До меня доносится громкий смех Джека, и вскоре он появляется на крыльце, продолжая бросать улыбки кому-то в доме.

– Они здесь. Я спрашивал Бэрроу, – сообщает Джек, подойдя ко мне.

– Ты уверен?

– А вот и Алан! – Джек крепко обнимает меня одной рукой за плечи и ведет по направлению к спешащему в нашу сторону крупному мужчине. Это председатель местного партийного комитета. Мне не нужно спрашивать его, откуда он знает о том, что я буду на вечеринке. И так все ясно.

– Эллен, дорогая! – восклицает Алан, с чувством сжимая мою руку. – Я очень рад, что вы здесь, очень! Что же вы стоите на улице? Пойдемте в дом.

– А Чарльз и Энн уже приехали? – спрашиваю я.

– Э-э… Не знаю. Спросим у Сэлли. Входите, входите.

Мне приходится войти в дом. В холле я обмениваюсь поцелуями с Сэлли, женой Алана. У нее загорелое лицо, одета она в яркое платье, на шее и в ушах драгоценности.

– Эллен! – пронзительно восклицает Сэлли. – Как замечательно, что ты приехала! И… – Она поднимает подведенные брови и попеременно смотрит то на меня, то на Джека. Уголки ее губ трогает улыбка умиления.

Створчатые двери, ведущие из холла в зал, широко распахнуты. Некоторые из находящихся в зале гостей оборачиваются на голос Сэлли. Заметив меня и Джека, они тихо обмениваются друг с другом какими-то фразами. К своему неудовольствию, я не обнаруживаю в зале Чарльза и Энн. Издалека меня приветствует Бэрроу. Он извиняется перед собеседниками и направляется в мою сторону.

Бэрроу говорит, что Энн и Чарльз еще не приехали.

Гнев ударяет мне в голову горячей волной. Я без слов разворачиваюсь, обхожу Джека и направляюсь к выходу. Но уже поздно. У цветочной клумбы я замечаю Чарльза и Энн, которые с нетерпением смотрят на ведущую к дому дорожку. Когда я выхожу из дома, то попадаю в поле зрения Энн. Лицо у нее мрачнеет, губы сжимаются.

– Так вот как! – шипит она при моем приближении. – Вот значит как! И это называется действовать одним фронтом!?

Обратно в Пеннигейт меня отвозит Бэрроу. К счастью, по дороге он не делает никаких попыток заговорить. Лишь возле дома тихо спрашивает:

– Могу я вам чем-нибудь помочь, миссис Ричмонд?

– Думаю, что больше на партийных вечеринках я появляться не буду.

Видимо, Бэрроу понял, что сегодня произошло что-то не то.

– Я вас понимаю, – также тихо говорит он.

Дома меня обволакивает тишина. Перед тем, как отправиться к Джилл за Джошем, я наливаю себе бокал вина и выхожу в оранжерею. Сажусь на скамейку и зачарованно смотрю на деревья в саду, на серую полоску реки, заходящее солнце. Я расслабляю плечи и делаю дыхательные упражнения. Молли права: с Джеком нужно держать ухо востро.

Я возвращаюсь на кухню. Телефон с автоответчиков лениво подмигивает мне красным глазком. После небольшого размышления нажимаю кнопку. Звонок от Леонарда: нужно обсудить ряд вопросов. Звонок от матери школьного друга Джоша.

И вот звонок от Морланда.

Я склоняюсь к аппарату. Вслушиваясь в голос Ричарда, пытаюсь представить себе его лицо.

Неожиданно его слова заполняют всю кухню. Время как будто останавливается. Я перестаю ощущать земное притяжение.

Это произошло.

Кажется, нашли «Минерву».

Четвертый день.

Я просыпаюсь на рассвете. Просыпаюсь мгновенно, с неясным чувством тревоги. И, глядя в сторону открытого окна, прислушиваюсь к звукам.

Ничего. Листья, кажущиеся черными на фоне полутемного неба, безжизненно висят. Ветер окончательно утих. Перед этим в течение трех дней был легкий шторм, и море на горизонте покрывали белые отметины волн.

Значит, сегодня они видимо, попытаются обследовать обломки яхты.

Я принимаю душ и привожу себя в порядок. Тщательно укладываю волосы и делаю макияж. Потом спускаюсь в кабинет и жду, пока можно будет позвонить Морланду. По утрам я стараюсь звонить ему не раньше четверти восьмого. Кажется, пару дней назад я позвонила до семи, и хотя Ричард утверждал, что уже проснулся, голос у него был сонный.

Чтобы как-то занять время, расстилаю на столе карту, которую мне дал Морланд. Я уже выучила ее почти наизусть – глубины и отмели, маяки и буи. Вероятное место гибели «Минервы» Морланд отметил звездочкой. Он использует слово «вероятное», видимо, для того, чтобы в случае неудачи уберечь меня от разочарований. Хотя я не стала бы называть это разочарованием.

Звездочка находится милях в десяти от устья нашей реки в направлении, которое Морланд называет «Норд-ост». Я была убеждена, что в этом месте достаточно глубоко. На карте район обозначен белым цветом. Но Морланд объяснил, что прилегающее к берегам Англии Северное море вообще неглубокое. Рядом со звездочкой стоят маленькие цифры: «22». Это глубина в метрах. Что-то около семидесяти пяти футов. По словам Морланда, такая глубина не создает проблем для спасательного судна. С него будет опущена телевизионная камера, с помощью которой обследуют состояние и расположение останков «Минервы», но для этого море должно быть достаточно спокойным.