Шютт дал длинный гудок и с нарастающим беспокойством посмотрел на японский сухогруз. «Что же там происходит?» – слышалось в протяжном гудке.

Хуан Франкохогар смешал два фунта вареного картофеля, чашку топленого масла и шесть яиц. Затем с помощью двух ложек сформировал картофельное пюре в виде яиц и обжарил их на топленом масле.

От горы банкнот, что высилась перед капитаном, почти ничего не осталось. Он сидел с отрешенным взглядом, лоб его покрывали капельки пота.

– Мне кажется, я кое-что понял, – сказал Фудзикава, – вы любите проигрывать.

– Что? – переспросил капитан. Он неотрывно думал о тех двадцати шести, которых убили Бонне и Мак-Генри.

– Вы получаете тайное наслаждение от проигрыша.

– Что, что?

– Вы много играли в своей жизни?

– Слишком много.

– Вы проигрывали?

– Чаще всего.

– Все понятно, – капитан второго ранга Фудзикава сгреб пачки банкнот в чемодан, – Аригато, аригато!

– Что это значит? – спросил капитан.

– «Аригато» по-японски значит «спасибо». Я благодарю вас.

Капитан бросил на середину стола последние из оставшихся у него банкнот.

– Вы замечательный игрок! – восхищенно воскликнул Фудзикава.

Лицо капитана исказила горькая усмешка.

– Замечательный? За двадцать лет я проиграл все, что у меня было: жену, карьеру, собственность, честь, и даже своего повара.

Они услышали протяжный гудок с парома.

– А теперь, – сказал капитан, – я проигрываю свою жизнь. Прошу сдать карты, мистер Фудзикава!

Фудзикава разложил карты. Капитан открыл валета треф. Фудзикава открыл бубновую даму.

– Аригато, капитан, – печально сказал он.

Снова раздался протяжный гудок с парома.

– Ваш друг опасается, что вы уплывете с нами и с деньгами.

Капитан Хантингтон не ответил.

– Вы должны уйти с нами, – сказал Фудзикава, – или он вас убьет.

– Сейчас единственный для меня выход, – ответил капитан, – это дать ему такую возможность.

– Капитан Хантингтон, я прошу вас. Если вы не уйдете с нами, то я могу высадить вас на берег в нескольких милях отсюда.

– Благодарю вас. Но это не имеет смысла, – он посмотрел на чемодан, в котором лежал один миллион фунтов, из-за которого Бонне и Мак-Генри убили двадцать шесть человек. Ему стало страшно.

Капитан Хантингтон спустился в вельбот. Двое матросов оттолкнули его. Вельбот двинулся через разделяющие суда сто ярдов штилевого моря.

Шютт через рупор окрикнул его с мостика.

– Я не вижу денег. Где деньги?

Капитан посмотрел на него, задрав голову.

– Где Бонне и Мак-Генри? – крикнул он.

– Они мертвы, – ответил Шютт, – я убил их.

Капитан почувствовал признательность Гэсу. Он был рад, что Гэс сделал это без него.

– Черт побери! Где деньги? – крикнул Шютт.

Капитан выключил двигатель.

– Мне очень жаль говорить тебе это, Гэс, – крикнул он, – но, видишь ли, денег нет. Я проиграл их.

– Проиграл? – Шютт не понял, о чем идет речь. Его компьютеры ничего не говорили об игре. – Что ты имеешь в виду? Где? Каким образом?

– Какая разница, Гэс. Денег больше нет. Я их все проиграл.

– Миллион фунтов? – его голос гремел через рупор, словно трубный голос ангела смерти. – Ты проиграл миллион фунтов? – до него начало доходить. – Ты проиграл мои деньги?

– К сожалению да, Гэс.

Шютт был вне себя. Он отшвырнул рупор и заметался по мостику. Где пулемет? Но это был не военный корабль. Его пистолеты! Он выхватил один из пистолетов и прицелился.

Капитан спокойно поднял руку.

– Не спеши, Гэс! – крикнул он. Ты заслужил большего, чем просто убить меня.

Шютт насторожился.

– Я проиграл твои деньги и теперь хочу поставить на кон последнее, что у меня осталось, – свою жизнь.

– Какого черта? Что ты имеешь в виду? Что у тебя осталось?

Вельбот был совсем близко от борта.

– Только моя жизнь. И мы на нее сейчас сыграем. Я буду кружить на вельботе вокруг судна, стоя у руля. Если ты сможешь меня убить, ты выиграл. Но если ты не сможешь меня убить за два полных круга, тогда мы квиты – более или менее, и я уйду на этой посудине к берегу.

– Скотина! – заорал Шютт в ярости. – Грязная скотина!

Он начал беспорядочно стрелять из «Люгера».

Капитан тронул вельбот, описывая свой первый круг вокруг «Бергквист Лауры». Шютт бросился с мостика в солярий и начал стрелять оттуда, на этот раз он уже целился. Когда вельбот скрылся за кормой, он сменил пистолет и снова бросился на крыло мостика, на ходу меняя магазин в первом пистолете.