
— Осторожно, стекла.
— Они повсюду, — предупредил Шенг.
Электра попыталась найти выключатель. Нажала на него. Бесполезно. Пошла в ванную. Там тоже не было света.
— Ничего не поделаешь. Наверное, пробки вылетели.
— Молния, — произнес Харви. — Это было, как молния.
— Я видела, как она вспыхнула в руках Шенга, — пролепетала Мистраль. Ее голос дрожал, как скрипичная струна.
— Черт знает что, — повторял Шенг, — черт знает что…
Он был не в состоянии сказать ничего другого.
Комната полностью погрузилась во тьму: в нее проникал только свет от снега, падающего за окном. Во дворе темно, как внутри черного ящика.
— Ты куда? — спросил Харви, услышав, как Электра передвигается по комнате.
Она села на край кровати и на ощупь попыталась найти кроссовки.
— Я хочу посмотреть, что в коридоре.
— Я с тобой, — предложил американец, внезапно ставший активным.
Но на самом деле Электра думала о другом. Она думала о разряде энергии, который прошел через нее. О том, как она передала его Шенгу, коснувшись его плеча. И о том, как эта энергия заставила взорваться лампочку.
Она была испугана. Ей казалось, что даже кости вибрируют от страха. Лампа взорвалась ослепляющим белым светом.
В это время Харви тоже пытался отыскать на ощупь свои кроссовки под кроватью.
— Я знал, что не надо их снимать! — пошутил он.
Вы хотите бросить нас здесь? — с испугом спросила Мистраль.
Электра подошла к двери и как можно спокойнее ответила:
— Я просто хочу посмотреть, есть ли свет в коридоре.
— Я с тобой, — повторил Харви. Неожиданно заметив, что он в одних трусах, попросил: — Одну минуточку. — Послышался шорох джинсов.