— Понял. Объяви дежурному — связь открыта.

— Есть объявить.

— И дай вызовы. С переводом. Конец связи.

— Даю вызовы.

Теперь он вспомнит всех, кто искал меня за эти часы и начнёт с ними соединять. Автоответчик ты мой! Я просто умиляюсь от этого монстра, за двадцать часов соскучился.

Ничего неожиданного, прослушивая сообщения, я вваливаюсь в пультовую. О военном положении напоминают только шлюзы между отсеками, которые обычно открыты, да ещё полная тишина в туннелях.

Кто может сидеть в пультовой? Конечно же, Сто двадцать седьмой — начальник астрономической группы Морис Белли. Прекрасный организатор, он проводил все выходы в космос и пока что, тфу-тьфу, всё прошло на удивление гладко.

Мы смотрим, что произошло за время моего выпадания в осадок. Наш телескоп — не театральный бинокль, диаметр его зеркала — около трёх метров, такой может увидеть в космосе горошину, поэтому все детали вражеского корабля зафиксированы с высокой чёткостью. Да, всё так, как сказала Мари. И катер рядом.

— Кэп, надо признаться я не ожидал. К чести их капитана, он не свернул после неудачных выстрелов, не засыпал нас градом ядерных бомб с запрограммированным подрывом, мы бы и не рыпнулись тогда, а ведь мог бы…А теперь смотри, гад, спокойно, как в психическую атаку, прёт вперёд, хотя, впрочем, что ему оставалось ещё? Либо резко свернуть, ожидая выстрела в спину, либо добиваться своего и идти к цели.

— Чего ты удивляешься, Мори? Кто мы ему? Допотопные монстры из прошлого! Он и думать не может, что здесь есть люди, женщины, дети. Хотя, чёрт его знает, наверно, его бы и это не остановило, если вместо "Здрасьте" он шарахнул в нас три ракеты.

Морис провёл не одно совещание со специалистами и мы уже многое знаем о чужаке. Это я прочитал, пока валялся.

Три катера. Один отошел и движется по инерции параллельно. Оба, и катер и корабль, синхронно притормаживают, к нам они движутся, развернувшись задницами, отражателями двигателя, время от времени, тормозя яркими вспышками. Может быть, они хотят разглядеть нас, используя свет тормозного излучения, трудно сказать. Во всяком случае, им самим с такими световыми бликами маскироваться бессмысленно, поэтому наши враги этого не делают, а наоборот, смело пытаются определить наше положение с помощью радиолокации, но что они предпримут, обнаружив Ковчег, сказать трудно.

На трёх крыльях корабля хорошо видны фланцы переходных шлюзов для стыковки и для выхода экипажа, именно отсюда выйдут наши завоеватели с автоматами или с чем-то более совершенным в руках, неся смерть.

Крыльями мы их называем по-старинке, это просто три плоскости для посадки катеров, летать в воздухе эта громадина, конечно не будет. А вот катера, кажется, могут и в атмосфере, судя по их виду.

— Мори, интересно, автоматы будут стрелять в безвоздушном пространстве, при температуре абсолютного нуля?

— Я думаю, Кэп, у них не автоматы. Лазеры, стрелки с ядом, гвозди калёные, всё что угодно, но автоматы — вряд ли. Хотя, за столько лет, наверно могли и автоматы сделать для космоса.

— Сколько им ещё лететь?

— Трудно сказать. Если использовать катера, то ещё часов пятьдесят, а кораблю чуть больше, им же нужно медленно затормозить, чем ближе, тем медленнее они будут передвигаться.

— Интересно, они не могут ловить наши переговоры?

— Вряд ли, всё-таки станция — это сплошной металлический объем, радиоволны не должны выходить за её пределы.

— Когда вы начнёте ложную локацию?

— Когда они будут на расстоянии опасного рассеяния, если их нервы не выдержат и они выстрелят в скалу с Глазом, то обломки скалы разлетятся веером и смогут их повредить.

— Неужели Глаз не жалко?

— Мне себя жалко. И женщин наших. И детей.

Я облетаю станцию, ужинаю в одиночестве, дежурные провожают меня странными взглядами, все напуганы ситуацией, а тут ещё летает начальник, который падает в обморок как девица, занудливо бурчит и придирается к мелочам, однако, я доволен положением дел, потому что боялся худшего.

Боялся, что опять, как после Дня Развода, будет волна психозов и попыток самоубийства, боялся, что беспричинно взбунтуются заключенные, потому что паника — не лучший советчик, я много чего боялся, но пока что Боги, в которых я не верю, к нам милостивы.

День 1238

— Сэр! Мы нашли их!

— Спокойнее! Спокойнее…. Как нашли?

— Локатор, сэр. Где они висели, так там и торчат! Да куда им деваться, сэр! Мы их обнаружили на тридцати Гигах*, направление совпадает с направлением нашего движения, фазовое смещение соответствует картине общего вращения цели, количество отражателей значительно, но сигнал слабый, что и должно быть в случае локации замаскированного объекта, сэр!