Возвращаясь вечером от друида, Эллис больше всего опасалась, что Ксаниэль не станет терпеть и призовет ее к ответу уже сегодня вечером, до сих пор он не расспрашивал ее всерьез, только потому, что сам уставал безмерно. Она специально задержалась сегодня подольше в надежде застать мужа уже сладко спящим, но когда она осторожно вошла в спальню, кровать оказалась пуста, в гостиной тоже никого не было.

– Странно, – сказала едва слышно Эллис,

– интересно, где Ксаниэль находится в такое время, неужели, решил отметить окончание дел с очередной любовницей.

Мысленно Эллис перешла на гномий язык, и поинтересовалась у замка, где ее муж. Несколько дней назад она обнаружила, что замок слышит даже ее мысленную речь на языке гномов, а еще с ним можно общаться, только отвечает он не словами, а мысле-образами. Ксаниэль оказался в своем кабинете, более того замок сообщил, что к нему только что вошел Кэриен. Уже проверенным способом Эллис решила послушать, о чем в столь поздний час говорят эти двое, не забывая осуществлять все положенные приготовления ко сну.

– И чего не тебе не спиться, мой король? – сказал Кэриен вместо приветствия.

– Кэр, если ты и вправду мой друг, то прекрати меня так называть, мне хватает и моей дражайшей супруги.

– Ты случайно вызвал меня столь поздно не для разговора о ней?

– Кэр, я завидую твоей догадливости. Посмотри на часы, когда я заходил в кабинет, а это произошло всего 10 минут назад, она еще не появлялась в покоях.

– Ты ее в чем-то подозреваешь? – Эллис показалось, что голос Кэриена прозвучал странно.

– Нет, но мне очень интересно, где до глубокой ночи пропадает Эллис, а еще, почему она приходит такой уставшей, что засыпает, едва ее голова касается подушки.

– Ксан я, конечно, самый грозный глава внутренней и внешней разведки, – Эллис едва не споткнулась на ровном месте, от такой весьма интересной новости, – за последнюю тысячу лет, но мне кажется, муж должен сам разбираться со своей супругой.

– Кэээр, – Ксаниэль произнес имя друга таким медовым голосом, что даже Эллис стало не по себе, – неужели ты бросишь лучшего друга на растерзание это демоницы?

– Да, ладно я пошутил! Кстати, а это верно подмечено, ей стоило родиться демонесой, мне сразу вспоминается их выходка с Багирой, на последнем балу, даже я им поверил!

– Не напоминай, она тогда очень вовремя сбежала, иначе я бы задушил ее собственными руками, такого позора я еще не переживал, хорошо, что к этому основа договоренностей уже была достигнута, и повелители покинули нас.

– Ксан ты преувеличиваешь, по моему их шутка большинству понравилась, их приятелю демону уж точно.

– Не говори мне про этого смазливого повелителя!

– Ксан, не того ты опасаешься.

– Ты о чем? Я чего-то не знаю?

– Нет, просто Рен тебе не соперник, он лишь друг, именно так воспринимает его Эллис и именно так воспринимает ее он сам. Рен увидел в твоей супруге демонессу, соратницу по веселью, а их флирт при тебе, это лишь очередная выходка с целью позлить тебя, заставить ревновать, посмотреть на твое вытянувшееся лицо и тому подобное. На твоем месте я бы опасался повелителя драконов.

– Ты шутишь Кэр, что бы дракон влюбился в человечку, тем более проживший не одну тысячу лет, между ними такая бездна времени!

– И, тем не менее, твоя супруга очень понравилась сапфировому дракону, и вот его ухаживания за ней были отнюдь не игрой. – Услышав это Эллис всерьез обеспокоилась тем, что Кэр может нарушить свое слово, и рассказать Ксану о их разговоре на пляже.

– Возможно, но Кэр, нелюдь покинула нашу страну, и теперь объявится не скоро, я думаю, лет на пять они про нас и думать забудут, а за это время мои отношения с Эллис наверняка наладятся, и опасаться будет нечего.

– Хотел бы и я быть таким оптимистом.

– Кэр, прекрати, ты увел разговор совсем не в ту сторону, ты должен как можно скорее узнать, чем занимается Эллис целый день. – Судя по звукам, донесшимся после этих слов, до Эллис, кто-то куда-то стал собираться.

– Все будет сделано в лучшем виде, – Эллис почувствовала, как открылся потайной проход, – постой, ты куда, Ксан?

– Как куда, к фрейлинам моей супруги, от нее, по крайней мере, сегодня дождаться тепла и ласки мне не светит, у меня и так со всеми этими гостями было месячное воздержание. И не смотри на меня так, боюсь, моя супруга моей верности ей не оценит, а я лишусь последней радости в этой жизни. К тому же она сама пропадает неизвестно где.