Обрадовался Желудёк: вот и дом для меня!

Он быстро выскреб ямку в мягкой ножке гриба, забрался в середину и давай громко кричать:

Прибежали братья-муравьишки, прискакала земляная блоха, потом появилась мышка, за ней жучки и козявки.

— Смотрите, какой дом я за ночь выстроил! — хвастался Желудёк.

— Ты и вправду хороший строитель, — похвалили Желудька братишки-муравьишки. — Дом хоть куда — стены белые, крыша красная.

— Так только я умею красить! — не унимался Желудёк.

Весь день вокруг необыкновенного домика толпились любопытные. Кутерьма утихла только к вечеру. Последней уползла улитка. Тогда Желудёк залез в свой домик, снял шапочку и улёгся спать.

На другое утро Желудька разбудил веселый смех. Кто же это там смеётся? Человечек вылез из гриба и осмотрелся. Около его дома опять собрались крот, мышка, стрекоза, земляная блоха, муравьи и жуки. Приползла улитка, даже дождевой червяк высунулся из земли. Все показывали на домик и хохотали так, что трава колыхалась. Тут Желудёк тоже посмотрел на свой домик и замер от удивления. Что такое случилось за ночь с его замечательной постройкой? Сегодня дом выглядит совсем иначе — скривился на один бок, крыша покорежилась, стены стали серыми и рыхлыми.

— Хи-хи-хи! На что стал похож этот чудный дом? — засмеялась стрекоза, шелестя крыльями.

— запели остальные.

Желудёк бросился спасать свое жильё. Наломал стеблей конского щавеля и тимофеевки, с трудом притащил их к домику. Как умел, подпер покосившуюся стену, тотчас же юркнул внутрь и больше не показывался. Сегодня его совсем не радовали любопытные зрители!

На следующее утро, когда над городком Травушкиным ещё висели капли росы, кто-то начал вопить тонким голосом:

— Ай-ай-ай! Спасите, помогите!

Жители городка узнали голос человечка и бросились на помощь. И жуки, и братишки-муравьишки, и мышки, и стрекоза, и крот — все побежали спасать Желудька.

А случилось вот что: новый дом рухнул и придавил хвастунишку.

Крот схватил лопату и давай откапывать Желудька. Остальные взялись помогать кроту. Кто отгребал трухлявые остатки гриба, кто уносил их подальше. Чуть дыша, выбрался Желудёк из-под развалин своего дома.

— Сейчас мы тебя спасли, — сказал крот, опустив лопату. — Но в другой раз строй дом попрочнее. Любую работу надо делать на совесть, а не как попало!

Что Желудьку ответить? Он свой дом и не строил вовсе, тот сам появился… Опустил человечек голову, стыдно ему стало: наверно, теперь все будут над ним смеяться.

Надвинул Желудёк на глаза свою дырявую шапочку и выбежал из городских ворот.

— Подальше от этого Травушкина! — на бегу бормотал себе под нос человечек.

Наконец город остался далеко позади, а совсем запыхавшийся Желудёк добрался до ручья. По обеим сторонам его, как огромные сабли, стояли стебли аира, тростник ощетинился острыми пиками, а между этими зарослями весело булькала по камешкам вода. Желудёк остановился у самой воды, посмотрел, как течение несёт лепестки и соринки, тяжело вздохнул.

— Все надо мной смеются. Уйду я отсюда куда глаза глядят.

Тут он заметил гладкую щепку, которую течение прибило к берегу. Человечек быстро отыскал обломок камышового стебля, схватил его под мышку и прыгнул на щепку. Та закачалась от тяжести.

— Плыви, мой плот! — сказал Желудёк и оттолкнулся от берега своим камышовым шестом.

Легко покачиваясь, плот нёс Желудька по течению, мимо аира и водорослей, мимо замшелых камней и хохлатых камышей.

А течение становилось всё быстрее. Оно вырвало у Желудька из рук весло и погнало плот дальше.

Человечек схватился обеими ручонками за край щепки и держался что есть силы. Но белая пена подхватила его вместе с плотом и швырнула в бурлящий водопад…

Много времени прошло, прежде чем течение снова вынесло Желудька на берег. Плот исчез. Но это полбеды! А вот что стало с самим путешественником?

Желудёк больше не похож на весёлого человечка. Ручонки оторвались, бок разбит, ножки отломались и уплыли вместе с башмачками. Шапочка, и та лежит на другом берегу, расколотая пополам… Желудёк не в силах даже пошевелиться. Он лежит так долго-долго… Рядом растёт приветливая светло-голубая былинка. Она иногда склоняется и ласково гладит израненного Желудька.