К этому времени значительно выросла на несколько очень важных пунктов убежденность в неоспоримом превосходстве германского оружия. Если раньше только небольшие группы гражданских беженцев тонкой струйкой уходили из Каира, то теперь это движение превратилось в мощный поток. Порт в Суэце постоянно задыхался от транспортных пробок, а коренное население Египта стало все в большей степени демонстрировать свое, до этого скрываемое, враждебное отношение к англичанам. Самолеты военно-воздушных сил Великобритании все еще были способны одержать ряд впечатляющих побед в небе над Египтом, но в общем и целом боевая результативность их вылетов падала день ото дня. Потеря военно-воздушных баз под Александрией губительно сказалась на операциях военно-воздушных сил как по их частоте, так и по согласованности проведения, а сгустившаяся над Каиром атмосфера приближающегося кризиса породила массу новых проблем. Никто не станет отрицать, что военные штабы всех уровней продолжали работать спокойно и деловито, но после того как неудача постигла такое большое количество планов сражений, которые были разработаны в них, штабисты не могли избавиться от очень губительного ощущения, что у них постоянно что-то идет не так, как надо, а они совершенно бессильны точно установить, что же это такое. Настроение в Ставке главного командования было унылым, даже оптимизм Александера и сведения о подходе крупного подкрепления (включая 300 новейших танков «Шерман» из США) не могли убедить их, что лучший план предстоящих военных действий должен представлять собой успешные действия в обороне на севере, а не унизительное отступление еще дальше на юг.

В этих условиях Роммель пришел к выводу, что у него хватит сил, чтобы держать под своим контролем 8-ю армию и Ставку главного командования в Каире, в то время как части Африканского корпуса пересекут Синайскую пустыню и нанесут несколько новых решительных и смелых ударов по плохо укрепленному району обороны 9-й армии в Палестине. Уже к 15 августа его передовые танковые части смогли войти в Иерусалим, несмотря на вдохновенное (хотя и неподобающе многоконфессионное) сопротивление, оказанное частями Арабского легиона, еврейской Хаганой, индийской пехотной бригадой и подразделениями британских полицейских сил в Палестине, набранных в основном из жителей пресвитерианских кварталов центрального Белфаста. Однако все попытки организовать оборону оказались совершенно тщетными, и к вечеру следующего дня город окончательно перешел под контроль вооруженных сил стран «оси». Захватив Иерусалим, Роммель получил возможность сделать еще одну тактическую паузу, давая своим войскам возможность закрепиться на отвоеванных позициях и в районах, окружающих их. Во время этой паузы он, к своему удовлетворению, получил дополнительные подкрепления из Германии в виде новых авиационных и пехотных частей, а также боеприпасов и иных видов довольствия. Однако значительно меньше обрадовало его известие о том, что к нему также высылается специальный отряд эсэсовцев, чтобы «оказать помощь в решении еврейского вопроса».

Наверное, совсем не случайно, что пауза в военных действиях, которую позволили себе сделать страны «оси» в конце августа, по времени совпала с рядом серьезных изменений в политике, проводимой странами-союзницами. В первую очередь, Сталиным в самой категорической форме было отклонено предложение Черчилля о визите в Москву с целью дальнейшего упрочнения отношений между союзникам. Сталину очень не нравилось, что Великобритания, судя по всему, больше не сможет обеспечивать прикрытие не только его южного фланга, но даже и поставки по ленд-лизу, осуществлявшиеся через Персию. Историки весьма нередко высказывают предположение, что фактически в этот решающий момент союзные державы проиграли Вторую мировую войну.

Во-вторых, поскольку теперь стало очевидно, что вся Северная Африка стала территорией, полностью контролируемой странами «оси», нужно было радикально решать вопрос о том, как поступить с армадой, составленной из боевых кораблей Великобритании и Соединенных Штатов, которую планировалось в ноябре привести к берегам Алжира и Марокко. Помимо всего прочего, было известно, что в Александрии немцы получили в свое распоряжение папки с секретными документами, в которых содержался весь план действий армады, и в результате этого полностью терял свое значение фактор внезапности. Поэтому половина флотилии вторжения была возвращена в Англию с тем, чтобы пополнить войска вторжения, готовящиеся высадиться во Франции в каком-то неопределенном будущем. Другая половина, включая тактические штабы Эйзенхауэра и Паттона, была направлена в Суэц долгим кружным путем вокруг Африки. Это делалось с тем, чтобы эти войска повернули течение войны в Египте, но, увы, к тому времени, когда они прибыли туда, вся обстановка сильно изменилась в худшую сторону, и их пришлось послать еще дальше — на этот раз в Бирму, где их в шутку приветствовали как пришедших из почти кругосветного путешествия.

Последний акт драмы на Ближнем Востоке начался в первых числах сентября, когда Африканский корпус сделал новый бросок вперед, напав на этот раз на базирующуюся в Ираке 10-ю армию генерала Мэйтленда Уилсона по кличке Джамбо. И снова войска Роммеля увидели перед собой противника, который демонстрировал высокий боевой дух и стойкость, но не имел должной организации и хорошей координации действий. Например, индийская 31-я бронетанковая дивизия, вероятно, могла бы с доблестью обороняться от наступающего противника, если бы не то обстоятельство, что на деле у нее совсем не было танков. Точно так же храбро сражался каждый пехотный батальон XXI индийского корпуса, взятый в отдельности. Однако корпус не располагал ни резервными стрелковыми частями, ни корпусным артиллерийским резервом, чтобы оказать поддержку обороняющимся батальонам. У него также не было согласованного плана обороны, чтобы справиться с масштабами и силой немецкого удара. Но даже и в этом случае сражение вылилось в тяжелую и изнурительную кампанию, которая закончилась только 23-го октября, когда фельдмаршал Эрвин Роммель смог наконец послать в Берлин свою последнюю и решающую телеграмму, которая гласила: «С этого дня и Багдад, и нефтяные поля находятся в руках танковой армии «Африка».

Не прошло и часа, как он наконец-то получил право на отдых, поднялся на борт самолета и полетел домой, чтобы провести давным-давно заслуженный двухмесячный отпуск вместе со своей женой, своей дорогой Лу.

Вплоть до 1 июля включительно все военные операции, о которых я рассказываю здесь, протекали точно так, как это здесь описано, за исключением перестановок в британском главном командовании. Отставка, о которой просил Окинлек в своем рапорте от 23 июня, не была принята, и таким образом генерал Александер получил возможность продолжить свое возвращение в Великобританию. После этого Окинлек возглавил 8-ю армию и победил в трудном сражении под Эль-Аламейном, где чаша весов склонялась то в ту, то в другую сторону, но окончательный перевес оказался на стороне англичан. Однако уже к 8 августа он был снят со своей должности после того, как ему не удалось развить ту важную для англичан победу в успешное контрнаступление. На репутацию Окинлека также бросало тень подозрение в том, что его готовность к «гибкой» обороне означала готовность не только отступать до самого Каира, но и оставить Каир. Последнее обстоятельство вызывало самый большой шок у завсегдатаев теннисного клуба «Джезира». Окинлек допустил также массовое сожжение секретных документов в «Пепельную среду» 1 июля, которое было проведено так, что сам собой напрашивался вывод о готовящейся эвакуации, и это способствовало возникновению паники. В силу этого обстоятельства, когда генерал Алексаидер был назначен главнокомандующим вооруженными силами Великобритании на Ближнем Востоке, ему пришлось недвусмысленно заявить: «Больше никаких отступлений», и многие сожалели о том, что эти слова не были сказаны гораздо раньше. Что же касается Громовержца Готта, то он действительно и в то же время был назначен на должность командующего 8-й армией. Однако самолет, на котором он летел из Бомбея, был сбит, и Готт погиб до того как он принял этот пост. После этого командование 8-й армией было передано одному из проживающих в Англии и наделенных большим самомнением приятелей Брука.

Начиная со 2 июля и далее первое сражение за Аламейн шло совсем не так, как то, что явилось плодом моего вымысла. У меня Роммель выигрывает его, приняв решение повернуть на юг и нанести удар по двум английским бригадам, развернутым в двух укрепленных районах, брошенных на произвол судьбы. На самом же деле, благодаря реалистичной политике Окинлека и его готовности маневрировать, эти бригады были отведены дальше на восток. Фактически Роммель уже был побежден, когда он усугубил неудачу своих войск, решив прийти на помощь 90-й легкой дивизии, которая воевала на северном фланге. Однако, если бы вместо Окинлека сражением руководил Александер, мы могли бы сделать предположение, что в этом случае британская защита своей линии обороны оставалась бы несгибаемо твердой и свободной от неверного и в принципе гибельного представления, появившегося в ревизионистских работах, посвященных 8-й армии, по утверждению которых готовность Окинлека рассматривать в том числе и возможность дальнейшего отступления губительно действовала на боевой дух войск во всем Египте, а также в вооруженных силах в целом.

Agar-Hamilton, J.A.I., and Turner, L.C.F, Crisis in the Desert, May — June 1942. Oxford UP, Cape Town, 1952.

Barnett, Cornelly, The desert generals. Kimber, London, 1960. Greacen, Lavinia, Chink, a Biography. Macmillan, London, 1989; Чинк — это было прозвище, данное генералу Эрику Дормэн-Смиту, одному из офицеров штаба Окинлека.

Mellenthin, F. W. von, Panzer Battles. Cassell, London, 1955.