Трент давно уже не называл ее «ma petite chatte». Амбер однажды спросила Джексона, что значат эти слова. Тот усмехнулся:

— Это значит «киска». Капитан рассказал мне как вы царапались той ночью, когда он затащил вас на корабль.

Амбер догадалась: Трент вновь начал называть ее киской, потому что в последнее время она стала своенравной и капризной.

Вздохнув, девушка печально подумала: «Плевать мне на одежду! Сейчас я хочу одного — сойти поскорее на берег с этого постылого корабля!»

Сопоставив кое-какие факты, Амбер поняла причину своего дурного самочувствия и скверного настроения. И тут ее охватил страх.

Амбер Лини Кенсингтон уже не сомневалась, что беременна!

«Морской цветок» медленно входил в порт Гаваны. Амбер волновалась. Наконец-то после многих недель утомительного плавания она почувствует землю под ногами. Когда-то се треножила даже мысль о поездке в Лондон, но теперь девушка находилась очень далеко от родных мест и успела многое повидать. Она видела остров в Атлантике, людей в тех портах, куда заходил «Морской цветок». Теперь ей тоже предстояла встреча с новой страной.

Представляя себе Гавану, Амбер размышляла о том, что там посмотреть и сделать. Трент неоднократно предупреждал: «Это не Лондон, дорогая, и боюсь, ты разочаруешься. Магазины здесь совсем иные». Однако она возражала, что главное — иметь возможность посетить их.

Облокотившись на поручни, девушка осматривалась в очертания города. Щеки ее пылали от возбуждения, она нетерпеливо ждала, когда Трент спустится с ней на пристань.

Но он огорчил Амбер, сказав, что сначала должен проследить за разгрузкой товара и только потом сможет сопровождать ее.

— Без меня никуда ни шагу, — заявил он, и девушке оставалось лишь разглядывать прибрежную часть Гаваны с палубы корабля.

— Лебланк! Лебланк! — раздался крик с пристани, и Амбер увидела молодую, очень привлекательную женщину, махавшую платком. Ее черные блестящие волосы свободно ниспадали на плечи. Юбка едва прикрывала колени, а сквозь разрез были видны загорелые бедра. Блузку заменяла полоска яркой материи, завязанной на груди. «Да она почти голая», — возмутилась Амбер.

Трент сбежал на пристань, и темноволосая красавица кинулась ему в объятия.

— Мария! — радостно воскликнул Трент. Девушка закрыла ему рот поцелуем.

Амбер стиснула зубы, впервые в жизни испытав острую ревность. Она заметила, что Трент неравнодушен к своей знакомой. Амбер вцепилась в поручень, жалея, что это не шея Лебланка!

Между тем девушка не выпускала Трента из объятий.

— Дорогой! Я счастлива, что ты снова со мной! Мы так давно не встречались! — возбужденно говорила Мария. — Долго ли ты здесь пробудешь?

— Всего неделю, Мария. Я должен разгрузиться, потом взять партию табака и вернуться в Лондон. А как у тебя дела? Где твой брат?

— Карло скоро придет. А я не могла ждать и, увидев твой корабль, бросилась тебя встречать! Господи, Трент, как я скучала по тебе! — Мария вновь прижалась к Лебланку.

Амбер ударила кулаком по поручню. «Ах ты негодяй! — возмутилась она, и ее глаза потемнели от злости. — Я вынашиваю его ребенка, а он флиртует с другой женщиной, будто меня нет на свете! Да как он смеет!» Она повернулась и пошла в каюту, так и не узнав, чем закончилась сцена на пристани, но потеряв покой.

Трент поспешно расцепил руки Марии и отстранил ее от себя. Девушка удивилась:

— В чем дело, Трент? Ты не рад встрече? Неужели забыл о том, как чудесно мы проводили время?

Мария недоумевала, видя перед собой совсем другого человека.

— Прости, я не хотел огорчать тебя, но ты должна знать: я уже не прежний Трент Лебланк. Многое изменилось, и я уже не потащу тебя в постель. Появилась женщина, которая принадлежит только мне и всегда будет рядом со мной. Она на борту корабля, и, кроме нее, мне никто не нужен.

Мария не верила своим ушам. Капитан Трент Лебланк не имел недостатка в женщинах, но ни одна из них не покорила его сердце.

— Не дразни меня, — прошептала девушка. — Скажи, что просто пошутил.

Она опять приблизилась к Т ренту и хотела обнять, но капитан отстранил ее.

— Нет, Мария, я не шучу. Не привлекай к нам внимание. Мне пора работать, давай разойдемся.

Т рент говорил неторопливо и сдержанно.

— Но, Трент, — настаивала Мария, — почему я не могу быть твоей женщиной? Я с удовольствием отправлюсь с тобой куда угодно и даже готова остаться на твоем корабле. Помнишь, мне всегда удавалось ублажать тебя!