— Джинни как-то говорила, но всех я не запомнила.

— Имена… Порой в имени скрыто так много смысла, что это определяет натуру человека. Вот твоё имя — Вар-вара, обозначает иноземку, варварку, человека другого племени. И Пери имена давались не просто так. В них заклю-чен сакральный смысл, особая суть: Айна — взор; Камар — луна; Саида — госпожа; Суфия — мудрость; Халида — бес-смертная; Малика — владычица; Джинан — сердце души. Саббах выбрал ту, которая в силу своего предназначения, лег-че всего поддалась на лесть и обещания могущества. Ох, не вовремя Рыська расколдовал последнюю Пери. По моим сведениям, сила у них вот-вот должна закончиться. А тут Джинан её нашла. Подарок с небес!

— Как это, закончится? Они её, то есть силу эту, не навсегда получают?

— Чужая сила со временем истощается, так как оторвана от источника. Увядает, словно цветок без корней… Хватает её лет на сто — сто пятьдесят, максимум — двести.

— Ну, ничего себе!

— Для чародея это очень мало. А если им ещё и на двоих делить пришлось…

— Ты их ещё пожалей! — вскрикнула я. Кощей с удивлением уставился на меня. Только я не поняла, что его больше поразило: всплеск моих эмоций или панибратское обращение на «ты». — Извините, — на всякий случай сказала я. Нет, всё-таки левая сторона у него какая-то неживая.

— Чего мне их жалеть? — проворчал он. — Мне тебя от всего этого оградить надобно!

— Меня?

— Именно тебя! Вы вчера им себя продемонстрировали?

— Было дело… Но Саббаха я не видела.

— Зато он тебя великолепно видел.

— Я что-то такое чувствовала.

— Ага… Вы вчера, между прочим, чуть не попались. Они вас уже ждали. Снадобье приготовили.

— Какое снадобье? Это шербет что ли?

— Да, с сонным зельем смешанный. Свою беременность благодари, что живыми оттуда ушли.

— Так это…, - до меня дошло, что вчерашний приступ недомогания спас нам жизнь. И Джинни уснула не про-сто так, а в результате коварного покушения. И то, что ей, действительно, грозит опасность! И то, что она не отсту-питься… — Она не отступиться, — поделилась я своими умозаключениями с Кощеем.

— Это её дело, — равнодушно ответил чародей. — Главное, что бы ты во всё это не влезала!

— Ну-у-у, ты-ы-ы!!!

— Не возмущайся! Ты принадлежишь этому миру! Ты ему нужна! Ты нам нужна… живая, здоровая. В сен-тябре день Рода.

— И что, — зло осведомилась я. — Меня что-то ожидает в этот день?

— Ожидает, — тихо подтвердил Всевед.

— Ну, не молчите. Что мне ещё припасли? — опять игры в прятки… Злость накатывала волнами, и меня понес-ло. — Катание на Хмаре без страховки? Подбивание на ходу копыт у полканов? Укрощение пьяного Цмока?

— Ты не устаёшь меня поражать, — покачал головой Кощей.

— Ха! Значит, всё-таки Цмок…

— Не Цмок, а его пещера.

— Шутите? Генеральная уборка? Мелкий ремонт потолка? Вынос скелетов? — всё больше распалялась я.

— Варя! — чародей хотел ещё что-то сказать, но лишь беспомощно хватал ртом воздух. Потом резко вскочил и выбежал из избы.

В окошко заглянул встревоженный Май.

— У тебя всё в порядке?

Я кивнула.

— Ты давно тут… подслушиваешь?

— Давно. А это, в самом деле, Кощей Бессмертный?

— Он мне паспорт не показывал. Спроси у Яги. Кстати, она знает, что ты тут… шпионишь?

— Конечно. Сама послала. Сказала, к какому окну идти. Мировая тётка!

— Андрей, — пожурила я супруга, — она не тётка, она… женщина.

Муж не ответил мне, нырнув обратно, а в горницу вошёл недовольный Кощей в сопровождении Яги.

— За подмогой сходил? — я смерила Всеведа изучающим взглядом. Какой же он худой! Скелет толще. В чём только душа держится? О чём это я? Какая душа у Кощея Бессмертного? Но, если у него нет души, то, что тогда есть?

И тут я поняла про него всё. Бессмертный он… Как есть — Бессмертный… На самом деле — Бессмертный! И нет никакой иглы — смерти его. Ибо не может умереть то, что не живёт! Или живёт наполовину. Вот почему у него неподвижна левая сторона. Она мертва. Мертво сердце, мертво лицо… Он одновременно и навь, и явь. Он — граница, межа, страж.

Всевед замер под моим взглядом. Не знаю, что он подумал, но взор его стал тяжёлым, и вот теперь страшным. Правый уголок рта пару раз нервно дёрнулся. Он снова уселся напротив меня и посмотрел исподлобья. Яга устрои-лась с третьей стороны стола, словно хотела отмежеваться от нас обоих.

— О чём ты думаешь, Варвара? — соизволил осведомиться Всевед.

— О том, что Вы Бессмертный и, одновременно… Безжизненный…. И что Вам, наверное, грустно так… суще-ствовать.

— Яга, ты ей точно, ничего не говорила? — Кощей перевёл свой тяжёлый взгляд на хозяйку дома.