А может – вожжи,

То легенда,

То былое,

То ли знамение Божье,

То ли знамя над толпою.

Может – быль,

А может – небыль,

То наместник,

То мессия,

То ли сени перед небом,

То ли сенная Россия…

январь-7.02.93

* * *

Господа офицеры,

Дети нынешней моды!

Вы вернулись с триумфом

И, пожалуй, не счесть,

Сколько пели осанну

Вам в последние годы,

Сколько сложено песен

В вашу славу и честь.

Вы прошли через пламя,

Вы с лихвой настрадались…

Все бы так, но сомненье

Мне забыться не даст:

Господа офицеры,

Разве те, кто остались,

Были в чем-то трусливей,

Недостойнее вас?

Господа офицеры,

Фарисействовать бросьте!

В жизни всяк выбирает

Сообразно душе

Либо шепот березы

На родимом погосте,

Либо почести гостя

На чужом рубеже.

Вы сменили ваш город,

Осажденный напастью,

На безбедно-бездумный

Авиньон или Лилль

И боролись оттуда

С опостылевшей властью,

Находясь от России

За три тысячи миль.

Покорившись безумству,

Подчинившись насилью,

Вы героями стали

На обратном пути…

Господа офицеры,

Вы вернулись в Россию.

Попросите прощенья

Перед тем, как войти!

8.11.1992

З Н А М Е Н И Е

Позабыты имена.

Города скосило пламя.

Стародавняя вина

Забывается с годами.

Но приходят из веков

В тишине ночей весенних

Обесславленных богов

Еле видимые тени:

Молодой задира Хорс

И Сварожич – сын Сварога,

И Семаргл – крылатый пес,

Указующий дорогу.

Так идут они втроем

И невесело вздыхают:

"Почему в краю родном

Нас уже никто не знает?

Разве мало мы добра

Принесли земле греховной,

Что по стрежени Днепра

Были сплавлены, как бревна?

Кто охаян, кто забыт –

Дело мелкое, однако ж

Искалечен Святовит,

Изнасилована Макошь.

Но пройдет немного лет,

И сорвавшим наше знамя

Суждено держать ответ,

Отчитаться перед нами.

Обесчещенных богов

Светлым именем клянемся:

Мы придем из тьмы веков!

Ждите Россы – Мы вернемся!.."

7-12.10.92

* * *

Зряшное дело – оплакивать прошлое,

Снегом ли белым следы запорошены,

Смыты ль водицей…

Нет, не из слез и руин обесславленных,

Нет, не из пепла церквей обезглавленных

Русь возродится.

Сквозь поколения кровь пробивается,

Долготерпение рабством венчается

В тихой сторонке.

Сколько пророкам ни биться, ни тужиться,

Только гражданская доблесть и мужество

Скрепят обломки.

Дети безвинные, люди безвестные

Брошены заживо в глотку разверстую

Века ревущего.

Кровью окрашено жаркое крошево.

Зряшное дело – оплакивать прошлое

В пламени сущего…

февраль 90

* * *

Так что же – умеренность и аккуратность?

Так что же – подставить небитую щеку,

Из множества слов выбирая невнятность

То полуидеи, то полунамека?

Так что же – стоять за щитом ненасилья,

Мусоля угольник и циркуль с пентаклем?

Но мы слишком честны для новой России

И слишком стары для такого спектакля.

Удобнее, право, играться словами

И память Эзопа приемами тешить,

Но духа и тела незримое пламя

Всегда различало живое и нежить.

Сродни бытовому, житейскому блуду –

Пытаться еще раз, опять, многократно

Прославить Христа, не обидев Иуду…