— Уходи оттуда! — заорала я.

Конечно, Лекс не услышал. Этот придурок забрался на бота, как обезьяна, и принялся стрелять в то место, где серебро размягчилось. Глупый, у тебя же обычные патроны! И я не могу выстрелить, боюсь зацепить его. Бот закрутился на месте, его правая пушка посинела, заливая землю жидким азотом. Земля словно покрылась туманом. Лекс, только не прыгай вниз.

Лекс все еще стрелял, а я бесполезно летала вокруг бота. Внезапно деревья в прилегающей роще затрещали. Оттуда вывалился бот-охотник. Этот трехметровый железный урод считался самым опасным из известных ранее. Он передвигался по принципу животного на четырех лапах, разница в том, что эти лапы были заряжены под завязку.

— Лекс! — снова заорала я, — отвлеки от меня Аргобота!

Он кивнул и снова прыгнул машине на голову. Я выпустила ракету. Прямое попадание в корпус охотника. Вмятина осталась приличная, но тварь еще боеспособна. Жуткий скрип железа заставил меня отвлечься. Лекс прострелил Аргоботу глаза. Он — гений. Теперь эта махина будет ориентироваться только по датчикам движения, а значит, у нас появилось преимущество.

— Лекс! Прыгай назад! — крикнула я, махнув ему рукой.

Он оттолкнулся, но не допрыгнул и приземлился прямо под носом у бота-охотника. Тот дернулся, чтобы раздавить Лекса многотонными ногами, но вампир оказался проворнее. Он прошмыгнул прямо под его корпусом и оседлал бота, как лошадь на родео. Аргобот активировал огнеметы. Он целится в охотника, от которого идет единственное на земле движение. Но там Лекс… Глупый вампир!

— Уходи!! — заорала я.

Пламя охватило охотника, дым поднимался в небо непроглядной стеной. Я висела в воздухе, ничего не видя.

— Боже мой… — прошептала я, — Лекс… Не может быть…

Глаза намокли, я хотела спуститься, но не могла. Где-то там в этом огне, в дыму может быть он. Но там же и Аргобот. Он еще опасен.

— Леекс!!! — изо всех сил заорала я.

Ничего. Опять ничего. Он может быть еще жив. Я спустилась ниже, дальше нельзя, иначе машина просто достанет до меня, даже не стреляя. Ничего не видно, только дым и огонь внизу. Я должна найти Лекса. Но как? Остается только звать.

— Лекс! Я здесь! — снова закричала я, — Лекс!

Он выпрыгнул из дыма прямо на нос вертолета, врезавшись в лобовое стекло. От неожиданности я едва не потеряла управление, вертолет качнуло. Вампир едва не свалился. Я постаралась выровнять и развернула вертолет, чтобы вылететь из дымовой завесы. Вдруг что-то ударило сверху прямо в винт. Вертолет начал терять высоту. Бот был рядом. Я его не видела, а он задел нас, просто разворачиваясь.

Я еще пыталась выровнять, но вертолет отказывался слушаться. Все датчики сообщали о потере высоты и прочих отклонениях. Кто-то выхватил меня прямо из кресла. Мгновенье в свободном полете, плавное приземление, и мы уже на земле. Лекс осторожно опустил меня на землю.

— Все хорошо? — взволнованно спросил он.

— Да, а ты…? — я все еще не верила, что он передо мной, весь грязный, но живой.

Он усмехнулся.

— В норме. Правда, чуть не поджарился.

Позади нас раздался страшный грохот. И Аргобот тут же направился в сторону нашего упавшего вертолета.

— Лекс, отвлеки бота, я в вертолет! — я рванула к дымящейся машине.

— Куда?! — Лекс схватил меня за руку, — Он сейчас взорвется!

— Там оружие, еда, все! Я успею!

Он отпустил, а я со всех ног рванула к вертолету. Лекс запрыгнул на бота, тот закружился в тридцати метрах от меня. Я вошла в смятую кабину. Еда, оружие… Я схватила несколько сумок с моими пайками и фляжками вампира и два автомата. Возможно, пока я отнесу это, все остальное взорвется. Я оттащила еду и оружие на двадцать метров и снова вернулась в вертолет. Салон наполнился дымом. Надо спешить. Я сгребла одеяла и спальные мешки, в них же насовала оружия. Ноутбук…Надеюсь, пострадал не сильно. Я выволокла одеяла и мешки из вертолета. Тяжелый улов… Позади раздался взрыв. Лекс умудрился запихать в шейный стык взрывчатку. Еще один взрыв. На этот раз загорелся вертолет. Что там за лобовым стеклом? Танин зайчик… В голове зашумело, я схватилась за лицо. Я вытащу его оттуда, я обещала вернуть… Я кинулась к горящему вертолету, но Лекс перехватил меня.

— Отпусти меня! — вырывалась я.

— Ты сдурела?! — заорал он, — Ты все вынесла!

— Не все! Там Танин зайчик!

— Это так важно? — спокойнее спросил он.

Я судорожно кивнула.

— Жди здесь. Жариться, так жариться…

Вампир скрылся в горящей машине. Я в нетерпении топталась на месте. Ну где он, где?! Вот он! Лекс выскочил из вертолета с игрушкой в руках. Он откашлялся и протянул ее мне. А я бросилась ему на шею и крепко обняла. Он замер, словно окаменел, а через мгновенье тоже обнял меня, но куда осторожнее, чем я.

— Спасибо, — прошептала я ему на ухо.

— Не за что, — ответил он.

— Нет, есть.

Я отстранилась от него. Он, улыбаясь, смотрел на меня. Его одежда обгорела, кожа местами почернела, и все равно он показался мне безумно красивым. Снова жутко захотелось поцеловать его. И, кажется, он тоже хотел этого. Я мягко провела ладонью по его щеке, он не шевелился, продолжая смотреть мне в глаза. Я плавно обвила рукой его шею. Наши губы снова так близко, совсем рядом. Я вижу, как он хочет этого… Ну же, Ольга, ты сможешь… Он коснулся моей талии. Я потянулась к нему. Сантиметр, полсантиметра, почти… Снова оглушительный грохот. Я отскочила, как ошпаренная. Лекс оскалился и занял оборонительную стойку. Только сейчас Аргобот, добитый взрывчаткой Лекса, рухнул недалеко от горящего вертолета. Я нервно засмеялась, психика ни к черту. Лекс тоже расслабился. Он улыбнулся и подошел ко мне. Он взял меня за руки и снова обнял. Я плавно отстранилась.

— В чем дело? — в недоумении спросил он.

— Прости, — отвернулась я, — Не могу.

Я присела около той кучи оружия, еды и вещей, что успела спасти, и принялась раскладывать все это по рюкзакам. Спиной ощущаю его взгляд. Идиотка. Не хватало Валькирии влюбиться в вампира, во врага. Но разве Лекс все еще враг? Вампиры — враги. Лекс — вампир, причем их главный. Значит, Лекс — враг. Дедукция. Неправильная это дедукция. Должны же быть исключения из любых правил.

Через минуту Лекс присел около меня и начал молча помогать. Я старалась не смотреть на него, он на меня. Обиделся. Пусть упрекает меня в расизме. Но разве меня нельзя понять? Последние годы я только и делала, что убивала его собратьев. А как иначе, когда я для них — пища. Они бросались, я защищалась. А лучшая защита, как известно, нападение.